Наталья Бехтерева – какой мы ее знали - Святослав Медведев

б) определения особенностей включения этих систем в реализуемую психическую деятельность при использовании нейрофизиологического «языка», адекватного виду деятельности.

При этом принципиальное значение приобретает выбор соизмеримых физиологическому «языку» мозга, взаимодополняющих психологических методик оценки структуры и качества реализуемой деятельности.

Это направление исследований в сочетании с ПЭТ-технологиями активно разрабатывается в Институте мозга человека РАН и дает новый импульс в развитии современной системно-интегративной психофизиологии функциональных состояний и высших психических функций человека, включая процессы познания и творчества.

С. Л. Яцук. О НАТАЛЬЕ ПЕТРОВНЕ БЕХТЕРЕВОЙ

Впервые наша встреча с Натальей Петровной Бехтеревой состоялась в 1958 году, когда после сдачи экзаменов для поступления в аспирантуру заместитель директора по научной работе института профессор Евгений Михайлович Маргорин представил меня комиссии, в которую входили руководители клинических отделений и ведущих лабораторий. В то время Ленинградский, а теперь Российский, научно-исследовательский нейрохирургический институт им. проф. А. Л. Поленова, созданный в 1926 году, проводил большую работу по организации и проведению научных исследований, подготовке кадров нейрохирургов и смежных специалистов для практического здравоохранения, подготовке и проведению съездов, конференций и симпозиумов, что обеспечило ему всеобщее признание и широкий авторитет.

В то время в институте на протяжении трех лет обучался только один аспирант. До меня аспирантуру окончил будущий профессор Борис Михайлович Никифоров, его научным руководителем был профессор Е. М. Маргорин, заведующий кафедрой оперативной хирургии и топографической анатомии Ленинградского педиатрического института. В нашем институте он работал по совместительству до 1960 года, затем в течение 18 лет на общественных началах руководил организованной им лабораторией оперативной нейрохирургии. Кандидатская диссертация Б. М. Никифорова включала исследования по индивидуальной изменчивости венозных образований продольной щели головного мозга и представляла материалы для совершенствования диагностики и хирургического лечения опухолевого и сосудистого процессов данной локализации (1960).

Евгений Михайлович выбрал для меня тему из нового и успешно развивающегося в ведущих зарубежных клиниках направления в нейрохирургии – на основе применения стереотаксического метода. Мне предстояло изучить индивидуальные анатомические различия бледного шара и прилежащих к нему других подкорковых структур мозга с учетом требований стереотаксической нейрохирургии, а в последующем овладеть методикой выполнения такого типа операций и производить их в институте.

Члены комиссии задавали мне вопросы о моих учителях в Иркутском государственном медицинском институте, который я закончил в 1955 году, о моей подготовке по нейрохирургии. Своими учителями по нейрохирургии считаю заведующего кафедрой факультетской хирургии профессора Б. Д. Добычина, воспитанника Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова, прошедшего путь от начальника медсанбата отделения хирургического подвижного госпиталя до главного хирурга фронта, и заведующего кафедрой нервных болезней того же института профессора Х. Б. Ходоса, известного отечественного невролога. В те годы профессор Х. Б. Ходос диагностировал опухоли головного и спинного мозга, а профессор Б. Д. Добычин их оперировал. Мне, обучающемуся субординатору шестого курса, именно Борис Дмитриевич Добычин рекомендовал в будущем овладеть этой специальностью, рассказывал об РНХИ им. проф. А. Л. Поленова, который считал одной из ведущих клиник по нейрохирургии не только в СССР, но и за рубежом.

Наталья Петровна попросила меня рассказать, где и кем я работал в течение последующих трех лет после окончания института и какие операции выполнял. Я ответил, что в течение трех лет работал хирургом в Усть-Удинской районной больнице Иркутской области, рассчитанной на 50 коек. Моими коллегами были две женщины-врача – терапевт и акушер-гинеколог, поэтому обязанности главного врача были возложены на единственного врача-мужчину.

