В подполье можно встретить только крыс - Петр Григоренко

- от каждого по способностям, каждому по потребностям,

- нет разницы между городом и деревней, между трудом умственным и физическим.

Америка всего этого достигла, хотя коммунистическим свое общество не называет. Но Америка достигла еще большего - уважения к правам человека. Проиллюстрирую это рассказом эмигранта из СССР М. Побереженского. В письме в "Новое Русское Слово" он рассказывает, что у него в Риме по пути в американское консульство, где ему предстояло получить разрешение на въезд в США, выкрали все документы. Несмотря на это, консул разрешение выдал, предложил только клятвенно подтвердить, что рассказанное им о краже документов правда. Далее Побереженский повествует, что без документов его пропустили через Нью-Йоркскую таможню и выдали справку подтверждающую это. Служащая в учреждении социального обеспечения, куда через несколько дней Побереженский обратился за помощью, узнав, что у него нет никаких документов, удостоверяющих личность и возраст, кроме справки, выданной таможенником в аэропорту, "поверила мне на слово и за 15 минут оформила денежное пособие в связи с достижением 65-летнего возраста". Заключает он свой рассказ так: "...с тех пор я неоднократно убеждался, что Америка - не только другая страна, не имеющая аналогий с СССР почти во всем, но вроде бы

другая планета, где человеческие отношения носят забытый было нами характер дружеского участия, улыбчивости и радушия".

Я еще много хорошего мог бы сказать об Америке и человеческих отношениях в ней. Я полюбил эту страну и ее добрый и гордый народ. Личность здесь действительно защищена, но я согласен с Солженицыным, чересчур защищена. Так защищена, что уже есть необходимость защищать общество от личности. Беру несколько случайно попавших на глаза газетных сообщений:

Высокий молодой негр вышел из только что остановившейся комфортабельной автомашины и, держа в одной руке пистолет, другой вытащил из той же машины отчаянно кричавшую и сопротивлявшуюся черную девушку, и потащил ее в заброшенный полуразрушенный дом напротив. Вскоре в доме раздался выстрел, а немного погодя негр вышел, спокойно сел в машину и уехал. Мимо все время шли люди. Все делали вид, что ничего не видят и не слышат.

Грабитель в вагоне сабвея (метро) пытается вырвать у женщины сумку. Она не дает. Тогда он ударяет ее ножом, вырывает сумку и уходит. Окровавленная женщина падает на пол. Пассажиры ничего "не видят и не слышат" а, выходя из вагона, старательно обходят лежащую в луже крови женщину.

Двое подростков вместо того, чтобы идти в школу, пили шампанское и "развлекались" стрельбой по прохожим через окно.

50-летняя Ингрид изнасилована и задушена в сaбвее.

Бандит неожиданно напал на полицейского и бритвой перерезал ему горло. Полицейский чудом остался жив. Бандит пойман и предан суду, но судья находит основания для его оправдания и освобождает из зала суда.

Гомосексуалисты учиняют буйную демонстрацию, требуя права заниматься своими половыми извращениями.

Нет, я не хочу общества, в котором могут буйствовать гомосексуалисты, где казнь для опаснейших преступников отменена, а преступникам дана возможность казнить кого угодно и где угодно, где можно открыто угрожать убийством представителям закона и народным избранникам - полиции, сенаторам, конгрессменам, где судья может бесконтрольно оправдывать убийцу.

Проживши долгую жизнь, я видел два общественных устройства. Социализм, описанный Ф. Достоевским, Замятиным, Орвелом. Я сам строил такой социализм и жил в нем. Потом я увидел иное общество. Оно социалистическим не называлось, но тоже ставило своей целью достижение материального изобилия. Достигнуть этого удалось, но созданное общество - духовно ущербно. Значит материальное изобилие не может быть целью человеческой деятельности. Материальное благополучие, без чего, естественно, жить нельзя, должно достигаться попутно. Цель же в чем-то другом.

В чем? Не знаю. Может поискать вот где. Сейчас мы творим ничтожно малые блага и ради них уничтожаем природу массой вредных отходов. Может человечеству сосредоточить свой ум и силы на сохранении природы.

Но невозможно думать о далеко идущей цели, не устранив опасности гибели человечества в огне ядерной катастрофы. А чтобы решить эту задачу, надо прежде всего понять, откуда идет опасность. Довольно широко распространено мнение, что она в самом факте накопления ядерных средств уничтожения. Очень удобная гипотеза для... агрессора. По этой гипотезе виновного не найти, поскольку в ядерной гонке участвует и неагрессивная сторона, участвует, добиваясь равновесия сил, боясь оказаться неподготовленной к отпору агрессору. Но опыт начала всех войн свидетельствует, что начало войны зависит не от количества вооружений, а от того, есть ли зачинщик. На сегодня ясно, кто является таковым - коммунистический мир, возглавляемый Советским Союзом. Обычное возражение против этого на Западе: СССР стоит за детант. Но тактику детанта (не называя ее этим именем) правящая элита Советского Союза применяет давно. Сколько ни существует коммунистическая партия, она все время ведет войну. При этом она использует тактику разрядки там и тогда, где и когда у нее нет сил для прямого наступления. Большевики находятся во враждебных отношениях со всем миром, но бьют своих противников поодиночке. Сначала большевики воевали со старой властью, потом с демократией и высшими классами общества, затем с демократическими партиями, затем с зажиточным крестьянством и организованной частью рабочего класса, затем со всем крестьянством, затем со всем народом своей страны и, наконец, со всем миром. Разумеется, он не бросается сразу на все государства. Он порабощает народы поочередно, играя в детант с теми, до кого очередь пока что не дошла. Сейчас под "детант" попала Западная Европа. Советский Союз добивается, чтоб Запад не усиливал оборону, но ни на минуту не забывает основную свою цель - завоевание мирового господства.

Запад обязан никогда не забывать об этом. Он должен все время стремиться к тому, чтоб вырвать зубы у хищника. Без войны это можно сделать только одним путем - твердо встать на защиту правозащитников в коммунистических странах, не поддаваясь демагогическим призывам к детанту и провокационным воплям о вмешательстве во внутренние дела.

Защита прав человека не внутреннее, а самое важное международное дело. Агрессию можно остановить, только защитив права человека.

И еще. Надо ликвидировать бандитизм, который проник в международные отношения и занял там прочные позиции. Для ликвидации этого зла никакие меры не лишние.

Это написано до прихода к власти в Иране Хомейни. Чинимый его "священной" властью произвол перекрыл все бесчинства международного терроризма. Безнаказанность Иранского произвола, превращение персонала Американского посольства в заложников, воодушевили Советский Союз на наглую агрессию против соседнего Афганистана.