Буду покорной - Екатерина Орлова

для тебя пока еще все это за гранью понимания, но к таким вещам довольно быстро привыкаешь. Саба не успевает глазом моргнуть, как ползание на коленях для нее становится неотъемлемой частью взаимодействия с Доминантом. Хочешь открою тебе страшную тайну?

Я немного приблизился к Нике, вдохнув головокружительный запах ее волос. Намотать бы их сейчас на кулак и впиться в эти капризные губы. Но нельзя, всему свое время, хотя мое терпение уже натягивалось и звенело, как струна.

– Открой, – негромко ответила Ника.

– Домы уважают саб не меньше, чем сабы – Домов. Не только она должна доверять мне, но и я – ей. Не только она оказывается в унизительной позе, но зачастую и я.

– Ты тоже ползаешь на коленях? – шокировано выдохнула она, вызвав мой смех.

– Нет, Ника. Чтобы увидеть меня на коленях – да даже хотя бы на одном, – надо иметь очень богатое воображение. Потому что я никогда не окажусь в таком положении.

Она хитро улыбнулась, немного прищурившись.

– Как ты там сказал? – Ника подняла взгляд к небу и слегка постучала по своей нижней губе пальцем. Ох, постучал бы я по этой губе, и совсем не пальцем. – А! Никогда не говори окончательного «нет», особенно если сам не уверен в таком ответе.

Она забавляла меня все больше и больше. Опасливая ванильная мышка становилась все смелее. Теперь я точно не сожалел, что променял вечер виски с друзьями на встречу с ней. Я уже ехал к парням в бар, но по какой-то неведомой мне причине написал Нике сообщение и свернул со знакомого маршрута.

Я покачал головой на слова малышки Ники.

– Нет, дорогая, все же мои колени пола не коснутся, будь уверена.

– Ну-ну, – многозначительно изрекла она, снова заставляя меня смеяться. Такая наивная. – Так что там насчет унизительной позы?

– Для Дома, по большому счету, вообще не бывает чего-то унизительного в сессиях. Но некоторые моменты могут показаться другому человеку унизительными. Например, мужчина, который считает унизительным делать куни, сочтет это действо для Дома неприемлемым. Хотя, по факту, это один из моментов, который, наоборот, дает Верхнему дополнительную власть над сабой. Или утешение сабы, которое является обязательным. Не все люди это понимают и принимают. Кто-то из мужчин может счесть слабостью то, что Верхний заботится о своей Нижней после сессии. Приносит ей шоколад и воду, гладит, ласкает, разговаривает с ней, может искупать. Все это нормально для Доминанта, но может шокировать кого-то из обывателей.

Ника склонила голову набок.

– Интересно. Но у меня есть еще вопрос, который не касается сессии.

– Задавай.

– Зачем тебе я?

Мне хотелось тяжело вздохнуть и – неожиданно, но – спрятаться от Ники. Потому что я привык к увиливаниям, завуалированным выражениям желания, а здесь прозвучал вопрос в лоб. И я не знал, могу ли ответить честно. Потому что рисковал спугнуть девочку.

– Ты делаешь мой проект.

Ника скептически поджала губы.

– Дело ведь не только в проекте, – негромко произнесла она, как будто боясь ошибиться в своей догадке и получить в ответ опровержение. И снова этот страх быть отвергнутой, непонятой. Нике еще предстояло познакомиться со мной по-настоящему, чтобы понять, что для меня вообще не существовало границ. Я мог принять любую дичь, если женщина меня действительно цепляла. – Я права? – голос Ники просел.

– Дело вообще не в проекте, Ника, – ответил я честно, глядя ей в глаза.

– В смысле? – сдавленно прошептала она.

– В том смысле, что эта игра давно вышла за пределы проекта, Вероника. Ты уже давно готова этот проект сдать. Ты знаешь тот самый минимум о Теме, которого должно хватить для завершения этого дела.

– То есть, я могу сдать его и…

Я кивнул.

– И мы больше никогда не увидимся. А можешь… набраться смелости и прыгнуть вместе со мной.

– У меня есть парень, – снова хрипло и неуверенно.

По ее голосу и взгляду можно было сделать вывод, что парня не было бы уже через пять минут, реши я надавить немного сильнее. Но нет. Она пока была не готова целиком принять отношения, к которым я стремился. А ломать девочку – это не весело. Гнуть – да. Толкать за грань – еще бы. Но не ломать. С ее хрупкой психикой она потом себя не соберет.

– Я могу научить твоего парня, – серьезно ответил я, мысленно шлепая себя ладонью по лбу. Идиот. Готовить девочку для другого мужика – это просто апогей маразма. Но я бы готовил ее, да. Но смотрел бы на все это, наслаждаясь тем, как гнулась бы Вероника, пока не раскрылась бы, как редкий цветок.

– Не… не надо. Он не поймет.

– Понял бы, пообщайся он со мной. Кстати, где он? Не переживает, что ты уехала с другим мужиком?

– Он в командировке.

Я подмигнул Нике.

– Пока он не видит – это не измена?

Она поперхнулась кофе.

– Что за чушь? Я же ему не изменяю!

– Физически – нет, – коротко ответил я.

Ника, психанув, швырнула стаканчик с кофе в близстоящую урну и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, уверенным шагом направилась на выход из зоны отдыха. Мой стаканчик полетел вслед за стаканом Ники, и я, вздохнув, пошел за ней. Вечер становился все интереснее.

Глава 22

Бесконечный вечер

Как только Клим припарковался у моего подъезда, я тут же спрыгнула с мотоцикла. Я была благодарна ему, что он дал мне переварить наш диалог, и немного успокоиться, потому что этот мужчина меня невероятно сильно бесил. Всю дорогу я прикидывала в голове варианты проекта, потому что хотела как можно скорее избавиться от него и от самого Романова. В чем-то он был прав: мысленно я уже не раз изменила Диме, и это была самая отвратительная новость. Мне стало так противно от себя самой, не передать словами. Я почувствовала себя грязной предательницей. Пока мой парень мотался по командировкам, я кончала, наблюдая, как Клим трахает девушку. Все это было неправильным, и