Королевство Джонни Кула - Джон Макпартленд

- Вы помните драку в "Риал Тониз"? - Она смотрела в лицо Кромлейна, все ещё со следами кровоподтеков.

Он изучал её лицо, силясь припомнить. Он с ней не спал. Она не девушка парней из мафии, которых он знал. Высший класс, роскошные волосы.

- Кто вы?

- Если хотите снова встретиться с тем человеком...

Кромлейн встал.

- Я хочу знать, кто ты.

- Послезавтра в пять он будет в "Рейнбоу Рум" в Рокфеллер центре.

Кромлейн схватил её за руку, приблизил свое лицо. Ее холодные глаза смотрели в упор. Похожие ледяные голубые глаза он видел и раньше - ему было девятнадцать, и через мгновение он того человека убил.

- Убери руку.

Он отпустил.

- Почему ты мне сказала?

- Потому что ты хочешь его увидеть. Он будет в "Рейнбоу Рум" послезавтра в пять.

Она подошла к Маккейбу, и они покинули "Дерби". Кромлейн смотрел им вслед, потом поспешно подошел к кабинке, где сидели остальные.

- Простите, кто была это молодая леди?

- Вы её не узнали? Это Маленькая Сиротка Энни.

- Не дурачь джентльмена. Эта леди была не леди, это был Джерри Льюис в светлом парике.

- Не обращайте внимания на их шуточки, сэр. Это была Королева Дня.

Кромлейн смотрел на уверенные насмешливые лица. Люди из телевидения или из рекламы, подумал он. Они ничего ему не скажут и высмеют. А если применит силу, просто вышвырнут.

- Большое спасибо, - сказал он.

В одном он был уверен. Она сказала правду. Она была в "Риал Тониз", когда он сцепился с Колини.

И она выдала Джонни Колини.

Он ещё увидит, как мафия до него доберется.

21

Маккейб привел её в "Грейп Вайн", что в квартале от двух главных телестудий на Вайн Стрит. Это было приятное местечко со стереомузыкой, камином и глубокими, мягкими креслами.

Они уединились в углу.

- Расскажи мне все, Дэа. Ты попала в какую-то переделку. В чем дело?

- С чего ты взял, что у меня неприятности, Мак?

- Твоя история.

- История моей жизни, - Дэа рассмеялась.

- А кто мужчина? Не тот парень в "Дерби"?

- Боже, нет.

Подошла официантка. Маккейб спросил Дэа, хочет ли она мяса.

- Сейчас ничего, Мак, кроме ещё бокала. Может, позже.

- Две водки с тоником, Беверли, - сказал Маккейб девушке. Когда та ушла, он взял Дэа за руку:

- Тебе нужен друг, Дэа?

Дэа кивнула и глубоко вздохнула.

- Да. Но я ничего не могу тебе рассказать. Мак, чтобы ты мог бы для меня сделать?

Он протянул раскрытые ладони.

- Все, Дэа.

- Говори со мной о телешоу. Говори со мной о людях, которых мы оба знаем. Помоги получить работу. Не здесь. Может, на Гавайях. Где-нибудь подальше.

- Так все плохо?

- Так плохо, - ответила она.

- Я знаю парня на Гавайях, Джонни Джордана. Можем позвонить ему.

Она вздрогнула, как от холода.

- Не нужно, Мак. Я собираюсь кое-что рассказать. Я должна рассказать тебе, что я только что сделала - и почему.

Официантка принесла коктейли. Маккейб попросил счет, и она ушла.

- Что ты сделала, Дэа?

- Я уничтожила человека. Три часа назад я жила только новой встречей с ним - и когда мне предоставился шанс уничтожить его, я это сделала.

- Уничтожила? Как, Дэа?

- Человек, с которым я разговаривала в "Дерби". Не могу сказать тебе, что произойдет, но я уничтожила своего единственного мужчину. Поверь мне.

- Верю. Почему ты это сделала?

- Если бы я этого не сделала, то ушла бы с ним.

- И ты все ещё любишь его, Дэа? - голос Маккейба был нежен.

- Сейчас он для меня не существует. Но если он сейчас придет сюда, Дэа Гинес, которую ты знаешь, исчезнет. Я буду делать все, чего он хочет, неважно, что, я буду хотеть его, как распутная сука в течку. Вот чем я буду, если сейчас его увижу. Поэтому я его уничтожила.

- Чем это стало бы для тебя, Дэа?

- Преисподней. Забавно, как истоптали это слово. Мы забыли о его истинном значении. Преисподняя, - очень избитое выражение.

Она смотрела мимо Маккейба.

- Я спрашивал, чем это стало бы для тебя, Дэа?

- А я пытаюсь объяснить, Мак. Это преисподняя, и никаким другим словом не опишешь. Под нашим миром - темный, холодный мир теней, где всегда пахнет смертью. Мир чудовищ.

- Знаешь, кто ещё в этом городе, Дэа? Целая команда с Шоу Свиданий Брюс, Говард, вся банда, - Маккейб улыбнулся и сжал её руку. - Может, тебе тоже следует их увидеть. Тебе понравится с ними работать.

