Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи

Микул, почти теряя сознание, пошла вверх по ступеням. Эта лестница вела в рай. Круг танцующих приближался.

— Ах! — снова воскликнула Микул.

Танцевавшая босиком на каменных плитах женщина была невиданной красоты. Глаза ее были подведены черным, веки подкрашены коричневым, поверх этого сверкали блестки золотой пудры. Между красивыми, правильной формы губами сияли белые зубы. Время от времени она что-то напевала.

На лицах наблюдавших за танцем мужчин тоже было немного косметики.

Молодые мужчины показались Микул похожими на женщин, только немного повыше ростом — очень уж красивыми выглядели. Глядя на танцовщицу, они иногда улыбались, показывая белые зубы.

За спинами толпы лежал каменный город. Солнце немного склонилось к закату, и косые лучи солнца падали на широкую мощеную улицу. Камни мостовой сверкали под заходящим солнцем. По улице гуляло много красивых людей.

Микул впервые видела улицу, выложенную камнем. Но кроме этого, ее взгляду предстало еще много удивительного. И прежде всего — бесконечные вереницы каменных домов, протянувшиеся по обе стороны мостовой. Она никогда не видела таких красивых зданий. Все дома в этом городе имели строго прямоугольную форму и были построены аккуратно и тщательно, как тот деревянный ящик.

Вход в каждый дом был обрамлен красивым цветным узором и скульптурными украшениями, а если присмотреться, можно было увидеть и резные символические знаки. И все дома в этом городе напоминали ей ящик, в котором она нашла Дикку. Над входами были устроены небольшие матерчатые навесы от солнца. Они были сделаны из разноцветных красивых тканей. Поэтому все дома казались Микул маленькими сияющими дворцами. Эти выстроившиеся рядами дворцы не поддавались счету. Они стояли друг за другом, насколько хватало взгляда.

А прямо перед собой она увидела нечто поразительное, от чего замерло дыхание.

Гигантское, огромное настолько, что голова шла кругом, сооружение, напоминающее платформу.

Она подумала, что люди не могли такое построить. Наверняка это творение Ра, бога солнца, о котором недавно рассказывал Камаль.

Ведь сооружение это замыкало собой улицу из каменных домов и, казалось, закрывало полнеба. Своей громадой оно упиралось в небосвод. Солнце как раз готовилось спрятаться за него. Не в состоянии оторвать от него взгляда, девушка так разволновалась, что на глазах выступили слезы.

На его ровной платформе вечернее солнце лежало, как некий плод на подносе. Наверное, в направлении этого заходящего солнца и построили каменную лестницу.

Почему? Каким образом здесь появились эти невероятные вещи? Да, все так и есть, как рассказывали люди. Город — это действительно необыкновенное место. От этих мыслей Микул почувствовала дрожь во всем теле.

Оглядываясь по сторонам, она посмотрела перед собой и увидела впереди слева громадную скалу. Непохоже, чтобы ее специально соорудили, она была здесь от природы.

— Это Львиная скала, — подсказал ей мужской голос. Обернувшись на него, Микул увидела стоявшего рядом Камаля. — Хочешь, подойдем поближе? Она — символ этого порта. Видишь, какая у нее необычная форма, напоминает спящего льва…

Микул согласилась, и они пошли к скале.

Вокруг скалы построек не было. Они прошли по мощеной дороге, ведущей от порта в окружении дворцов, и приблизились к скале, стоявшей на песке, чуть ниже уровня дорожных плит. У подножия скалы лежало множество мешков с фруктами и зерном. С дороги они увидели двоих мужчин, которые, опираясь спинами на эти мешки, играли на арфах.

— Ну что, смотри, Микул, похожа эта скала на спящего льва? Вот там голова — видишь, круглая?

Действительно, казалось, что кто-то положил сверху на скалу огромный шар. В нижней части он несколько сужался, подобно шее, а потом скала снова становилась шире. И впрямь похоже на спящее животное, которое случайно создала природа.

Только вот Микул не представляла себе, как выглядит лев, и сказала ему об этом.

