Брачный танец - Джиллиан Джеймс

Стив запустил пятерню в свои густые волосы. Как он сможет потом жить без нее? Как высидит в своем офисе, зная, что совсем близко, на той же улице, расположена балетная студия Рэя Гиффорда? Что, если он случайно встретит Энни? Заговорят ли они друг с другом?.. Нет, у него не достанет сил проститься с Энни. Жить без нее? Это невозможно! Но что же ему делать?

Прежде всего — успокоиться. Только полностью владея собой, он сможет достичь цели. Да, придется согласиться на условия, поставленные ему Энни, и во время путешествия не отступать от этого. А затем ни в коем случае не падать духом и не сдаваться! Нужно пойти на риск — и жениться! Только в этом случае он не потеряет Энни.

Но где-то в глубине сознания копошилась и другая мысль, более практическая. Она касалась его планов стать партнером владельца фирмы. «Стив, все это могло бы стать гораздо реальнее, будь вы женаты».

Стив был уверен, что, останься он холостяком, предпочтение непременно будет отдано Фреду Крейгу. А ему придется вообще уйти из фирмы. Как он станет смотреть в глаза зятю Бену или Альфу, пропустив вперед Крейга? Но он не хочет уходить, ему нравится его работа.

Крейг, возможно, уже прослышал, что продвижение Стива по службе не произойдет автоматически. Ибо на днях проронил фразу о том, что фирма его отца и старшего брата «Хантерс» пользуется большим доверием у всех адвокатских контор Торонто. Это был явный намек на то, что Стиву следует подумать о возможном переходе в другую контору. И тем самым освободить дорогу Крейгу, солидному семьянину.

Воскресенье выдалось дождливым, и путешествие на яхте пришлось отложить. Стив и Энни поехали по магазинам в поисках подарка сыну Рэйчел. Мальчику исполнилось десять лет. Энни не возражала против подобного проведения времени, поскольку очень любила ходить по магазинам и делать покупки.

К понедельнику погода нисколько не улучшилась. Они поужинали в китайском ресторанчике, после чего в очередной раз сходили в кино. На этот раз сюжет обошелся без эротических сцен.

Во вторник Стив вернулся на работу. Энни пошла в студию — раз уж она в городе — надо поддерживать форму: скоро начнутся репетиции «Бубенцов». Моэм Эллисон, чья фотография на днях появилась на обложке одного из самых популярных журналов, обещал быть ее партнером и на некоторых репетициях.

Как-то раз Стив взял Энни на бейсбольный матч. Она мало что понимала в этой игре, но царившая на трибунах атмосфера не могла не заразить. К концу игры Энни уже вместе с другими болельщиками громко поддерживала полюбившуюся ей команду. Когда же та одержала победу, ее радости не было предела…

Так пролетел ее отпуск.

В последнее воскресенье небо прояснилось, солнце сияло с самого утра. Лучшей погоды для прогулки на яхте невозможно было представить. Дул легкий бриз, и Стив решил идти под парусом. Энни старалась помогать ему, как могла. Но очень скоро поняла, что ее участие в управлении яхтой носит чисто номинальный характер. Стив оказался прекрасным моряком и легко справлялся сам.

Когда яхта отошла достаточно далеко от берега, Энни неожиданно почувствовала себя очень легко и свободно, почти как во время танца. Стив спустил парус, бросил якорь, и яхта остановилась, слегка покачиваясь на волнах. И тут Энни ощутила в душе такой покой, какого не знала уже многие годы.

— Вы очень хорошо мне помогали, — совершенно серьезно сказал Стив, опускаясь на корточки перед сидевшей на скамейке Энни. — Откупорив банку с прохладительным напитком, протянул ей: — Выпейте холодненького. Вам же жарко.

— Вовсе нет. Здесь, на воде, достаточно прохладно.

— Я люблю бросать здесь якорь и спокойно отдыхать.

— Спасибо, что доставили и мне такое удовольствие.

Сегодня кончалась вторая неделя ее отпуска, им предстоит расстаться. По вине капризной погоды многодневное плавание вдоль берегов Онтарио не получилось. И все же Энни побывала на этой прекрасной яхте, полюбовалась красивейшей панорамой города. Но… это их последний вечер…

— Что-то случилось? — спросил Стив.

— Нет. Все в порядке. Я себя великолепно чувствую.

— Неправда. Вы себя далеко не великолепно чувствуете. Так же, кстати, как и я… — Он приподнялся с корточек, нагнулся к Энни и нежно поцеловал ее в губы. — Сегодня мы должны сказать друг другу: «Прости!»

— Это будет позже.

— Нет. Сейчас и именно здесь. Когда мы совсем одни.

Второй его поцелуй был более настойчивым, даже требовательным. Энни почувствовала, как все ее тело расслабляется, а кровь в жилах нагревается чуть ли не до кипения. Она обняла Стива за шею. Его язык проник между ее зубами и коснулся кончиком десен. Тело Энни напряглось, низ живота плотно прижался к его оголенным и горячим бедрам.

Стив опрокинул Энни на матрац, покрывавший скамейку, и лег сверху. Их ноги переплелись. Все тело Энни пылало, причиняя почти физическую боль. Страстный стон вырвался из ее груди…

…Но Стив неожиданно резко поднялся и, снова присев рядом со скамьей на корточки, принялся как ни в чем не бывало допивать прохладительный напиток. Энни медленно поднялась и сделала несколько глотков из своей банки.

— Это нечестно с вашей стороны, Стив, — усталым голосом сказала она.

— И с вашей — тоже. Вы не хотите физической близости между нами. Поэтому мне и пришлось остановиться, пока это еще было возможно.

Энни бросила на него озадаченный взгляд. С той самой минуты, как Стив заехал за ней сегодня, она ощущала в нем какую-то перемену. У нее даже мелькнуло подозрение, не замыслил ли он что-нибудь? Ведь сегодня — их последний день…

— У вас какие-то проблемы, Энни? — спросил Стив.

— Вы сегодня какой-то… другой.

— Ничего подобного. Я такой, как всегда. То всплеск желания, то его агония. Хочу вас и не могу получить. Это мучительное состояние не оставляет меня с того самого приема у Рэя.

Его слова кололи ее, жалили в самые ранимые места. И будили в Энни ощущение вины.

— Вы сами взвинчиваете себя, Стив, — убежденно сказала Энни.

— Взвинчиваю? — переспросил Стив и горько рассмеялся.

— Да, взвинчиваете! А сегодня к тому же ведете себя просто цинично. И все потому, что я решила порвать наши отношения.

— Вы обвиняете меня в циничности? Как же тогда назвать ваше поведение? Знаете, что я люблю вас, — и терзаете мою душу, не разрешая мне впредь даже видеться с вами. Вы вот сказали, что решили порвать наши отношения. Какие? Совместные походы в кино да краткий отдых на яхте? Это вы называете отношениями?

— Я защищаю себя, свою карьеру, свободу, время. Вы же говорили, что понимаете меня. И согласились!