Генерал «красной армии» - Тони О'Нил

Что касается господина Эдварса и ему подобных, то до поры до времени я считал себя болельщиком, а не хулиганом и страстно хотел стать частью клуба, но клуб сторонился своих фанатов. Они его не интересовали. В итоге я остался с тем, что у меня было, — с улицей. Неужели руководство «Манчестер Юнайтед» не понимало, что болельщики оказывали влияние на ход матчей, особенно выездных, поднимая настроение своим футболистам?

Многих наших парней арестовывали, а некоторых даже неоднократно, но я пока что не подвергался арестам. Мое время пришло в день матча с «Арсеналом», если не ошибаюсь, в 1976 году. Дело было на Юстон-роуд, и мы гнались за ними по улице. Я заехал одному в челюсть, коп увидел это, но поймать меня не успел. Мы вернулись обратно на Юстон, где тот же самый полицейский подкарауливал нас на лестнице. Когда мы стали подниматься, он выскочил навстречу, заломил мне руку огрел, что есть силы, сзади, доставил в участок, и наконец я оказался в Клеркенвеллском суде.

Коп утверждал на слушании моего дела, что он арестовал меня в час дня. К несчастью для него, незадолго до задержания я беседовал с Крисом Лайтбауном, знакомым журналистом, который только что вышел из ливерпульского поезда. Полицейской истории моего ареста сильно мешало прибытие этого поезда — неувязка составляла целых 20 минут. Поэтому, когда Лайтбаун появился в суде и свидетельствовал в мою пользу, я был признан невиновным. Мы сразу же отправились в паб через дорогу, чтобы отпраздновать мое освобождение.

В 70-е годы копы были совсем другими. В добрые старые деньки они сами лезли в драку и месили всех подряд. И если тебя арестовывали, то обвинения выдвигались попросту смехотворные. Сегодня же они охотятся, соблюдая все правила, и в суде выступают очень серьезно, но их правая рука по-прежнему не ведает того, то творит левая.

Лайтбаун впоследствии побывал с нами в Лидсе и написал рассказ обо мне, опубликованный в «Санди таймс». Он называл нас аутсайдерами, потому что мы игнорировали поездки, организуемые официальным фан-клубом, насчитывающим 30 000 членов. Мы пользовались своими маршрутами и сами доставали себе билеты.

Примерно в это же время статья обо мне появилась и на страницах «Манчестер ивнинг ньюс»:

У ГРУППЫ ФАНАТОВ ОТНЯЛИ АВТОБУС

Представителю социальных служб, работающему с молодежью, запретили использовать микроавтобус для поездок с группой фанатов «Манчестер Юнайтед».

М-р Энди Дэвис и его подшефные — они называют себя «Кроссэйкрс Редз» — ездили на этом автобусе на футбольные матчи в течение полутора лет. Но городской Комитет по образованию решил запретить его дальнейшее использование в подобных целях после инцидента в прошлом ноябре, по поводу которого вышеуказанная группа молодых людей была допрошена полицией Уолсолла.

М-ру Дэвису (36 лет), работающему с молодежью в принадлежащем ему здании бывшего полицейского участка на Солвэй-роуд в Уизеншо, предстоит разговор с председателем подкомитета общественного образования.

М-р Дэвис, в чьи функции входит работа с подростками, не зарегистрированными в молодежных клубах, никак не прокомментировал данный запрет, но зато другой участник событий — Тони О’Нил, проживающий на Натфилд-роуд, Уизеншо, — лидер «Кроссэйкрс Редз», подверг это решение критике.

Он заявил: «Почти всем парням из моей группы предъявлялись обвинения в драках, причинении ущерба, нарушении общественного порядка во время футбольных матчей, но с тех пор, как полтора года назад мы попросили Энди организовать поездку, многое изменилось в лучшую сторону.

Количество проступков резко снизилось, и сейчас мы — дисциплинированная группа, которая не попадает в неприятности. Энди всегда растолковывал нам, как себя вести».

Инцидент в Уолсолле произошел, когда так называемые «Кроссэйкрс Редз» отправились в Лондон на матч с «Арсеналом». По дороге они встретили на дискотеке в Уолсолле группу местных ребят и провели, по словам Тони, «прекрасный вечер без каких-либо неприятностей». Однако их доставили в полицейский участок, потому что в автобусе был обнаружен духовой пистолет.

Тони сказал: «Мы ничего плохого не сделали, поэтому нас ни в чем не смогли обвинить. Когда пистолет был возвращен, мы запретили его владельцу ездить вместе с нами на матчи».

Я могу запросто наплести с три короба, когда надо.

А потом наша БМПУ сгорела. Однажды вечером ко мне домой пришли Стивен Хесфорд и Вилли Фаррел, которые сообщили, что банда воришек из Бенчила, болевших за «Сити», ездила на ней на матч с «Вест-Хэмом». Таким образом, боевая машина «красной армии» была осквернена.

— Что же нам делать? — спросили они.

— Сжечь ее к чертям собачьим! — сказал я. — Никто на ней больше ездить не станет.

Но, если честно, в тот момент мне было на нее наплевать, потому что я уже нанимал автобусы или пользовался обычными поездами. Времена БМПУ ушли безвозвратно. К тому же некоторые члены нашей банды из Уизеншо обзавелись девчонками и к футбольным делам теперь относились более прохладно. В конце концов наша БМПУ загадочно загорелась возле дома Дэвиса. Ну и бог с ней. Мне было уже почти восемнадцать, и продолжать в прежнем духе я уже не мог.

«Красная армия» двигалась вперед после доминирования во втором дивизионе, но какой ценой! О нас узнало правительство и надавило на Футбольную ассоциацию, чтобы та покончила с хулиганством. Власти рассчитывали на успех в деле установления контроля за нами, но все, что им удалось, так это сплотить нас как боевую единицу. В каком-то смысле, правительство оказало нам услугу. Вокруг стадионов стали возводить стены, но они оказались непрочными. В ходе борьбы с хулиганами было введено ограничение на продажу билетов, и теперь нас загоняли, как скот, в только что сооруженные сектора на гостевых трибунах, в которых помещалось 3000—4000 фанатов. Эта ситуация выковывала из «красных» жестокий спецназ, а не просто армию. Сами того не желая, власти создали спекулянтов, но мы всегда находили способ пробраться на стадион.

Итак, война между правительством и бандами началась. Мобы стали еще более организованными и сконцентрированными. Все, что было у «красной армии» раньше — ношение символики, выбегание на поле, повальные разрушения, массовые атаки на трибуны соперника, — постепенно отмирало, а на смену приходили своего рода «тайные сообщества», ставившие перед собой только одну цель: найти и уничтожить противника. Мы должны были подняться на новый уровень. Время учебы закончилось.

Глава 7

Лидер «красной армии»

Во времена нашей юности мы очень любили заваривать кашу. Для этого использовались обычные рейсовые поезда, потому что специальные прибывали слишком поздно и нам не хватало времени на обустройство какой-нибудь пакости. В поезде могло ехать 250—350 человек, разделенных на «молодых» и «стариков». Однажды, когда мы возвращались домой после игры в дерби, «молодые» втянули «стариков» в импровизированную драку. Честно говоря, «старикам» нравилось учить нас кулаками. Все началось с легкой перебранки, а потом Эдди «Мясо» из Коллихерста или кто-то другой перешел к активным действиям. Тут же была выкручена первая лампочка и разбита кому-то об голову, после чего прозвучало: