Оябун. Том 1 - Олег Николаевич Борисов

решают многое. Может быть, даже больше, чем официальный найм через кадровика. Поэтому несколько звонков и меня через час будут ждать в Ти-Ай-Харбор ресторанчике, рядом с телевизионным центром. Отлично, я как раз к тому времени проголодаюсь. Заодно запомнил фото, которое мне смогли найти запасливые близняшки, чтобы не перепутать нужного персонажа среди ему подобных.

— Последнее. Мне нужен художник, кто умеет из сумбурных объяснений выдать хороший результат. Не завтра, а прямо сейчас. Я хочу получить два-три наброска по очень простому техническому заданию.

— Хизэши-сан, — хором отвечают мне. — Он с утра закончил новую главу и теперь развлекается. Мы думаем, ему будет интересно.

Восходящая звезда манги выслушал меня внимательно, успев оценить и маячивших позади телохранителей, и секретаря, которая перекладывала поудобнее плоский пистолет в кобуру под жакетом. Похоже, парень вживую увидел героев комиксов, которые зашли на огонек.

Взяв лист, начал на нем делать наброски. Через пять минут я разглядывал четыре варианта, чуть похожих между собой, но отличавшихся деталями.

— Вот это. В черном круге.

— Очень простой рисунок. Можно прорисовку добавить.

— Контуры сделай, чтобы было узнаваемо сразу. Сложностей не надо. Это герб. Он не должен быть вычурным и излишне сложным.

— Через десять минут будет готово.

— Давай, я подожду. Результат покажешь, распечатаем и электронную копию мне на почту.

Через пятнадцать минут получил желаемое в разных вариантах, помахал мелькнувшим неподалеку близняшкам и попрощался:

— Все, я побежал дальше, не отвлекаю больше.

* * *

Машину приткнули на парковке в конце пешеходной зоны, как раз перед мостиком между островами. Пара «шкафов» из охраны гуляла снаружи, Масаюки и Хэруми устроились в противоположных углах практически пустого ресторана. Я с Кеико расставил на столе кучу тарелок и успел умять половину порции, когда в двери вошел невысокий парень с мрачным выражением на лице. Видимо, сестры успели ему изрядно плешь проесть. Но мне человек нужен не для того, чтобы в словесной пикировке участвовать. Мне надо его заинтересовать и в нужное клану направление пристроить. Чтобы не просто номер отбывал, а тащил и двигал за счет творческого развития идеи, которые будет подгребать со всех сторон. Поэтому — жестом приглашаю за стол и сразу перехожу в атаку:

— Сато-сан, угощайся. Я голодным не готов разговаривать на любые темы, начиная с международной политики и заканчивая фильмами, в которых все равно ничего не понимаю. Бери, что хочешь, я еще на кухне ребятам из клуба насобираю и отправлю. Будет желание — можешь сам отвезти, заодно с головорезами из «Ятагарасу Йокогамы» познакомишься.

Запал с ходу поругаться у парня прошел. Отодвинув стул, пристроился рядом, начал накладывать в тарелку. Попробовав кусок котлеты из краба, уточнил:

— Это те самые байкеры, кто рок-концерт недавно давали?

— Ага. «Бэби-Кавай» — классные, правда?

— Необычные, — дипломатично уходит от прямого ответа.

— Ладно тебе. Девочки вышибли из рок-ниши всех этих хрипящих задроток, буквально втоптали их в танцпол. Я смотрел статистику по скачиваниям и ротации на радио. Держат первые места все время после выступления. А до конца лета у них будет тур по Ниппон.

Добив котлету, Рюу накладывает себе кусочки тунца, щедро поливает это все унаги. Ужас — как можно родной вкус рыбы забивать этим карамельно-соленым тягучим кошмаром? Но, хочется, пусть хоть всю соусницу выльет.

— Мне тебя рекомендовали. Честно признаюсь, я твои работы не видел, поэтому оцениваю исключительно по отзывам известных тебе девушек. И если они считают, что ты справишься, то я готов сделать предложение. На ближайшие шесть месяцев. После чего ты подумаешь и определишься окончательно.

— В типографии работать?

Знает, чем близняшки заняты.

— Нет. Мне нужна моя собственная видео-студия. С людьми, кто умеет снимать, монтировать и выдавать заказанный шикарный продукт в кратчайшие сроки и без брака. Снятое пойдет на телеканалы, в качестве роликов рекламных на билбордах и позже в интернет.

— Кто будет ставить задачи?

