Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Недоуменно пожав плечами, Ю Хан Муй выразил сожаление по поводу того, что вот так, с ходу, не может определить, о ком именно идет речь.

– …Здесь работать пять девушк, и кого именно вы иметь в виду, я не знать.

– По описанию задержанных, ей лет двадцать, она стройная, ее рост примерно сто семьдесят сантиметров, у нее золотые серьги в виде рыбок с глазами из рубинов…

– А-а-а, я понимать, про кого вы говорить! – обрадовался ресторатор. – Это наш старший администратор, Цзян Лю. Хорошо, сейчас я ее сюда пригласить!

Он что-то по-китайски сказал в микрофон селектора, и менее чем через минуту на пороге кабинета появилась та самая молодая китаянка, которая минувшим днем слишком уж пристально наблюдала за Гуровым. Увидев Льва, она словно наткнулась на невидимую стену и едва не споткнулась, но тут же взяла себя в руки и, жизнерадостно улыбаясь, по-русски, совершенно без акцента, произнесла:

– Добрый вечер! Вы меня вызывали, господин директор?

– Да, Цзян Лю, вызывать, – важно кивнул тот. – К нам приехать господин Гуров из Главный управлений уголовная розыска. Он хотеть с тобой поговорить. Я вам не помешать, Лев Иванович? – повернулся он к Гурову.

– Ни в коем случае! – изобразил великодушный жест Лев. – Добрый вечер, госпожа Цзян Лю. У меня к вам очень важное дело. Вы, пожалуйста, не пугайтесь, но нам удалось предотвратить ваше похищение. Да, да, именно похищение, подготавливавшееся двумя уроженцами Кавказа, причем, скажу сразу, похищение в качестве невесты. Это древний обычай, имевший распространение среди горских народов. По российскому законодательству он наказуем, но – что уж поделаешь? – иногда похищения практикуются и сегодня.

Выслушав его, Цзян Лю ответила сдержанной улыбкой. По ее лицу было трудно понять, что именно она думает по этому поводу. Но тем не менее Лев не мог не заметить, что с какого-то мгновения настороженность и тревога во взгляде его собеседницы сменились чисто женским любопытством и даже некоторой томностью.

«Ого! – удовлетворенно отметил он. – Забирает понемногу! Значит, приехал сюда не зря!»

– И что бы вы хотели от меня узнать? – со все возрастающим любопытством вглядываясь в Гурова, спросила Цзян Лю, как бы ненароком расслабив шелковый шарфик, повязанный на шее.

– Видите ли, готовившееся преступление мы обязаны расследовать в самом полном объеме, выяснив все способствовавшие этому обстоятельства, – невозмутимо пояснил Лев. – Поэтому первый вопрос будет такой: среди жителей Москвы из числа уроженцев Кавказа у вас знакомые есть?

Гуров понимал, что имеет дело не с какой-нибудь простоватой дурочкой, а с особой, имеющей, скорее всего, острый, аналитический склад ума, поэтому решил сделать самый дальний заход, чтобы уже потом незаметно перейти к тому главному, ради чего он сюда и заявился. Снова одарив его лучезарной улыбкой, что, как сразу же заметил Лев, отчего-то повергло в угрюмую задумчивость Ю Хан Муя, Цзян Лю с сомнением пожала плечами:

– Ну, есть, конечно… Но люди они все законопослушные, с криминалом не связанные. Я очень не хотела бы, чтобы в связи с этим, пусть и серьезным, но, к счастью, – огромное вам за это спасибо! – несостоявшимся преступлением их куда-то вызывали, допрашивали, внося в жизнь этих людей беспокойство и сумятицу. Можно обойтись как-нибудь без этих, как мне кажется, крайностей? – просительно улыбнулась она.

– Хм… – Гуров потер лоб кончиками пальцев и, как бы после напряженного раздумья, коротко кивнул: – Хорошо! Пока этот пункт расследования пропустим. Но если оно забуксует, хочешь – не хочешь, нам к данному вопросу придется вернуться. Еще вопрос. Последние недели полторы вы не получали каких-либо странных писем? На ваш сотовый не приходили непонятные вам звонки или эсэмэс-сообщения?

