Внезапная жертва - Джон Сэндфорд

– Подожди минуту! Я вспомнила кое-что такое, что тебе наверняка интересно.

– Что именно?

– Имя хозяина прачечной.

– Почему бы тебе не назвать мне его? – предложил Лукас.

– Насколько я знаю, прачечная принадлежит Деймону Харпу.

Имя показалось Лукасу смутно знакомым, но он не мог вспомнить, кто это.

– Господи, Дэвенпорт, тебе надо почаще выходить из кабинета и бывать на улицах. Он дилер. Занимается наркотой. Крупный воротила.

– Он из банды «Семя»?

– Нет. Эти бандюги здесь ни при чем. Он черный, симпатичный такой ниггер. Спроси Дела, тот точно знает, кто это такой.

– Спасибо, Салли.

– Ты говорил обо мне?

– Я обязательно поговорю с коллегами сегодня вечером.

Положив трубку, Лукас повернулся к Делу:

– Знаешь такого Деймона Харпа?

– Наркодилер средней руки. Черный. Осторожный. Не дурак. Приехал сюда из Милуоки несколько лет назад. Почему ты о нем спрашиваешь?

– Салли О’Дональд говорит, будто он владелец прачечной, в которой она видела Лашеза.

Дел нахмурился и покачал головой.

– Даже не знаю, что сказать. Харп не водится с местными бандюками. Такое просто невозможно представить. Кто угодно, только не он.

– Не хочешь съездить и проверить? – перебил его Лукас. – Кстати, может, заодно воспользуешься прачечной? Франклин и Слоун могут остаться на телефоне. Когда я вернусь, мы все вместе туда сгоняем.

Лукас вошел в зал последним. На совещании присутствовали Рукс, мэр со своим заместителем, глава следственного отдела Фрэнк Лестер, начальник патрульной службы Барни Киттлсон, Анита Сегундо из отдела связей с общественностью и сам Лукас. Когда Дэвенпорт появился в дверях, Роуз Мари о чем-то разговаривала с Сегундо.

– И насколько плохи дела? – спросила она.

– Си-би-эс, Эн-би-си, Эй-би-си, Си-эн-эн уже выслали сюда своих людей. Вечером будет выпуск на ночном канале. Там уже готовят передачу о Лашезе и его так называемом вооруженном формировании. Это самая горячая новость после взрыва в Оклахома-сити.

– Они действительно являются вооруженным формированием? – уточнил мэр. Это был крупный, широкоплечий мужчина, смуглый, с редеющими черными кудрявыми волосами. – Неужели журналисты что-то разнюхали?

– ФБР утверждает, что Лашез участвовал в такой организации, но наверняка неизвестно, – ответил Лестер. – В восьмидесятых годах он водил дружбу с парнями из «Порядка».

– Кажется, эти боевики тогда убили радиожурналиста из Денвера? – припомнил мэр.

– Верно, они, – кивнул Лестер. – Но федералы позднее их всех упаковали. Лашез был большой шишкой в «Семени». Когда «Семя» было байкерской бандой, некоторые из бандюг Мичигана имели с ними общие дела. Позднее кто-то из этих самых «семян» перебежал к «Подлинным христианам», вернее, перешел под их «крышу». И еще мы знаем, что Лашез раньше торговал всяким неонацистским барахлом в своем магазине запчастей. Например, толкал «Дневники Тернера»[5] и все такое прочее. Есть мнение, что «Семя» получило название по высказыванию одного правого радикала, который в радиоэфире заявил, что их движение уже не остановить, потому что оно повсюду посеяло свои семена. А там – кто его знает…

– Нам нужна полная информация, – заявил мэр, ткнув пальцем в Роуз Мари. – Если это так называемое вооруженное формирование, то у них наверняка есть взрывчатка и оружие крупного калибра.

– Вряд ли, – ответила Ру, покосившись на Дэвенпорта.

И замолчала.

Брови мэра удивленно поехали на лоб.

– Неужели?

– Я не думаю, Стэн, что дело обстоит именно так. Скорее мы столкнулись с кучкой вооруженных негодяев. Это трое-четверо психопатов, которые, возможно, когда-то состояли в байкерской банде. Вполне вероятно, что когда-то они увлекались нацистской символикой.

– Может, вы и правы, – согласился мэр. – Но если они, черт возьми, взорвут какой-нибудь банк, я не хочу иметь жалкий вид и лепетать какую-то чушь, пытаясь объяснить, почему мы не сработали на опережение.

Роуз Мари кивнула.

– Ясно одно: нам не обойтись без контакта с прессой. Нужно найти правильный тон, иначе нас сотрут в порошок и нам не будет оправдания, – сказала она. – Начнутся попытки подкупить полицейских, чтобы выведать информацию, а за свидетелями журналисты устроят настоящую охоту.

– Парень из «Роуздейла», коллега жены Купичека, уже подписал с телестудией договор на участие в телешоу, – сообщила Сегундо.

Мэр посмотрел сначала на своего помощника, затем на Рукс.

– Роуз Мари, только мы одни. Ты и я.

– Похоже на песенку пятидесятых годов, – прокомментировал помощник мэра и пропел: – Роуз Мари… только мы одни…

Шутку никто не поддержал.

– С полицейскими, вступающими с прессой в неположенные контакты, мы поступим по всей строгости. Хочешь денег? Пожалуйста, но здесь ты больше не работаешь, – заявил мэр.

– У нас каждый день проходит по четыре пресс-конференции. Сначала рано утром – это для утренних теленовостей. Затем перед полуднем, после этого – ближе к пяти часам. Далее – без четверти девять вечера, аккурат к вечерним новостям. Необходимо держать связь с теми, кто занимается расследованием. На каждой пресс-конференции придется кидать представителям СМИ очередную косточку. Пусть это будут сведения не совсем точные, но они должны удовлетворять журналистов.

Мэр говорил еще минут пять, излагая свое видение отношений властей и полиции с прессой. После чего повернулся к Лестеру и Дэвенпорту:

– Лукас, я хочу, чтобы вы и ваши люди полностью сошли со сцены. Мне не нужны упреки по поводу того, что вы сами спровоцировали эти действия перестрелкой возле банка.

– Я не знал, что это до сих пор кого-то волнует, – заметил Лестер.

– Дело не в этом, – с раздражением произнес мэр. – Но пресса будет пережевывать любые новости, какие ей только удастся раздобыть. Вы должны помнить, что имеете дело с индустрией развлечений. Что «Крепкий орешек», что взрывы в Оклахома-сити – им все едино. Теперь наша очередь снимать кино. – Не сводя взгляда с Лестера и Дэвенпорта, мэр постучал по столу костяшками пальцев. – Но мы не сможем долго морочить голову газетчикам и телевизионщикам. Нам необходимо поймать этих уродов.

– У нас есть особая процедура на случай чрезвычайных ситуаций, – встряла в разговор Роуз Мари. Мэр тут же повернулся к ней. – Мы ведем два параллельных расследования. Лукас и его ребята прорабатывают версии, Фрэнк занимается оперативной работой. Все это координирует Андерсон. Он каждый день сообщает, на сколько шагов расследование продвинулось вперед. Никто ничего ни от кого не прячет.