Роман для себя - Виктор Захаров

Гондола отчалила от пристани, и он представился:

— Меня зовут Джакомо. Я буду вашим экскурсоводом.

— Как Казанову?

— Да, — загадочно произнес он. — Если у вас есть с собой мобильный телефон, выключите его, пожалуйста.

— Почему?

— Мы отправляемся в путешествие по старой Венеции. Раньше не было мобильных телефонов, поэтому, чтобы не нарушать атмосферу того времени, его лучше выключить, — настойчиво произнесла маска.

— Хорошо, — сказала Татьяна, подумав, что всегда сможет его включить, если будет нужно. — А когда мы встретимся с моим другом?

— Его скоро привезут к вам. Не волнуйтесь. В Венеции гондольерам запрещено разбивать семейные пары, даже если женщинам этого очень хочется. Хотя, даже если вы с вашим другом еще не женаты, уверяю вас, что никакие посягательства на вашу честь вам не грозят. Это входит в условия контракта с гостиницей. Вот если бы вы приехали одна, то у вас были бы все шансы познакомиться с настоящим венецианцем, против которого не может устоять ни одна женщина.

— Какой же он, «настоящий венецианец»?

— О, синьора! Зачем вам это знать?

— Ну, все-таки новое знание о Венеции. Пригодится.

— Пока вашего друга нет с вами, скажу: это красивый, галантный молодой человек со стройной фигурой, в совершенстве владеющий искусством комплимента, знающий все секреты секса и умеющий доставлять истинное удовольствие женщине.

— Не так уж и много.

— Ну что вы. Многие женщины приезжают в Венецию именно за этим, особенно в период карнавала. Знаете, когда в Венеции родилась карнавальная традиция? Впервые о ней упоминается в одиннадцатом веке, правда, тогда слово «карнавал» означало всего лишь «отказ от мяса» накануне Великого поста. Позже были периоды, когда карнавал начинался в первое воскресенье октября и заканчивался в феврале перед началом Великого поста. Во время его проведения отменялись все условности, и люди могли делать что им вздумается, несмотря на свое социальное положение; простолюдин мог рассчитывать на внимание принцессы, а знатный вельможа мог соблазнить простую белошвейку. Вот мы и прибыли. Видите эту дверь в стене? Поднимайтесь по лестнице и смело входите. Желаю удачи.

— Спасибо за интересный рассказ. А куда я попаду?

— Увидите, вам понравится.

Татьяна поднялась по небольшой лестнице, открыла дверь и оказалась в небольшом дворике, в центре которого располагался фонтан. Откуда-то доносилось мелодичное пение под аккомпанемент гитары. Под аркой, с другой стороны фонтана, она увидела массивную деревянную дверь, которая с трудом, но все же подалась.

Дверь вела в довольно просторную комнату без окон; в центре размещался сундук старинной работы, а на стене висела картина. На стене слева и справа виднелись подсвечники. Тусклый свет свечей падал на картину и с трудом проникал в дальние углы комнаты. Ее полотно было покрыто толстым слоем черно-коричневого лака, отчего в полумраке было довольно трудно увидеть, что же там изображено.

«Странная комната, — подумала Татьяна. — А где Влад? И где же я, в конце концов, нахожусь?» Она включила телефон, но галочки в углу дисплея, указывающие на уровень сигнала, никак не хотели появляться. Подойдя к двери, она с недоумением уставилась на ее абсолютно ровную поверхность — на ней не было ручки. Попробовала ее открыть, но безуспешно. Решила, что расстраиваться пока не будет — все же Джакомо говорил о каких-то гарантиях. Глаза постепенно привыкли к скудному освещению, и она принялась изучать картину.

Городской пейзаж справа на заднем плане очень напоминал площадь Сан-Марко. На переднем плане располагались две скалы, между которыми виднелся необычный мост, по которому двигался всадник. Мост казался прозрачным и, возможно, соединял площадь с островом-лабиринтом. Слева был виден корабль, приближающийся к пристани. Справа и в центре лабиринта были изображены две одинаковые группы — предположительно, три женщины и мужчина; они о чем-то беседуют. Две таких же группы Татьяна заметила и на палубе корабля. Везде видны влюбленные парочки, плавающие в гондолах и гуляющие внутри и за пределами лабиринта.

Вот в лабиринте из зеленых кустов мужчина преследует женщину, которая, игриво оглядываясь, делает вид, что старается убежать от него. Над входом, около которого стоит, обнявшись, парочка влюбленных, видна увитая зеленью арка. Точно такую же арку Татьяна заметила на заднем плане. Она, видимо, обозначает начало дороги, ведущей через заросли кустов роз к горе, на вершине которой возвышается огромная башня с террасами, напоминающая Вавилонскую. Справа и слева от группы сидящих за столом трех женщин и мужчины изображены две влюбленные пары, одна из которых беседует с ними, а другая ожидает своей очереди за зеленой оградой лабиринта. То здесь, то там, в разных местах картины виднелись то кролик, спешащий к такому же, как и он, кролику, то два аиста, прогуливающиеся по дорожкам лабиринта, или орел и попугай, в идиллии воркующие друг с другом…

Влад тем временем продолжал плыть в гондоле по узким каналам. Из головы не выходила девушка, бегущая по мосту Вздохов. Пошел дождь. Гондольер предложил ему укрыться от дождя в кабине с занавешенными окнами. Он аккуратно пробрался к ней, держась за борта лодки, и вошел. Сел на лежащий на дне ковер и отодвинул занавеску, закрывавшую окно. Только тогда он увидел, что напротив него сидит девушка; лицо ее было укрыто темной вуалью. От неожиданности у него перехватило дыхание.

— Здравствуйте. Отчего вы так долго не приходили? Я так ждала вас.

— Вы меня ни с кем не путаете?

— Нет-нет. Я сегодня видела вас в холле гостиницы, когда вы были с какой-то женщиной. Это ваша жена?

— Нет. А почему вы об этом спрашиваете? И кто вы вообще такая? Что делаете в лодке?

— Каждая женщина Венеции мечтает познакомиться с мужчиной своей мечты. А ваша красота может многих свести с ума. Я никогда в жизни не встречала мужчину красивее вас, и я искренне завидую вашей подруге. А сегодня я ваш гид на время этой экскурсии. Меня зовут Джулия. Надеюсь, что эта ночь станет для вас незабываемой, — чуть с придыханием, почти шепотом добавила она. — Вы откуда приехали? Бывали раньше в Венеции?

Влада несколько удивила ее непосредственность и напористость, но он все же продолжил разговор:

— Мы приехали из России. А в Венеции я впервые.

— О, тогда вы, наверное, не знаете, что из Венеции влюбленные могут попасть прямо в рай.

— Расскажите, это интересно.

— В одном из дворцов под Лондоном хранится картина Тинторетто «Лабиринт любви». Она не очень хорошо сохранилась, и поэтому интерпретация того, что на ней изображено, затруднительна. Тем не менее на заднем плане легко разглядеть площадь Сан-Марко и прозрачный мост, по-видимому, ведущий из Венеции в рай. Чтобы попасть туда, влюбленные пары, которых довольно много на картине, совершают путешествие по запутанным дорожкам лабиринта. Те пары, что сумели добраться до его центра, проходят через процедуру куртуазного суда и, если они удовлетворяют всем критериям истинной любви, попадают в рай.