Звезды на крыльях - Иван Бабак

Иван Ильич Бабак

Звезды на крыльях

Слово к читателю

«Две судьбы сплелись в моей жизни — судьба педагога и судьба летчика-истребителя. Я считаю своей основной профессией профессию учителя. А летчик — это, так сказать, мой параллельный жизненный курс. Авиаторы знают это выражение. Известно оно, пожалуй, многим, кто интересуется авиацией. Двое движутся рядом к намеченной цели,» — эти слова принадлежат Герою Советского Союза Ивану Ильичу Бабаку, одному из боевых летчиков Великой Отечественной войны.

Имя этого человека, восторженные отзывы о его безграничной отваге и высоком летном мастерстве можно встретить во многих произведениях мемуарной литературы, посвященных подвигам советских летчиков.

Судьба И. И. Бабака типична для целого поколения советских людей и в то же время глубоко своеобразна. Перед войной он окончил педагогический институт и аэроклуб. Затем — авиационное училище и фронт.

Совершив первый прыжок с парашютной вышки, юноша решил, что дорога в авиацию для него закрыта, что он слишком слаб духом для полетов. А в двадцать пять лет Иван Бабак командовал полком истребителей, и к концу войны на его боевом счету было 37 сбитых фашистских самолетов. Работая в школе, он мечтал о небе, а мастерски проведя очередной бой, думал о том времени, когда вернется в школу. И он вернулся. Медалью «За трудовую доблесть», значком «Отличник народного образования», почетными грамотами, любовью и уважением детей отмечены заслуги отважного летчика на ниве народного образования.

Мы, сослуживцы Ивана Бабака, знаем его по Великой Отечественной войне как подлинного патриота социалистического Отечества, храброго и тактически грамотного воздушного бойца, безгранично преданного своей Родине, Коммунистической партии.

Полтавчане были свидетелями его успешной педагогической деятельности. Теперь вниманию обширной аудитории предлагается книга Ивана Бабака — летчика и учителя.

Какова же основная мысль этой книги? Пожалуй, лучше всего сформулировал ее сам автор. «На примере собственной жизни я твердо убежден, что все зависит от веры, человека в свои собственные силы и в тех, кто тебя окружает. Вместе можно преодолеть любые преграды и добиться намеченной цели».

Книга И. И. Бабака по своему содержанию выходит за рамки воспоминаний о прожитых годах. Это прежде всего взволнованный рассказ о героизме, о мужестве, о беспредельной преданности советских людей своему социалистическому Отечеству. И, что очень важно, эта книга о становлении характера, о воспитании чувств.

Воссоздавая картины ожесточенных воздушных боев, рассказывая о ратных буднях летчиков, автор стремится проследить, как в огне сражений закалялась воля защитников Родины, как духовно мужали люди.

Документальное повествование И. И. Бабака отмечено исключительной искренностью и строгостью. Строгостью по отношению к себе. Автор не сглаживает острых ситуаций, ничего не упрощает. И это придает описываемым событиям особую достоверность.

Книга «Звезды на крыльях», адресованная в первую очередь молодому читателю, никого не оставляет равнодушным. Она несет в себе большой воспитательный заряд, учит мужеству, верности, говорит об ответственности каждого из нас за настоящее и будущее Отчизны.

А. И. ПОКРЫШКИН,

трижды Герой Советского Союза,

Маршал авиации

Вызывает комдив

Февральское небо фашистской Германии в сорок пятом встретило авиаторов неприветливой погодой: низкой облачностью, частыми снегопадами, туманами.

Ужаснейшая из всех войн катилась к своему неизбежному концу, чтобы бесславно для агрессора погибнуть там, где она родилась, в самом логове фашизма — Берлине.

Теперь все мы жили предстоящей битвой. На дорогах, по которым нескончаемым потоком двигались наши войска, появились новые указатели направлений к фашистской столице, а на танках, орудиях, автомашинах и самолетах — свежие лозунги: «Вперед на Берлин!», «Даешь Берлин!», «Мы выстояли, теперь победим!».

На военных картах в штабах разрабатывались направления главных ударов наших войск, стрелы их ударов упирались все в то же название — «Берлин». С крушением последней фашистской цитадели связан конец войны, потому и стремилась наша армия вперед могучим потоком, который никакими силами остановить было уже невозможно.

Еще немало падет в решительном бою героев — юных и пожилых, еще не одного отца, сына, брата, мужа сразит или покалечит в своих последних судорогах война, она и на исходе еще принесет много слез и горя, но никто и ничуть уже не сомневался в том, что недалек час справедливой расплаты для ненавистных фашистов, принесших человечеству столько горя и страданий.

Неудержимым порывом к наступательным боям жила и наша истребительная авиация. Как назло, нам очень не везло — мешала весенняя распутица. Поверхность аэродромов в оттепель превращалась в непролазное месиво. Ни взлететь, ни сесть на таком аэродроме нельзя. Разве только в отдельные дни, утром рано, когда поверхность земли сковывают слабые заморозки, удавалось сделать один-другой вылет. Тяжело было сознавать, что в этом последнем финишном марше наземных войск мы, летчики, не принимаем должного участия.

А в то самое время наш командир Александр Иванович Покрышкин решал нелегкую и совсем новую в боевой авиации проблему — можно ли использовать автостраду в качестве взлетно-посадочной полосы.

У населенного пункта Тайфельде, где стояли увязшие в грязь самолеты, силами всего личного состава дивизии была расчищена полоса для взлета. Для этого пришлось проделать очень трудоемкую работу — снять раскисший слой почвы на полосе длиной восемьсот и шириной в полсотни метров.

Рано утром, когда еще поверхность почвы аэродрома сковывалась ночным заморозком, в воздух начали подниматься самолеты дивизии: первым взлетел со своим ведомым Георгием Голубевым командир дивизии Александр Покрышкин, за ним один за другим с небольшими интервалами успешно взлетели все три эскадрильи 16-го авиаполка.

На аэродроме Альтдорф собрался весь состав дивизии: летчики, инженеры, техники, офицеры штаба. На их лицах нескрываемая радость: наконец-то вырываемся из плена грязи, в котором застряло соединение на целых десять дней!

Вот уже пошли на взлет самолеты и 104-го авиаполка. Первые машины сравнительно легко начинали разбег и удачно отрывались от расчищенной полосы, но для следующих за ними взлет все более усложнялся: шасси самолетов все глубже входило, в почву, оставляя за собой глубоко пропаханные борозды, от колес летели во все стороны брызги грязи. Летчики 100-го гвардейского полка с тревогой наблюдали, как взлетающие включали форсажный режим мотора, чтобы оторваться от раскисающей поверхности взлетной полосы.