Королевство Джонни Кула - Джон Макпартленд

- Он умер от сердечного приступа, - согласился врач, двадцать лет назад прошедший медицинскую школу Ордена.

Мусия посмотрел на окружающих.

- Колини, - сказал он.

Для них не имело значения, его ли палец нажал курок. Это убийство было подстроено Колини. Убийство Великого Мастера Ордена.

Сантанджело мог умереть счастливым.

Около шести часов, в вилле на холмах под Римом, молодой врач старого Джонни Колини готовил ежедневную инъекцию прописанных гормонов и витаминов, которые старик потреблял, чтобы наслаждаться молоденькими девочками.

Старый Джонни Колини сидел в великолепной комнате возле бюста Цезаря в ожидании процедуры. Он думал о Джулиано, о четверых мертвецах, о Сантанджело, о Цезаре.

Он гадал, хватит ли Джулиано смекалки, чтобы заманить и убить старого льва, старого друга его детских лет. Если Джулиано это удастся, нужно будет убедиться, что Джулиано мертв. Цезарь может быть только один.

Цезаря убили друзья. Это была старая история, но она не касалась настоящего Джонни Колини. Для себя он по-прежнему оставался Джонни Кулом, молодым, несгибаемым подростком из Чикаго. Он был Джонни Кул, и он будет, как и Цезарь, жить долго.

Молодой врач протер спиртом обнаженное бедро старого Джонни Колини и вонзил острую иглу. Рука его была тверда, и он вдавливал поршень, вгоняя в вену пузырь воздуха, чтобы тот достиг старого сердца и остановил его навсегда.

Даже вскрытие покажет, что старик умер от сердечного приступа.

Врач сделал то, что приказал ему великий Орден.

22

От Четырнадцатой стрит Джонни взял такси до своего отеля. Когда он вошел в вестибюль, рука помощника менеджера замерла с карандашом над карточкой, в которой он что-то писал. Потом он положил карандаш и взялся за телефон.

Джонни попросил ключ. Клерк подал его, изобразив искусственную, мертвую улыбку на побледневшем лице. Пока Джонни шел к лифту, он смотрел в его стройную, широкую спину все с той же примерзшей ухмылкой.

В комнате Джонни разделся, быстро принял душ и оделся вновь. Он спешил, потому что хотел быть чистым и свежим, когда за ним придут.

Раздался долгожданный стук, и Джонни открыл дверь. Там стояли двое крупных мужчин с жесткими глазами и жесткими улыбками. Один, стоявший чуть позади, держал в руке пистолет.

- Вы Джонни Колини?

- Да.

- Я лейтенант Макгир, - сказал первый, протягивая в левой руке бумажник с приколотой бляхой.

- Чем могу помочь? - спросил Джонни.

- Ты пойдешь с нами, вот чем ты можешь помочь, - сказал Макгир.

Его отвели в комнату допросов отдела убийств и стали задавать вопросы.

- Твое настоящее имя?

- Джонни Колини.

- Где родился?

- В Чикаго. Двадцать восемь лет назад.

- Источник доходов?

- Я хожу на скачки, ставлю на лошадей. И выигрываю.

- Какое получил образование?

- Никакого.

Помощник районного прокурора мягко спросил:

- Кто тебе заплатил за убийство Луиса Мерфи?

- Кто такой Луис Мерфи?

- У нас есть свидетели, которые опознают тебя как человека, который застрелил Луиса Мерфи.

- Сначала лучше скажите, кто такой Луис Мерфи. А потом показывайте меня вашим свидетелям.

- Где ты был последние два дня?

Джонни улыбнулся.

- В глубоком запое. Я начал с утра два дня назад, и вышел из тумана этим утром. Может, вы сможете мне сказать, где я был.

Люди в комнате бились шесть часов, потом подключилась команда ФБР. На эти шесть часов Джонни был формально арестован за бродяжничество. У него сняли отпечатки пальцев, и не прошли ещё шесть часов, как отпечатки классифицировали, проверили по картотекам Нью-Йорка и ФБР в Вашингтоне.

На этого Джонни Колини данных не было. На исходе шестого часа помощник районного прокурора совещался с глазу на глаз с шефом отдела убийств.

- Вы не дали нам на этого парня ничего. Я не могу обвинить его в убийстве Мерфи.

Шеф был в ярости.

- У него нет алиби.

- Сейчас оно ему и не нужно. Все, что вы на него имеете - рапорт из Лас-Вегаса о каких-то слухах о войне гангстеров. Хорошо я буду выглядеть, если заявлюсь в суд и потребую смертного приговора для парня, на которого нет досье, который не имеет судимостей, у которого нет пистолета, и, как нам известно, никогда и не было, который не вяжется с Луисом Мерфи, который выглядит, как чертова итальянская рок-звезда с телевидения - правда, вдвое красивее, и который был арестован в своем номере в одном из лучших отелей города.

- Я знаю, что этот сукин сын виноват, - сказал широкоплечий, непреклонный шеф манхэтанского отдела убийств. - Я смотрю на него, когда он мне улыбается, и внутренний голос твердит, что этот парень застрелил Луиса Мерфи и пошел прочь, насвистывая марш.