А в большом новом здании управления полиции Лос-Анжелеса подключили лучших специалистов криминальной лаборатории. У них было чудовищное по объему задание - проследить каждый новый красно-белый открытый "форд", зарегистрированный в Калифорнии, проверить имена, на которые их арендовали, особенно молодых женщин, если они ещё и блондинки, как описывали свидетели в каньоне Кулвотер.

Марк Кромлейн звонил в Нью-Йорк Джерри Мусии из отеля "Голливуд Плаза".

- Джерри? Марк. Ты знаешь беспокойного парня?

- Того, которого мы знаем?

- Его. Его девка в Голливуде.

- Откуда ты знаешь? Ты никогда её не видел.

- Она видела меня. Подошла ко мне в "Дерби". Сказала, что парень будет в "Рейнбоу Рум" послезавтра в пять.

- Почему она тебе сказала?

- Кто знает? Может, месть, может, она решила начать все снова. Но я верю, что парень там будет.

- Даю слово, он будет не один. Будут люди, работающие на него. Но кто?

- Я передаю эту новость тебе, Джерри. Ты знаешь, я немного должен по городу.

- Это уже обговаривалось.

- Я оказал услугу некоторым большим людям, указав им этого парня.

- Они тебе за это не заплатят. Ты это знаешь, болван.

- Они могут приказать дать мне немного времени.

- Если информация верна, может быть.

- Моя сделка здесь провалилась.

- Худо дело. Почему?

- Не могу достать начальную сумму. Ты же знаешь, исполнители хотят пять вперед за информацию и за исполнение, ещё пять, когда доставят товар. Мне не хватает.

- Ты сказал, в пять в "Рейнбоу", послезавтра.

- Она сказала. Подошла ко мне, словно не в себе, сказала это и исчезла.

- Ты должен был остаться с ней.

- У тебя дыра в башке! Где такие девки, там крутые мужики. Жестокие и хладнокровные. Я и близко к этой бабе подходить не хочу.

Кромлейн повесил трубку в Голливуде, Мусия - в Нью-Йорке. Мусия решил передать все прямо Майку Сантанджело. Кромлейн решил взять деньги и попытать счастье в Лас-Вегасе. Заодно зайти на похороны Бена Фрэнда. Уважение Бену Фрэнду окажет каждый.

За телом Оби Хиндза приехали ребята из южного Иллинойса.

Жена Леннета Крэндала договорилась, чтобы его кремировали в Форест Лаун. Затем она собиралась вышвырнуть пепел в сточную канаву.

Луиса Мерфи похоронят со всеми почестями в Коннектикуте.

Последние дела остальных троих мужчин, умерших потому, что встали на пути у Джонни Колини, уладят родственники.

В Палермо девушка по имени Мария, одетая как горожанка, садилась в самолет до Рима. У неё был забронирован билет от Рима до Нью-Йорка.

Золота и серебра, которые она скопила на свадьбу, хватило на билет. Она ехала по личному делу, паспорт лежал в кошельке.

По сицилийской деревне прошел слух, что Джулиано не мертв. Он в Америке. Мария ехала в Нью-Йорк, чтобы найти его.

Она ждала два года. Знала, что Джулиано где-то живой, и молила о дне, когда снова будет с ним.

Без веры в эти молитвы у Марии не было причин ждать нового дня.

Когда по деревне прокатился слух, она знала, что должна ехать. Она была уверена, что он собирается вернуться на Сицилию победителем и взять её в жены. Мария не представляла себе будущего без Джулиано.

Джонни Колини легко заснул на нью-йоркском рейсе. Он мог спать, потому что у него не было планов. Убийство Майка Сантанджело было единственным из пяти, к которому он не стал готовиться заранее.

На динамите для Крэндала он остановился двумя неделями раньше; простейший метод для Луиса Мерфи он выбрал, изучив привычки адвоката; он запланировал использовать Оби Хиндза, чтобы добраться до Бена Фрэнда. Но для Мороженого планов у него не было.

Сантанджело жил в охраняемом небоскребе, его телохранители наблюдали за ним сквозь щели в стенах. Убить его могло быть просто, но прожить после этого ещё десять секунд - невозможно.

В определенные воскресенья Сантанджело отправлялся к сестре на Лонг-Айленд в сопровождении вереницы черных "каддилаков". Караван состоял из четырех машин, первые две - охрана, потом машина Сантанджело, затем третья машина с охраной. Была возможность, но с очень небольшими шансами на успех, снова попытать динамит или пистолет. Если Джонни Колини не останется в живых после смерти Сантанджело, во всей затее очень мало смысла, разве что потешить старика на вилле.

Сестра и зять жили в хорошем, хотя и не очень богатом, доме, но за проволочным забором, окружающем дом, держали шесть натасканных датских догов. Собак невозможно было отравить.

Иногда Сантанджело ходил в дорогой ресторан или смотрел мюзикл на Бродвее, всегда в окружении шести телохранителей и всегда без какого-либо графика.