В той отдаленной сельской местности единственный в районе хирург должен был уметь оказать всю экстренную хирургическую помощь, выполнять несложные плановые операции, в трудных случаях вызывать по санитарной авиации более опытного специалиста. Кроме того выезжать на вызовы в ближайшие и отдаленные от райцентра фельдшерские пункты для осмотра тяжелых больных и оказывать необходимую помощь. К этой работе я готовился уже с четвертого курса института и многому научился в субординатуре на кафедре профессора Б. Д. Добычина. Мой ответ убедил членов комиссии, что в аспирантуру поступает молодой, но уже опытный врач, и ему можно доверить трудную тему для диссертационного исследования.

Позже я понял, что Евгений Михайлович, будучи в дружеских отношениях с Натальей Петровной, высоко ценя ее талант, обсуждал с ней тему моей кандидатской диссертации. В дальнейшем он продолжал общаться с ней по вопросам стереотаксической нейрохирургии и постоянно интересовался ее научными достижениями.

В 1961 году Евгений Михайлович специально пригласил Наталью Петровну на кафедральное заседание, чтобы она рассказала сотрудникам кафедры оперативной хирургии и топографической анатомии, а также специалистам из других кафедр о своей поездке в Рим на V Международный конгресс по электроэцефалографии и клинической нейрофизиологии. Мне также настоятельно рекомендовали приехать на данное кафедральное заседание. Евгений Михайлович надеялся получить из выступления Натальи Петровны ценную информацию о современных достижениях по нейрофизиологии и нейрохирургии в ведущих зарубежных лабораториях и клиниках, занимающихся вопросами стереотаксиса.

После подробного сообщения о вопросах, рассматриваемых на конгрессе по клинической нейрофизиологии и смежным наукам, Наталья Петровна подробно остановилась на проблеме функциональной нейрохирургии. Особый интерес у нее вызвали доклады, в которых авторы излагали о стереотаксическом лечении гиперкинезов и эпилепсии на основе введения множественных глубинных долгосрочных электродов с диагностической и лечебной целью.

Мы все с интересом выслушали и личное впечатление Натальи Петровны о таком форуме зарубежных ученых, на котором впервые появилась молодая представительница СССР. Естественно, организаторы конгресса сразу же захотели «раскрыть» личность мадам Бехтеревой из-за «железного занавеса». Что она собой представляет? Владеет ли английским языком? Можно ли с ней легко общаться? К удивлению Натальи Петровны, один из заместителей председателя конгресса предложил именно ей провести заседание одной из секций, так как ранее назначенный председатель из-за болезни не приехал. Ее согласие провести заседание секции вызвало у предлагавшего сомнение: как рассказывала Наталья Петровна, по выражению его лица можно было прочитать: «Ну, это мы еще посмотрим!»

Заседание секции она провела успешно, и после такого дебюта организаторам конгресса и всем присутствующим стало ясно, что из Советского Союза приехал талантливый, высококвалифицированный и перспективный нейрофизиолог. В немалой степени это сыграло свою роль в ее избрании в редакционный совет журнала «Electroencephalography and Clinical Neurophysiology» и включении в немногочисленную группу женщин-ученых, которые после окончания заседаний конгресса были представлены в Ватикане Папе Римскому.

С 1954 по 1962 год Наталья Петровна руководила электрофизиологической лабораторией в нейрохирургическом институте. За это время лаборатория сформировалась из талантливых старших (И. В. Введенская, Ю. В. Дубикайтис) и младших (Т. С. Степанова, В. В. Дубикайтис) научных сотрудников. Они выполняли многоплановые исследования в многопрофильной нейрохирургической клинике, совместно с другими специалистами занимались диагностированием, операционным контролем и послеоперационным ведением больных с опухолями головного мозга, черепно-мозговой травмой, сосудистой патологией, экстрапирамидными гиперкинезами и эпилепсией.

Наталья Петровна понимала, что в изучении функционального состоянии коры и подкорковых образований мозга должны участвовать квалифицированные инженеры, и для этого находила и приглашала талантливых специалистов. Перед ними стояла задача осуществлять технический контроль за аппаратурой и создавать условия для накопления новой нейрофизиологической информации. Эти инженеры (В. В. Усов, К. В. Грачев) наряду со своей повседневной работой успевали выполнять и оригинальные научные исследования по важным разделам функциональной нейрохирургии.

Молодым нейрохирургам было очень интересно присутствовать и общаться с Н. П. Бехтеревой, когда их больным в электрофизиологической лаборатории производили ЭЭГ-ис-следование, и оценку давала сама Наталья Петровна.