— Он похож на кошку. На громадную кошку, — пояснил Камаль. Но Микул толком не знала и про кошек и спросила, похожи ли они на буйволов, которых она видела с лодки по дороге сюда.

— Вон, смотри, — сказал Камаль и показал в сторону мощеной дороги. Ее как раз неторопливо переходило маленькое животное на четырех лапах.

— Это кошка? — спросила Микул. Она сообразила, что, устроившись спать, кошка примерно так и должна выглядеть.

Обойдя вокруг Львиной скалы, они пошли по Гизе. Микул впервые шла по мощеной дороге и также впервые слышала звук собственных шагов.

Весь город наполняли песни и танцы. В сознании Микул они тоже были частью города. Она подумала, что город — это место, где много музыки.

Солнце зашло, каменный город погрузился в сумерки, из окон каменных домов сверкали отблески факелов. Это выглядело красиво, как во сне.

— Микул, ты не проголодалась? — спросил Камаль. Девушка рассеянно кивнула, и он, взяв ее за руку, повел в один из домов.

Войдя внутрь, они попали в комнату, наполненную дымком, где незнакомо, но приятно пахло. Пройдя через комнату, они оказались во внутреннем дворике, ярко освещенном факелами. Неожиданно Микул услышала веселую музыку. Здесь тоже царила музыка, а в углу двора на возвышении танцевали две красивые женщины. Они были почти без одежды. Казалось, что этот танец в клубах белого дыма и свете факелов она тоже видит во сне.

По сторонам сцены несколько человек играли на музыкальных инструментах. Флейтист иногда переставал играть и громко пел.

По всему двору стояло множество столов, и Камаль усадил ее за один из них, в самом дальнем ряду. Повсюду вокруг сидело множество людей.

Приятно было почувствовать прохладу камня, оперевшись локтями на стол. Девушка вся горела от возбуждения. Она подумала, что в городе все сделано из камня.

— Что будешь есть? — спросил Камаль, и только тогда Микул сообразила, что сюда приходят поесть. Сначала она было решила, что тут показывают танцы.

Девушка помотала головой. Она не знала, как называется городская еда, и, не обученная грамоте, не могла прочитать названия блюд, развешанные по стенам из саманного кирпича [278], которые выхватывал из темноты свет факелов.

Пока она осматривалась, на каменном столе появились деревянные сосуды. В свете факелов Микул разглядела в них какую-то красную жидкость. Она взглянула на Камаля, и он сказал, что это надо пить. Попробовав, она ощутила очень сладкий опьяняющий вкус.

Потом на золоченом блюде принесли мясо, жаренное на вертеле, и большой мягкий хлеб.

— Шиш-кебаб [279], — сказал Камаль. Микул впервые видела и шиш-кебаб, и золоченое блюдо.

— Ты откуда, девушка? — спросил сидящий поблизости мужчина, стараясь перекричать громкую музыку.

— Мардху, — ответила она.

— Мардху? — На его лице отразилось сомнение.

— Это далеко вверх по течению Нила, — пояснила она.

— А, я слышал, — сказал он. Затем предложил ей свою большую трубку и выдохнул клуб белого дыма. Микул наконец поняла, откуда взялся этот белый дым в комнате и во дворе.

Камаль пытался ее остановить, но Микул, не обращая на это внимания, вдохнула — и чуть не задохнулась. Вкус ей не понравился, но запах был неплохой.

Когда, поужинав, они с Камалем вышли на улицу, высоко в небе сияла полная луна. Каменный город сверкал, залитый синим светом.

Повернули на немощеную улицу, но Микул все равно слышала звук своих шагов. Сеть улиц походила на лабиринт, бесконечно тянувшийся со своими поворотами направо и налево. По пути иногда попадались лавки под открытым небом, беседовавшие о чем-то компании стариков.

Вышли на главную улицу. Прохожих стало поменьше. Но все же у некоторых домов горели факелы, и под навесами от солнца все еще чем-то торговали. Дома, показавшиеся ей сначала дворцами, оказались лавками, где продавали разный товар. Микул удивлялась и роскоши городских лавок, и тому, что они не закрываются даже ночью. Она была уверена, что с наступлением темноты все ложатся спать.