Перстень Сварга - Веда Корнилова

Лишь зайдя в отведенную им небольшую комнатку и поплотнее прикрыв за собой дверь, Олея негромко спросила у мужа:

- А зачем ты купил это мясо?

- На всякий случай… - пожал плечами Бел. - Возможно, оно нам и не понадобится… Давай пока уберем его под кровать, и если даже в наше отсутствие кто и заглянет в эту комнату (в чем я почти не сомневаюсь - уж слишком низкопробная гостиница!) то хочется надеяться, что никто не польстится на корзинку с так называемым мясом.

- Между прочим, оно уже с душком! - буркнула Олея.

- Да я это уже заметил… - отозвался Бел. - А иначе с чего бы продавцу дарить нам эту чуть живую корзинку? Понятно, что если понесем это будто бы свежее мясо в руках, то враз запашок уловим, а в корзине все подальше от носа… Ладно, теперь к делу. Помнишь, ты спрашивала меня, отчего мы остановились здесь?

- А то как же! Ты еще сказал, что здесь можно кое-что узнать.

- И не только. Сейчас спускаемся вниз, и я начну напиваться.

- Что-что ты начнешь делать?

- Пойду в загул.

- Ничего себе! - фыркнула Олея. - Мы с тобой, друг сердечный, женаты всего ничего, а ты уже позволяешь себе кое-что из того, за что в Руславии от разгневанной супруги можно огрести скалкой по хребту, и не единожды!

- Как же, слыхал о таком! - хохотнул Бел. - Один мой закадычный друг, случалось, по молодости лет от жены хорошо получал скалкой, причем не только по хребту! А вот второго друга-приятеля женушка под горячую руку даже как-то сковородкой отходила! Впрочем, надо признать, там было за что выволочку устраивать… В общем, так: мы с тобой - крестьяне из провинции, приехали сюда продать кое-что из нынешнего урожая, но у муженька, то бишь у меня, появилось желание немного встряхнуться, выпить в столице, погулять, так что тебе, то есть женушке, остается только с досадой наблюдать, как муженек просаживает деньги, заработанные тяжким трудом.

- Погоди, я не понимаю…

- Видишь ли, я тебе уже говорил, что я еще не знаю, как поступать дальше, а в таких местах, как это, иногда можно выяснить кое-что интересное.

- Но я же не знаю здешнего языка!

- А ты сиди с разгневанным видом, и, ручаюсь, что к тебе никто не подойдет: мужики по горькому опыту знают, что бывает с теми, кто не вовремя суется к жене того недотепы, который, будучи в изрядном подпитии, тратит семейные сбережения на никому ненужные попойки.

- Так мне что же, все время молчать?

- Мы с тобой сейчас договоримся, какие знаки я тебе буду подавать, чтоб ты была в курсе, как следует себя вести в тот или иной момент…

Вот уже второй час Олея сидела несколько в стороне от Бела, и мрачно наблюдала за тем, как вокруг ее мужа собралась большая компания собутыльников, к многим из которых ни один уважающий себя человек и близко б не подошел. Конечно, тут были и просто любители выпить на дармовщинку (впрочем, таких хватает всегда и везде), но, в основном, полные стаканы в себя то и дело опрокидывала такая рвать и пьянь, что Олея начинала искренне сочувствовать мужу, который вынужден иметь дело с подобным отребьем. Бел, который к тому времени изображал из себя хорошо подвыпившего человека, то и дело махал рукой уставшим служанкам, приказывая принести еще и еще вина. Надо сказать, что служанки носили и закуску, только ее было куда меньше, чем хмельных напитков. Впрочем, собравшихся за столом забулдыг это не очень беспокоило. Главное - на столе есть вино, и в нем их не ограничивают. Что же касается гостеприимного хозяина, то есть Бела, то сам он выпивал немного, в основном только делал вид, будто то и дело вливает в себя наполненные кружки, но зато его собутыльники вовсю наверстывали упущенное.

Когда беглецы, придя на ужин, сели за стол, липкий от пролитого вина, то, кроме еды, Бел сразу же заказал еще и пару кувшинов вина, чем сразу привлек внимание местных выпивох. Как-то так получилось, что вскоре Бел пригласил за свой стол нескольких мужичков весьма потрепанной наружности, которые не сводили вожделенного взгляда с кувшинов с вином, ну, а дальше все пошло по давно накатанной дорожке. Вначале Бел угостил новых друзей, как говорится, для знакомства, затем понемногу стали подтягиваться новые приятели, и через какое-то время гулянка стала набирать обороты. Олея же, с неприязнью глядя на это дело, неохотно ковыряла в грязной миске отварную фасоль с тушеной говядиной, которая, как это ни странно, оказалась вполне съедобной, и с тоской думала о том, как же отвратительно завтра утром будет чувствовать себя ее муж: как он не старается этого избежать, но все же ему приходится проглатывать какое-то количество этого кислого пойла.

Пару раз на постоялый двор заглядывали стражники, и, с подозрением посмотрев на разгулявшуюся компанию, уходили, сказав что-то хозяину на прощание, но и так было понятно, что они имели в виду: мол, если эти пьяницы начнут мебель ломать, или за ножи схватятся, то зовите нас, а не то мало ли что, знаем, чем кончаются такие вот посиделки…

Несколько раз к Олее подкатывались какие-то мужички, да и новоиспеченные собутыльники Бела не раз пытались пригласить ее в свою компанию, и каждый раз Олея произносила несколько непонятных слов (которые заранее заставил ее выучить муж), после чего каждый из возможных кавалеров сразу же едва ли не убегал от разозленной женщины. Зато через какое-то время служанки, то и дело приносившие к шумному столу все новые и новые кувшины вина, стали с затаенным сочувствием поглядывать на молодую женщину, которая мрачно наблюдала за тем, как разгулявшийся муженек выкидывает на ветер семейные деньги, которые можно было бы потратить с куда большей пользой.

Так, пошел уже третий час неуемного веселья, и теперь эта большая компания, кажется, упилась до нужного состояния - вон, некоторые уже ничего не соображают, но, тем не менее, цепко держатся за свои кружки. Бел чуть кивнул Олее - мол, пора, сейчас начнем собираться, после чего снова замахал руками, подзывая к себе служанок - давайте сюда еще вина!..

Вскоре вся шумная компания общим числом более двух десятков человек вывалилась из гостиницы, и, горланя песни, побрела по улице в поисках дальнейших приключений. Едва ли не у каждого из мужичков в руках было по паре бутылок вина, за которые пьянчуги держались мертвой хваткой, и к горлышкам которых систематически прикладывались. Олея, с облегчением вдыхая прохладный ночной воздух, шла рядом с Белом, причем не с пустыми руками: она, как и все остальные в этой веселой компании, несла с собой несколько бутылок, правда, пустых, без вина.

Что ж, пока все шло так, как и задумывал Бел. Правда, глядя на упившихся мужичков, многие из которых, как говорится, уже не вязали лыка, Олея всерьез опасалась, как бы половина этих пьяниц не улеглась спать прямо на дороге, что крайне нежелательно - ведь всей этой компании еще надо каким-то образом добраться до дома с голубятней…