An ordinary sex life (OSL) - Астердис

ты не пытался изменить меня, когда Адриенна предлагала мне «преобразование»?»

Я защитно поднял руки и ответил: «Это было полностью идеей Адриенны».

«Той, с которой ты согласился».

«Я просто передал это как вариант. Я никогда не хотел, чтобы ты чувствовал от этого давление».

«Тогда не дави на меня. Ни о макияже, ни об этом, хорошо?»

«Хорошо, хорошо». Глубоко вздохнув, я махнул ладонями, призывая к успокоению, и согласно кивнул. «Никакого давления».

Тяжело выдохнув, Джун резко повернула стул и схватила кружку со стола. «Я собираюсь выпить чаю».

Кивнув, я тоже сел на стул. «Мне самому нужно еще кофе».

«Нет, ты остаешься здесь», — приказала Джун.

Мои руки снова заняли оборонительную позицию. «Хорошо, хорошо».

«Хорошо» согласилась она. «А когда я вернусь, мы говорим о Цитерионе, хорошо?»

«Хорошо, хорошо. Как угодно».

А потом она ушла.

Книга 6. Глава 8. Июль. Часть 2.

«Ляг на кровать и примите вторую позицию» сказал я тихо, но твердо. Хотя я не произносил это слишком громко, это была команда, а не просто заявление.

С завязанными глазами, Ким наклонилась вперед, сложила руки на матрасе и прижалась к ним щекой, все еще стоя на коленях. Поза подняла ее задницу в воздух, и она раздвинула колени, чтобы раскрыть промежность. Неглубоко дыша, красивая американка японского происхождения успокоилась и стала ждать.

Она была красивой, но в то же время такой хрупкой. Даже после двух недель, проведенных под солнцем на свежем воздухе, она все еще была более светлокожей, чем кто-либо другой в этом доме. Она также прибавила несколько фунтов со времен учебы в колледже, что совершенно понятно после набора веса во время беременности. Но она потеряла большую часть детского жира, и в этом положении ее ребра все еще оставляли небольшие углубления по бокам, а задница оставалась костлявой. Глядя на нее, нельзя было сказать, что она родила ребенка, и когда я смотрел на ее обнаженное тело с этой выгодной точки, с тонкой завесой черных волос, закрывающих ее лицо с моего взгляда, я подумал — и не впервые сегодня вечером — как Джун Сонг могла бы выглядеть в той же позе.

Я покачал головой, чтобы выбросить эту мысль из головы. Ким заслуживала лучшего, чем я, фантазирующий о ком-либо еще. И все же я не мог не догадаться о своих намерениях, когда внезапно решил захватить и осеменить ее сегодня вечером.

Заявление Джун, что она НЕ приедет к ужину, помогло мне выбросить из головы ее неожиданный вопрос, по крайней мере, достаточно, чтобы выполнить работу. Больше никаких мечтаний. Больше никаких комментариев о Биг Маках и Бини Бэби. Больше не нужно было рассматривать ее пиджак, пытаясь определить размер ее чашки. Но опровержение Джун не стерло вопрос из памяти, и по дороге домой я обнаружил, что размышляю о своих «сценариях и возможностях».

За ужином я вел себя довольно тихо, достаточно тихо, чтобы Саша спросила, хорошо ли я себя чувствую. Я еще не полностью осознавал, что происходит, поэтому вместо того, чтобы объяснять вопрос Джун, я пожал плечами и сказал, что у меня просто был долгий день в офисе. На самом деле я ничего не скрывал и знал, что скоро расскажу об этом остальным. Но не сейчас.

Адриенны не будет дома допоздна; весь день она встречалась со своим агентом, и у них были планы на ночь. Брэнди и Дайна встречались с друзьями за ужином, так что нас было только четверо, включая BJ. А после еды я попросил Сашу присмотреть за моим сыном, пока мы с его мамой будем проводить время наедине.

Всю ночь у меня было странное настроение: задумчивое, рассеянное и возбужденное одновременно. У меня был секс на уме, хотя я не чувствовал особой «любви». Я знал, что секс будет немного механическим, немного бездушным. Я знал, что Ким не прочь «обслужить» меня в таком настроении, знал, что она осознает мою потребность «использовать» ее тело для работы над некоторыми вещами в моем уме, и знал, что ей, вероятно, это понравится. И искорка, которая загорелась в ее глазах в тот момент, когда я привел ее в главную спальню и приказал занять первую позицию, было всем, что мне было нужно.

Стоя на коленях, соединив ноги и поставив ступни так, чтобы она сидела на пятках, Ким вытянула подбородок наружу и сложила руки вместе с прямыми вверх пальцами, прикасаясь большими пальцами к груди, как будто молясь. Она резко вдохнула и нетерпеливо вздрогнула, когда я грубо схватил ее за голову левой рукой. Она открыла рот, пока я расстегивал молнию и извлекал растущую эрекцию. И она радостно напевала и плотно сомкнула губы вокруг моего вторгающегося члена, как только я затолкал его ей в горло.

Это был первый раз, когда лицо Джун вторглось в мой разум, одновременно заставляя меня паниковать и становиться еще твёрже во рту Ким. Она застонала, когда мой член запульсировал, пытаясь проглотить еще больше моего мужского мяса. И я зажмурился, пытаясь заблокировать нежелательное видение, в то время как я схватил Ким за голову обеими руками и попытался отбросить все образы прочь.

Дважды я протаранил себя на всю глубину в пищевод Ким и продержал его там достаточно долго, чтобы она начала давиться. Но она хватала ртом воздух в тот момент, когда я вытаскивал, и каждый раз с энтузиазмом глотал меня снова. Когда мы впервые вошли в комнату, я планировал использовать рот Ким, чтобы заставить меня напрячься, прежде чем толкнуть ее назад через мою кровать и встать на пол, чтобы трахать ее тощее тельце, пока я не наполню ее матку свежей детородной массой. Затем я наклонялся и высасывал то грудное молоко, которое она оставила в ее сосках, прежде чем оседлать ее грудь и накормить ее своим членом во втором раунде.

Но этого не