Защитники для особенной - Tommy Glub

сосредотачиваюсь. Во мне по-прежнему мало сил и энергии, чтобы хоть как-то влиять на Бесконечные или хотя бы прыгнуть во времени и сбежать. Я не смогу ничего сейчас.

Но я могу чувствовать.

Камни — это не природный материал и кажется, что это мой дар притягивается к этим самым камням. Или наоборот, камни тянутся ко мне. Как я понимаю, это словно разные группы крови. У меня подходящая, потому я могу как черпать энергию, так и отдавать её — добровольно или нет. Во втором случае я просто не сопротивляюсь. Как тогда в зале, когда я до невозможности сильно хотела умереть, чтобы не чувствовать боль… Камень мне помог, забрал большую часть дара и дал мне возможность ничего не ощущать.

Энергия словно сама тянет меня в нужную сторону. Я иду по тёмному коридору, едва освещённым лунным светом или редкими свечами и осторожно обхожу охрану. Особенно там, где я уже не должна находиться.

То, что в определённом крыле здания не рады любым гостям я замечаю по частым патрулям. Они караулят и очень внимательно просматривают почти каждый пролёт. Но мне удаётся обойти их и не попадаться на глаза. Хорошо, что в это время любят различные ниши, колонны и ещё не используют электричество. Я в тёмном платье почти что невидимка. И мне удаётся прятаться, находить лазейки и продвигаться дальше, доверяя только своему чутью.

И в какой-то момент я упираюсь в высокую массивную дверь. Она закрыта, я пытаюсь понять, какой ключ для этого замка нужен наощупь, ведь тут почти что полный мрак. Даже свечи не горят. И окна относительно далеко.

Я сажусь на колени перед дверью и вздыхаю. Чувствую, что мне необходимо попасть туда. Словно именно там наш выход и ответы на все вопросы. Там сгусток энергии и силы. Там есть что-то, что скрывают. Закрытые двери в логове врага — это всегда хорошо. Закрытые двери символизируют для меня шанс на спасение.

Вытаскиваю одну шпильку из волос и, прикусив губу, начинаю тихонько орудовать в замке. Он большой и холодный, и на мои манипуляции не поддаётся. Из меня вор — так себе, а потому я могу вспомнить только то, что когда-то видела в фильмах. И пытаюсь хотя бы один язычок внутри, что звонко и немного противно лязгает от каждого касания шпилькой, повернуть в нужную сторону.

Внезапно я слышу шаги и быстро поднимаюсь на ноги, уже осматривая места для того, чтобы спрятаться и не попасться охране на глаза.

Но едва я оборачиваюсь, в относительной темноте замечаю только знакомые фигуры. Они идут ко мне так уверенно, словно специально следили и хотели, чтобы я оказалась тут. Ощущение, что и моё собственное любопытство теперь по их вине не оставляет меня в покое. Я разочарованно вздыхаю. Один из них тихо подходит ближе, прижимает широкую ладонь к моим губам и шепчет:

— Умница. Ты нашла это место, хотя я не надеялся, что сможешь…

12

— Умница. Ты нашла это место, хотя я не надеялся, что сможешь. Ты так слаба… Мне даже показалось, что ты сдалась ей… — Он шепчет, опаляет дыханием кожу и я хочу прильнуть к нему в ответ, чтобы немного скрыться от всего мира. Доверчиво сжаться, чтобы он пообещал, что всё пережитое — просто не правда. Или дурной сон, который снится мне вторую ночь.

Я хочу, чтобы они оба закрыли и уберегли меня. Тону в его запахе и тепле, мне так хорошо становится… Я ни секунды не задумываюсь над тем, что они меня сдадут. Хотя нельзя им доверять, совершенно точно нельзя.

— Что вы тут делаете? — Я дёргаюсь, чтобы Киприан отпустил моё лицо и отхожу, немного подобрав юбки. Реальность накрывает и всё не так радужно, как кажется. Мне нужно быть только на своей собственной стороне, чтобы сохранить себя. Чтобы не сойти с ума.

— Мы ищем это место всё это время, пока ты борешься с Паулиной и самой собой, — произнёс холодно Александр. Если что-то и изменилось, так это его отношение ко мне. Он стал отстранённый и совсем не волнуется обо мне. Кажется, ему просто всё равно, но на самом деле, я так не думаю. Он словно специально закрылся.

Может… Это прозвучит глупо и немного смело. Но… Может, он просто боится той боли, которую я ощущаю? Может, закрыться в себе ему необходимо для того, чтобы сохранить свой разум в порядке?

Не знаю. Но он другой. И Кип сейчас относится ко мне теплее и ровнее, чем Алекс. Хотя было ведь наоборот.

А словам мужчин я верю. Может, нельзя. Может, они снова меня использовали, чтобы найти эту дверь, но я киваю и снова подхожу к двери.

— Если вы ждали этого и искали, значит, знаете — что там. Что? — я хмурю брови и уверенно смотрю на мужчин.

— А ты не чувствуешь? — Киприан удивился, судя по голосу. Я вздыхаю.

— Чувствую. Я чувствую ту же энергию, что исходит из Бесконечных каждый раз, когда я их беру в руки. Но ещё я чувствую что-то большее. Словно зайти туда будет моей ошибкой, — я могу и преувеличивать, но одно я знаю точно — нельзя мне с ними объединяться. Противопоказано.

— Почему?

— Ты, конечно, не поверишь, Александр, — смотрю на охотника. — Но чувства объяснить невозможно. — усмехаюсь мужчине. В полутёмном коридоре с неярким лунным освещением, он выглядит очень устрашающе. Его кожа кажется совсем тёмной, каждый изгиб огромного тела говорит о том, как он напряжён. Мужчина вооружён и опасен, ему ничего не стоит вонзить в меня свой кинжал и закончить именно сейчас мою жизнь. Но он этого не сделает. Не знаю, почему я в этом уверена. Но я им нужна.

И то ли поэтому, то ли потому, что он тоже что-то ко мне чувствует, они оба постоянно рядом.

Словно… Действительно следят за мной и присматривают. Чтобы ничего точно не случилось.

— Поверю, — коротко отвечает он.

Киприан тем временем присаживается к замку и ощупывает. Я молча даю ему свою шпильку и мужчина быстро начинает ею ковыряться в замочной скважине.

— Ладно я, — прижимаюсь лопатками к стене, словно подросток, интересуясь у мужчины, который работает над замком. — Но что вы тут ищете? Кажется, работа на Паулину вам очень даже нравится.

— Мы не работаем на неё, Ева, — ответил Кип. Я вздрагиваю и хмурюсь. Неужели, первая правда? Неужели, я слышу вот это? То, что страшно было представить. Но тем не менее, то, что очень даже