— Где-то я, где-то Горо Кудо, владелец медиа-холдинга. Возможно, что-то будешь снимать по просьбе сестер Танигути. Ограничений два. Первое — если тебе говорят, что нужно красиво и без выкаблучивания отработать концерт, чтобы потом можно было сделать полную запись и нарезку из интересных моментов, то я получу то, что попросил. Не бардак и то, как непризнанный гений представляет себе итоговый продукт. А то, что можно не стесняясь продать Сони или за рубеж перед будущим большим мировым туром. На высшем уровне. Не знаешь как — скажи, купим образцы чужих концертов, изучишь. Надо будет — найдем специалистов, кто натаскает… Второе. Все, что ты снимаешь, является собственностью корпорации. И ее лицом. Любые личные вещи — исключительно под собственной фамилией, если есть желание экспериментировать. На собственном оборудовании и в свободное от работы время. Но если ты сделаешь по заказу два-три варианта и докажешь мне, что именно это должно «выстрелить»… Значит, именно выбранный тобой вариант пойдет в жизнь. Потому что ты головой отвечаешь за результат.

Задумался. Крепко задумался. Я тем временем добиваю гору снеди на тарелке и запиваю все минералкой. Все, теперь до ужина смогу продержаться.

— Это ваши мордовороты на набережной? И «мерс» на парковке?

— Контракторы. Мои кушают пока. Хотя честно признаюсь, если вдруг кому-то вздумается побезобразничать, мигом мозги вправят.

— Я видел фото в газете. Родные будут недовольны, если я стану работать на борекудан.

Да, с мафиози никто связываться не хочет.

— Давай определимся на берегу. Семья и то, что я делаю для нее — это одно. Мой личный клан и люди, кто работает на меня — это совсем другое. Если тебе это сложно в голове уложить, могу еще добавить, что я единственный человек в Ниппон, кому микадо даровал право набирать личную гвардию. Она есть только у моего господина и у меня. Думаю, ты и твои родители могут доверять человеку, чью кандидатуру среди множества других старых семей одобрил дайдзё тэнно.

Серьезный аргумент. Похоже, парень для себя все уже решил, но просто хочет подстраховаться перед вечерней беседой с отцом и матерью.

— Сколько времени я могу потратить на подработки вечерами?

Я не совсем понял заданный вопрос и уточнил:

— Зачем тебе подработки? Для того, чтобы заниматься личными проектами?

— Чтобы изредка ходить сюда. Тут отличная кухня, но цены кусаются.

Понял. Похоже, мой будущий гений видео решил, что я предлагаю ему на голом энтузиазме сначала себя за полгода зарекомендовать, а уже после испытательного срока позову в штат.

— Если не секрет, сколько ты сейчас получаешь на канале?

— Девяносто в месяц. Если повезет с подработками, можно до ста двадцати дотянуть. — Заметив, что я понимающе улыбаюсь, чуть поправляет цифру: — Но это если очень повезет. Пока мой максимум был сто пять.

— И это — таскать, держать, получать нагоняи… Значит, я даю двести тысяч сразу. И место главного в будущей студии. У тебя эта неделя на то, чтобы предоставить мне в деталях план развития. Сколько хочешь помощников нанять и чем они будут заняты. Какое оборудование рекомендуешь. Что интересного можешь предложить в качестве первых идей. Если за полгода сработаемся, то базовая зарплата будет триста тысяч и премиальные. Плюс корпорация дает тебе займ на учебу. Выберешь любой университет, какой понравится. Правила у нас для своих стандартные. Отработал год — десять процентов займа гасятся. Десять лет отпахал — весь займ списал, можно личные деньги не тратить.

Рюу Сато убрал тарелку в сторону, водрузил локти на стол и пристроил голову на сплетенные пальцы. Смотрел на меня, о чем-то думал. Потом неожиданно улыбнулся и фыркнул:

— Вот стервы! А я ведь почти купился… И время подгадали. Парень, что они тебе пообещали за розыгрыш? Вроде любовника у них не было… Хотя — странно. Я их не снимал, с чего бы вдруг решили так жестко шуткануть. И ведь похожего нашли, хотя в газете там особо и не рассмотришь.

Мда, не верит народ в благотворительность. У местных подобные штуки не приняты. Все — сам, личным горбом, в бесконечной кабале на работе. Ладно, у меня время свободное заканчивается.

Над правой ладонью зажигаю шарик, заставляю тот вспучиться тонкими нитями электрических разрядов и поднимаю на полметра повыше. Замечаю краем глаза, как Масаюки опускает руку за пазуху. Похоже,