Звезды на крыльях - Иван Бабак

— Товарищ командир! Возьмите, пожалуйста, и меня с собой, не оставляйте здесь. Очень прошу вас, убедительно прошу…

Летчик от неожиданности растерялся. Откуда стало уже известно техникам о создавшемся положении?

— Как же я вас, товарищ техник-лейтенант, возьму с собой? Самолет-то ведь одноместный, вдвоем в кабине не поместиться.

— Я все предусмотрел, — продолжал с волнением он, — расположусь за бронеспинкой, на радиаторе. Я уже и фанеру снял, чтобы удобно, не пригибаясь, можно было сидеть…

— Но ведь в радиаторе температура воды — сто десять градусов…

— Радиатор я накрою чехлом от самолета. Прошу вас, товарищ командир, возьмите…

Бельский все еще не решался. О чем-то подобном ему и слышать не приходилось. А если придется вступить в бой? Как же тогда? Ведь в отсеке самолета будет заперт человек.

Механик теперь уже молча не сводил с летчика умоляющего взгляда, который словно говорил: «Ну решайте же! Сделайте доброе дело, не бойтесь, все будет хорошо!» А Бельский все еще раздумывал. Тут вступили в разговор другие присутствовавшие здесь техники:

— Товарищ командир! Возьмите техника-лейтенанта. Вылет мы обеспечим. Поможем вам сдвинуть самолет с места…

Наконец летчик решился:

— Так и быть, на войне не без риска. Садитесь быстро. Пора взлетать.

Мгновение — и механик Хабаров уже был в самолете. Его друзья закрыли боковой люк на замки. Один из механиков стал у крыла самолета, держа руку под козырек, что означало: можно запускать мотор.

В это время несколько самолетов полка начали взлет. На полном газу они еле тащились, оставляя глубокий след колес в раскисшей поверхности аэродрома. Вот один из них поднял хвост и клюнул носом, погнул лопасти винта. За ним второй… Подбежал техник эскадрильи Михайлов. Бельский вначале подумал: «Будет запрещать взлет». Но — нет. Он выжидательно смотрит, и летчику почему-то показалось: знает, что его механик в самолете.

Решительным взмахом руки Бельский показывает техникам: «Придержите хвост самолета!» И начинает взлет. Сектором газа плавно увеличивает обороты мотора до максимальных. Самолет слегка, вначале непослушно, двинулся с места. Но постепенно скорость разбега увеличивается. Ручка до отказа взята летчиком на себя, чтобы не поднимался хвост, а левой ногой он старается удержать направление. Но сделать этого не может. Самолет все больше отклоняется вправо, в сторону стоянки штурмовиков из соседнего полка. Мысль работает молниеносно: «Приостановить взлет или продолжать?» Но скорость разбега начала заметно расти. Уменьшилось давление на колеса — летчик теперь уже удерживает направление взлета. Еще миг — и он облегченно вздыхает: самолет отрывается от земли. Вначале кажется, что он повис неподвижно в воздухе, словно раздумывая, опускаться вновь на раскисшую землю или уходить от нее в свою привычную воздушную стихию. Но вскоре все увереннее и увереннее машина увеличивает скорость.

Бельский убирает шасси и плавно переводит машину в набор высоты. Медленно разворачивается и пролетает над аэродромом. Самолет великолепно слушается рулей. А на аэродроме, куда он бросил взгляд, хорошо заметно ликование: люди машут руками, кто-то бросает вверх пилотку. Теперь ему окончательно становится ясно: задуманный план — дело не одного механика Хабарова, к нему имеют отношение многие.

Начинает взлет второй самолет. Бельскому отчетливо видно, как машину заносит вправо. Но попытка удачна — самолет набирает высоту. За ним поднимаются в воздух еще пять. Все они собираются в группу. С земли подают сигналы улетать. Из-за неудачных попыток взлет остальных машин приостановлен.

Группа перелетела за Дон благополучно, без всяких приключений. Солнце начинало прятаться за горизонт, и летчики спешили на посадку. Как только Бельский зарулил самолет на стоянку и выключил мотор, сразу же с отверткой в руках бросился открывать замки люка. Оттуда молодцевато выскочил его механик. С сияющей улыбкой он бросился к летчику. «Вот уж, действительно, более счастливого человека мне не приходилось видеть», — подумал Бельский. Ему хотелось поздравить механика с воздушным крещением, но сделать это было не так-то легко: механик не выпускал командира из своих объятий.

К ним подходили летчики. Впереди Дмитрий Глинка, за ним все молодые сержанты. Видно, как возле их самолетов хозяйничают техники. Что же это значит? Неужели они тоже прилетели?

— Так что же, Бельский, ты со своим техсоставом? — спрашивает Глинка.

— Как видите, товарищ лейтенант… — отвечает он неуверенно, еще не зная, как на это посмотрит начальство.

— А ведь неплохо. Теперь, по крайней мере, у самолетов есть хозяева, одобрительно заключает Глинка.

Итак, это был «заговор» всего техсостава. Сомневаясь в согласии бывалых летчиков, они мишенями своих «атак» избрали молодых летчиков, сержантов. Им же это помогло в трудных условиях взлета: сидевший за бронеспинкой механик придавал машине более заднюю центровку — утяжелял хвост самолета. На лицах всех прилетевших —: и летчиков, и механиков — нескрываемая радость.

На следующий день рано утром приземлился еще один «як». Из него вылез Дзусов. «Как-то он посмотрит на нашу проделку?» — не без волнения подумал Бельский и сказал механику:

— Идите и докладывайте Бате о своем самовольстве. Вы — старший по званию…

Подтянувшись, тот подбежал к командиру полка и, чеканя каждое слово, доложил:

— Товарищ подполковник! Техник-лейтенант Хабаров без вашего разрешения прилетел на самолете с командиром экипажа. На других самолетах прилетели еще пять механиков. Готовы получить взыскания!

— Я, техник-лейтенант, за проявленную сообразительность и инициативу взысканий не накладываю. Соберите всех прилетевших механиков!

Они построились.

— Молодцы, механики! — сказал Дзусов. — Теперь я вижу, что вы настоящие авиаторы. Приступайте к выполнению своих обязанностей. Вас, техник-лейтенант, назначаю старшим, ответственным за подготовку самолетов!

К обеду благополучно прилетели все остальные самолеты полка. В каждом из них был кто-то из технического состава. Так на новом аэродроме появились вместе с летчиками те, кто готовил самолеты к вылетам, кто неизменно последним провожал летчика на боевые задания и первым встречал его, те, кто делил с летчиками радость побед и горечь поражений.

Полк готовился к новым боям. Обеспечивали эту готовность инженеры, техники, механики, мотористы, оружейники, прилетевшие с летчиками в одноместных самолетах.

Впоследствии стало известно, что технический персонал, давно уже обсуждал возможность такой транспортировки. Ведь высылавшиеся вперед команды зачастую не успевали прибыть вовремя на аэродромы последующего базирования, что затрудняло своевременную подготовку самолетов к боевым вылетам. Автором этой инициативы в полку был очень хорошо знающий свое дело, умелый организатор, техник звена Константин Ратушный. Время было тяжелое, и иного выхода не было.