- Ты думаешь, он сломается?

- Я думаю, мы может вырвать его ногти один за другим, а он так же будет сидеть и улыбаться. А потом мы его отпустим. И однажды он нам отплатит. Железный сукин сын с непреклонной улыбкой, лучший из всех, кого я знал. Я знал Анастазия, когда он был молод и полон злобы, но он и рядом не стоял с этим улыбающимся сукиным сыном.

- Что вы собираетесь с ним делать?

- Отдать его Федералам. У них слюнки текут по нему.

- Если они его расколют, я хочу получить его первым.

- Они раскалывали самых лучших. Они все тоже улыбчивые. Мягкие, беззаботные, полусерьезные, а заодно заставляют тебя рассказать, как ты ограбил банк.

Люди из отдела убийств ушли, и в комнату допросов вошли стройные мужчины в серо-голубых фланелевых костюмах с беззаботными улыбками.

Их вопросы кусались.

- Когда вы в последний раз были в Лос-Анжелесе?

- Мы обнаружили в вашем номере брюки с этикеткой лос-анжелесского магазина одежды. Когда вы их купили?

- Мы обнаружили спортивную куртку с этикеткой магазина мужской одежды "Сант-Фрэнсис" в Сан-Франциско. Когда вы их купили?

- Где ваша регистрационная карта о службе в армии?

- Где ваши налоговые декларации за последние пять лет?

- Какую школу в Чикаго вы посещали?

- Где вы начали пить позавчера? Куда пошли оттуда?

- Вы владеете чистым итальянским?

- Вы когда-нибудь были за рубежом? У вас когда нибудь был паспорт?

- Можете вы доказать, что вы не нелегальный иммигрант?

- Кого вы знаете в Чикаго? В Нью-Йорке? В Лос-Анжелесе? В Сан-Франциско?

Но Джонни возвращал улыбки. Он сказал им, что он игрок и пьяница. И это все, что он им рассказал.

Через восемь часов спецагент разговаривал с Вашингтоном.

- Мы думаем, он замешан в одном или более из этих убийств - наиболее вероятно, в лос-анжелесском взрыве. Думаю, мы можем доказать, что он был позавчера в Лос-Анжелесе и Сан-Франциско и купил серую кашемировую куртку, как на террористе. Опрося персонал авиалиний, мы, возможно, сможем узнать, какими рейсами он летел из Лос-Анжелеса в Сан-Франциско и из Сан-Франциско - в Нью-Йорк. Но нет доказательств, ни что он был в Лас-Вегасе во время убийства Хиндза и Фрэнда, ни что он убил Мерфи здесь.

Вашингтон спросил:

- Он попросил адвоката?

- Шеф, он ведет себя так, будто ничто в мире его не волнует. Крепкий орешек. Мы встречались с непробиваемыми. Этот ещё более несгибаем и скользок. Он сидит здесь, улыбается и говорит, что не знает. Мы можем передать его отделу иммиграции, финансов, или держать его у нас по подозрению в уклонении от воинской службы. Мы можем задержать его за то, что он был в Лос-Анжелесе в день взрыва. Возможно, мы сможем докопаться до продавца динамита - если он покупал его легально. Но это все, что у нас есть.

Вашингтон сказал:

- Отпустите его. Проработайте все - воинскую регистрацию, свяжитесь с иммиграцией и финансами, проследите по приметам на авиалиниях и у продавцов динамита по всей стране. Ради этого человека мы задействуем всю систему Бюро. Но сейчас отпустите его.

- Под надзор, шеф?

- Может пройти шесть месяцев или год, прежде чем он свяжется с тем, на кого работает. Давайте положим год. Я выделю группу для слежки.

- Начет женщины, шеф, - мы не можем связать этого мужчину с мисс Гинес, или мисс Гинес с чем-либо здесь. Мы начали опрашивать по авиалиниям насчет женщины её внешности в сопровождении похожего на Колини мужчины, но ничего не вышло.

- Я лучше подожду год, пока этот Колини приведет нас к вышестоящему боссу, чем арестую его за взрыв, с женщиной или без. Если она замешана, то скорее всего, это секс, баба просто потеряла рассудок. Она неподсудна, если только не совершила преступления в Нью-Йорке и бежала из штата, или пыталась покинуть Калифорнию, чтобы избежать ареста, или нарушила федеральные законы относительно взрывчатых веществ, или тайно помогала Колини покинуть Калифорнию, чтобы избежать ареста. А пока оставим её властям Калифорнии.

- Да, шеф, - ответил спецагент.

Калифорнийская полиция не вывела в сводку Дэа Гинес. Они не проверяли регистрацию отеля "Беверли-Хилтон".

Но в одиннадцать утра, светлым тихоокеанским утром, директор телевидения Лос-Анжелеса позвонил руководителю программы в Нью-Йорк узнать о прошлом Дэа Гинес, которую предлагали на работу. Переговорив, он немедленно позвонил Маккейбу.