Внезапная жертва - Джон Сэндфорд

– Красавица, верно? – Продавец кивнул на автомобиль.

– Вы мистер Шерилл? – спросил Мартин.

– Да, я Майк Шерилл. Мы, случаем, не встречались с вами на прошлой неделе?

– Нет, вообще-то нет. Послушайте, я не вижу, какой пробег у этой красотки.

Шериллу было лет тридцать пять. Некогда заядлый спортсмен, теперь он немного раздобрел от безделья и злоупотребления виски. Дважды сломанный нос боксера. Прожилки лопнувших вен на щеках. Сильно поредевшая некогда буйная шевелюра.

– Примерно пятьдесят пять тысяч миль. Давайте я вам открою дверь, посмотрите сами.

Шерилл обошел машину, рукой в перчатке смахнул с ветрового стекла снег и начал возиться с замком дверцы. Мартин посмотрел мимо Майка в сторону витрины автосалона. В ней на мгновение появился второй продавец. Бросил взгляд на падающий снег и тут же отвернулся.

– Прошу вас. – Шерилл открыл дверцу.

Мартин решил, что момент самый что ни на есть подходящий. Лучше не будет. Майк распахнул дверцу, и Билл отступил в сторону.

Как только Шерилл подался назад, Мартин шагнул к нему и, положив одну руку ему на спину, второй нанес удар, снизу вверх – так обычно бьют в солнечное сплетение. Нож вонзился Шериллу чуть ниже грудины и вошел прямо в сердце.

Майк охнул, покачнулся и начал медленно оседать на землю. Его глаза были широко открыты и обращены на Мартина. Тот опустил падающее тело на сиденье, затолкнув его внутрь головой вниз, затем схватил умирающего за ноги и тоже затолкал их в салон. Голова Шерилла болталась под рулем, а ноги лежали на переднем сиденье. Глаза помутнели. Он пытался что-то сказать, но на губах появился лишь кровавый пузырь.

– Спасибо, – произнес Мартин.

И, захлопнув дверцу, зашагал прочь. За стеклом витрины автосалона не было никого, кто мог бы его увидеть.

Баттерс дождался, когда мужчина в белой рубашке займется новым покупателем, а женщина освободится. Сжимая в кармане пистолет с глушителем, он вошел внутрь. В дальней части магазина, возле двери складского помещения, был выставлен целый ряд включенных телевизоров. Ансель направился прямо к ним. Элейн Купичек последовала за ним. «Для жены копа она слишком красивая», – подумал Баттерс.

– Вам чем-то помочь? – спросила Элейн.

У нее были полные губы и длинные худые руки с короткими ногтями.

– Знаете, у меня в Сент-Поле есть свой бар.

– Понятно.

– Если я проведу кабельное телевидение, смогу ли я играть в разные игры, даже если каналы будут отключены?

– Конечно. Вы сможете играть в любые игры.

Продавец в белой рубашке повел покупателя к отделу компьютеров, разговаривая с ним о программном обеспечении.

– У нас есть брошюра, в которой рассказывается…

Баттерс посмотрел на Элейн Купичек, затем прижал пальцы левой руки к губам. Женщина растерянно оборвала фразу на полуслове, а в следующий миг Ансель наставил на нее пистолет.

– Если только пикнешь, я выстрелю. Обещаю.

– Что?…

– Отойди вот туда. Это ограбление.

Баттерс подтолкнул Элейн к двери. Она послушно шагнула назад, взялась за дверную ручку и открыла рот, чтобы что-то сказать.

– Тихо! Только не надо шуметь! – велел ей Ансель.

Женщина вошла внутрь, ища взглядом продавца в белой рубашке, но Баттерс быстро втолкнул ее в глубь помещения и закрыл за собой дверь.

– Не надо! – взмолилась она.

– Я ничего тебе не сделаю. Я хочу, чтобы ты села и повернулась вон туда.

Миссис Купичек обернулась и посмотрела на стул рядом со столом, за которым обычно работал техник. Там валялся коричневый, с жирными пятнами бумажный сверток. Ее сверток, в котором лежали сэндвич с болонской колбасой и апельсин. Женщина шагнула к столу:

– Прошу вас, не надо!

– Не буду, – пообещал Ансель с певучими интонациями южанина.

Элейн Купичек повернулась к стулу, а в следующую секунду Баттерс одним ловким, заученным движением выхватил из кобуры пистолет и, прижав дуло к ее затылку, выстрелил.

Жертва покачнулась вперед и упала. Баттерс повернулся вполоборота и прислушался. Выстрел прозвучал не громче хлопка в ладоши. Может, в ином помещении он и привлек бы внимание. Но дверь была закрыта, а рядом никого не наблюдалось.

Подождав пару секунд, Баттерс шагнул к двери. Элейн Купичек замертво упала на пол и больше не двигалась. Ансель сунул пистолет обратно в кобуру, а маломерку-«даймондбэк» – в карман.

Когда он открыл дверь, продавец в белой рубашке все еще разговаривал с покупателем. Баттерс непринужденно вышел, держа руки в карманах, посмотрел по сторонам и зашагал налево.

Лашез под падающим снегом перешел через дорогу и приблизился к двери дома. В правой руке он держал «бульдог» и потому нажал на звонок левой. Дик сделал шаг назад, и в лицо ему порывом ветра бросило пригоршню снега, а в следующую секунду дверь открылась. Позднее Лашез решил, что виноват был снег, попавший ему в глаза.

На пороге стояла женщина. Некрасивая женщина, которая с улыбкой спросила:

– Слушаю вас?

– Миссис Кэпслок?

– Да.

Дик уже вытащил оружие, когда из-за плеча хозяйки дома выглянул Дел. Вот это облом. Дел оттолкнул жену в сторону и что-то крикнул. Пистолет Лашеза выстрелил. Дел Кэпслок тоже вскинул руку. В ней оказался пистолет, зрачок которого уставился на Лашеза. Тот метнулся назад и захлопнул дверь. Дел нажал на спуск.

В лицо Дику полетели острые осколки алюминия. Он попятился назад и снова выстрелил, чувствуя, что дверь разлетается и в него впиваются пули. Вспышки выстрелов ослепляли. Друг от друга их отделяло всего несколько шагов, но и Лашез, и Кэпслок все еще стояли на ногах. Затем Лашез повернулся и бегом бросился к машине. И пока бежал, еще одна пуля, словно огненный палец, пронзила ему бок.

Дел выстрелил пять раз, раскроил дверь и разнес вдребезги стекло. Наконец он остановился и повернулся к Шерил. Заметив на ее шее кровь, опустился на колени и увидел рану. Жена открыла глаза. Когда Дел перекатил ее на бок, Шерил захрипела.

– Держись, детка, держись! – закричал Кэпслок и, бросившись к телефону, набрал номер 911.

Позднее сказали, что он жутко орал в трубку. Делу самому казалось, будто он говорил спокойно, но когда он прослушал запись, то убедился, что все-таки орал.

Лашез истекал кровью.

Он вел пикап, глядя на себя в зеркало заднего обзора. Осколками Дику сильно посекло лицо, бок пронзала адская боль. Он потрогал себя рукой, а когда посмотрел на пальцы, то увидел кровь.

– Мудило! – прохрипел Лашез.