Цзян Лю рассмеялась и отрицательно покачала головой:

– Возможно, вы этому удивитесь, но ни писем, ни звонков, ни сообщений, которые каким-то образом были бы мне непонятны, вызывали страх или недоумение, я не получала. Мне звонят только или друзья, или деловые партнеры нашего заведения, с которыми я всегда общаюсь с большим удовольствием.

Сделав какие-то пометки в своем блокноте, Лев продолжил задавать вопросы, словно не замечая все более пламенных взглядов, даруемых ему его собеседницей. Игнорировал он и окончательно скисшего и пессимистично скукожившегося ресторатора.

– На предварительном допросе похитители признались, что следили за вами последние дней десять. Надо думать, преследования и слежки вы не замечали, иначе наверняка обратились бы в полицию?

– Знаете, один раз что-то такое было! Я ездила на служебной машине к поставщикам обговаривать с ними цены на продукты и в какой-то момент вдруг заметила, что за нашей машиной идет какое-то такси. На двух или трех перекрестках оно сворачивало за нами и уже перед самым офисом поставщиков, когда мы там припарковались, на большой скорости прошло мимо. Больше я его не замечала.

При последних словах девушки Ю Хан Муй неожиданно оживился и с нотками плохо скрытого раздражения спросил:

– А почему я об этот ничего не знать?

– Прошу извинить, господин директор! – как бы несколько растерявшись от подобного демарша, виновато улыбнулась Цзян Лю. – То, что это была слежка, я поняла только сейчас, в ходе разговора с господином Гуровым. А тогда это мне показалось просто случайным совпадением. Если бы я была уверена, что за мной действительно следили, я бы обязательно вам сообщила. Но, учитывая ваше замечание, впредь обязательно буду руководствоваться именно им.

«Ба-а! Да ты ревнуешь, и не на шутку! – наблюдая за ресторатором, мысленно отметил Лев. – Похоже, и у китайцев служебные романы – дело обычное…»

– Марку машины, цвет и, самое главное, ее госномер вы не запомнили? – снова взял он инициативу в свои руки, внутренне испытывая удовлетворение, что сама судьба чрезвычайно удачно внесла в его версию некие реалистичные моменты.

Теперь можно было смело «грузить» любые, самые неожиданные и каверзные вопросы – в контексте уже признанного в ходе разговора факта слежки они едва ли могли бы выглядеть надуманными и не относящимися к основной теме этой встречи.

– Нет, номер я и не пыталась запомнить, а машина, по-моему, «Волга» ярко-желтого цвета, – с оттенком огорчения сообщила Цзян Лю.

– У нашего информатора, который нам и сообщил о планах вашего похищения, именно «Волга», и именно желтая… – задумчиво покачал головой Гуров.

– А… Я могу спросить, почему он решил обратиться в полицию? – кокетливо хлопая ресницами, спросила Цзян Лю.

– Разумеется! – великодушно согласился Лев. – Вначале он просто хотел сорвать хороший куш – в случае удачного похищения ему было обещано две тысячи долларов. Но потом вдруг осознал, что если похитители попадутся, то и он может как соучастник преступления на несколько лет отправиться за решетку. Поделился своими сомнениями с соседом, не догадываясь, что тот работает в полиции. Мы его тут же взяли в разработку, вышли на предполагаемых похитителей, и они скоро предстанут перед судом.

Выслушав его, китаянка отчего-то задумалась, после чего уточнила:

– А тот, что хотел меня похитить, он и в самом деле в меня влюбился?

– Судить трудно… – развел руками Гуров. – Сказать-то на следствии можно все, что угодно! Нельзя исключать и того, что на самом деле их замыслы были далеки от романтических. Например, реальной подоплекой могло быть заурядное вымогательство выкупа. Поэтому с выводами спешить не будем.

«Блин! Еще не хватало, чтобы она прониклась к ним сочувствием и захотела встретиться. О, ситуация, японский городовой!..»

– Вот как?! – Девушка явно была разочарована. – А я уж подумала…

– И вот, в контексте уже сказанного, хотелось бы спросить вот о чем, – невозмутимо продолжил Лев. – На допросе подозреваемые рассказали, что, следя за вами, они побывали на выставке драгоценных раритетов, привезенных из княжества Буттулал. По их словам, о том, что вы собираетесь там побывать, им рассказал какой-то их случайный знакомый, тоже иностранец из Юго-Восточной Азии. Хотелось бы увидеть и его.