Фрунзе. Тайны жизни и смерти - В Рунов

29 ноября 1918 года белогвардейцы обрушились на 29-ю дивизию, находившуюся на левом фланге армии, и на соседнюю с ней Особую бригаду, прикрывавшую путь на Пермь. Здесь колчаковцы в два раза превосходили советские войска по численности. Враг сразу бросил в бой десять полков. Части Красной армии оказали упорное сопротивление. Однако колчаковцы, не считаясь с потерями, вновь и вновь шли в наступление. В районе станции Выя им удалось окружить два полка Красной армии и после кровопролитного боя почти полностью уничтожить их.

Нанеся сильные удары по левому флангу 3-й армии, противник перебросил оттуда лучшие свои войска в центр и повел наступление против 30-й дивизии, которая защищала путь на Кун- гур. Дивизией командовал В.К. Блюхер. Она считалась лучшей в 3-й армии. Начались ожесточенные встречные бои, ибо 30-я дивизия до этого сама наступала. Колчаковцы остановили продвижение советских полков, а затем принудили их отходу на запад.

Бои под Пермью проходили в очень трудных погодных условиях. Снег в ту зиму выпал рано и глубоким слоем покрыл землю. Двигаться можно было только по дорогам. Достаточно было несколько шагов отойти от дороги, люди увязали по пояс.

Особенно страдали бойцы Красной армии. Лыж почти ни у кого не было. Скоро ударили 30-градусные морозы, а часть красноармейцев была в рваной кожаной обуви. Еще хуже было с питанием. Бойцы по нескольку дней подряд получали только четверть фунта овсяного колючего и вдобавок к тому же промерзшего хлеба. Были дни, когда ничего не ели. Люди были рады любой пище.

Во второй половине декабря 1918 года сопротивление частей Красной армии начало заметно падать. За две недели ожесточенных боев 3-я армия понесла огромные потери. Из строя выбыли лучшие части, резервы практически иссякли. Не хватало боеприпасов, продовольствия, медикаментов. Появились обмороженные и больные, которым не оказывалась практически никакая медицинская помощь.

Не на высоте оказалось и командование 3-й армии. Командующий армией Лашевич в дни напряженных боев на фронте устраивал вместе с работниками штаба пьяные оргии. В попойках принимали участие лица, связанные с белогвардейцами. Штаб армии был оторван от дивизий и не всегда знал положение на фронте.

Ссылаясь на отсутствие оружия, он не посылал на фронт даже те небольшие пополнения, которые прибывали. Между тем под Пермью, на станции Левшино, на барже за день до прихода неприятеля было случайно обнаружено 200 ящиков винтовок. Все они достались неприятелю.

В обстановке общего отхода войск командование 3-й армии предприняло попытку организовать оборону Перми, но она не увенчалась успехом. В начале января 1919 года 3-я армия оставила Пермь и отступила за Каму.

Обстановка на Восточном фронте встревожила большевистское правительство. В последних числах декабря 1918 года Центральный комитет партии и Совет Обороны, обсудив положение 3-й армии, назначили комиссию для расследования причин сдачи Перми и оказания помощи советским органам на левом крыле Восточного фронта. В нее вошли И.В. Сталин и Ф.Э. Дзержинский. 5 января 1919 года комиссия ЦК партии и Совета Обороны прибыла в Вятку. После этого положение там начало улучшаться.

Но в это время большие проблемы возникли на правом фланге Восточного фронта в полосе 4-й армии, войска которой через степи по глубокому снегу двигались на Уральск. Под угрозой советской оккупации оказались исконно казачьи области.

Почувствовав серьезную угрозу городу, белоказаки забили тревогу и призвали в армию все мужское население, способное носить оружие. В срочном порядке из каждой казачьей станицы был сформирован конный отряд добровольцев, станичники взяли на себя заботу о пропитании казаков, пополнении отрядов людьми и лошадьми. Защита казачьих земель была объявлена богоугодным делом.

Но это не помогло. Глубокий снег лишил казаков их основного преимущества — действий в конном строю. Их отряды утратили возможность быстро передвигаться, охватывать фланги, заходить в тыл и наносить неожиданные удары, как это они делали раньше. Теперь казакам приходилось драться в пешем строю. Местами они оказывали упорное сопротивление, но вынуждены были отступать.

Чтобы замедлить движение советских войск и разложить малоустойчивые части Красной армии, белоказаки стали посылать к красноармейцам парламентеров для переговоров о прекращении борьбы.

Белогвардейские агитаторы добились определенного успеха. 10 января 1919 года в полках 3-й бригады 4-й армии начались беспорядки. Вожаки арестовали комиссаров, часть командиров и наиболее активных коммунистов, а также прибывших в расположение бригады члена Реввоенсовета и работников Политотдела армии. Все они были взяты заложниками. Переговоры с мятежниками не увенчались успехом. 20 января мятежники расстреляли из пулеметов с бронепоезда члена Реввоенсовета 4-й армии большевика Г.Д. Линдова и комиссаров П.В. Майорова и В.П. Мяги. Наряду с мятежом 3-й бригады произошли беспорядки в соседней 2-й бригаде этой же дивизии.

Командование 4-й армии всеми силами постаралось блокировать мятежные части, не прекращая общее наступление на Уральск. В начале 20-х чисел января части 22-й дивизии этой армии подошли к Уральску, а рано утром 24 января 1919 года город был взят штурмом.

С лета 1918 года 4-й армией Восточного фронта командовал Александр Алексеевич Балтийский. Это был кадровый морской офицер бывшей императорской армии в возрасте 48 лет, имевший за плечами учебу в Академии Генерального штаба и Морской академии, боевой опыт Первой мировой войны, которую он закончил генерал-майором. Оказавшись в мятежном Петрограде осенью 1917 года в должности помощника начальника Генерального штаба, он сразу же начал сотрудничать с новой властью, войдя в состав Высшей военной инспекции.

Назначение А.А. Балтийского на должность командующего 4-й армией в Москве многим не понравилось. Одни упрекали его генеральским прошлым, другие прямо обвиняли в связях с контрреволюционными организациями. Возникли у Александра Алексеевича разногласия и с командующим Восточным фронтом. Все это в комплексе привело к тому, что был поставлен вопрос о его замене.

Командарм четвертой

В военные поступать не советую, испортишь всю жизнь. У меня прямо сердце сжалось, когда я в бытность в Москве увидел наших земляков, поступивших в военные училища. Боже, что из них делает военщина: ничего не знают, ничего не слышат…

В последний день января 1919 года в Самару прибыл новым командующим 4-й армией Восточного фронта М.В. Фрунзе. На перроне городского вокзала его встречало всего несколько человек, среди которых был и А. А. Балтийский. Михаил Васильевич сразу же узнал его по мрачному официальному выражению лица и безукоризненной выправке. Он подошел теперь уже к бывшему командующему и вручил ему мандат о назначении его помощником командующего 4-й армией. А.А. Балтийский прочитал мандат и молча отдал честь.