Terra Insapiens. Замок (СИ) - Григорьев Юрий Гаврилович

Прогуливаясь по коридору, Артур заметил приоткрытую дверь в комнату Андрона. Любопытство подтолкнуло его заглянуть внутрь. То, что он увидел, его озадачило. Посреди комнаты стоял большой квадратный деревянный ящик, засыпанный землёй. Андрон стоял на коленях перед ним, и что-то увлечённо делал, разговаривая с кем-то. Артур прислушался.

— Ну давай! Ну давай, дорогой, смелее!.. Что ты, как маленький, капризничаешь!

Артур постучал и Андрон обернулся.

— Заходите! Но только смотрите под ноги. Не раздавите никого.

Артур на цыпочках, балансируя руками, осторожно подошёл к ящику. Это был настоящий муравейник. Десятки муравьёв деловито сновали туда-сюда. Андрон любовался этим броуновским движением с явной гордостью хозяина муравьиной страны.

— Но ведь красота! Посмотрите, какая красота! Все при деле, никто не бездельничает. Вот у кого нам надо поучиться!

Артур присел рядом.

— Я слышал от Хозяина, что вы хотите научить их ходить на задних ногах.

Андрон помолчал, насупившись, но потом сказал:

— Я хочу подарить им руки.

— Вы думаете, они смогут построить свою цивилизацию?

— Они давно строят её. Сейчас они уже находятся на уровне formica habilis. Я пытаюсь продвинуть их развитие до formica erectus.

— От erectus до sapiens — ещё очень далеко. Человеку понадобился на этот переход миллион лет… А вас не смущает, что у них очень маленький мозг?

— Это не принципиально. У динозавров мозг был больше нашего, это им не помогло.

Он увлечённо оборотился к Артуру.

— Вы знаете, что некоторые муравейники могут содержать до миллиона муравьёв? Это же большой мегаполис, с жёсткими порядками вроде наших законов. Это не стадо, не стая, это социальное общество — признак цивилизации… И с разумом у них всё в порядке. Вот посмотрите!

Он выловил одного муравья и поднёс его к носу Артура. Артур невольно слегка отшатнулся.

— Это Myrmica ruginodis — лесной муравей, живущий, в основном, в северном полушарии. Мне повезло найти его здесь. Он обладает явными признаками сознания. Он узнаёт себя в зеркале — на это способны очень немногие животные.

Андрон вернул муравья обратно.

Артур оглядел комнату.

— Слушайте, они же наверно и в кровать к вам забираются?

— Я отодвинул кровать от стены, и ножки кровати поставил в банки с водой. У меня всё продумано.

Артур встал.

— Осторожно! — вскрикнул Андрон.

Он ловко подставил ладонь, спасая муравья на полу. Муравей был спасён и вернулся в ящик.

— Джайнисты в Индии — поучал Андрон, — ходили только босиком и подметали дорогу перед собой веничком, чтобы ни на кого не наступить… Я однажды о чём-то задумался и наступил в саду на муравейник. Присел я, посмотрел на дело ног своих, и так мне стало нехорошо!.. Как жалко! Ходим по чужим мирам и даже не замечаем. На кого сердиться потом, когда кто-то наступит на нас?

Артур на цыпочках проследовал к двери и вышел из комнаты.

Писатель стоял напротив «Мыслителя», наклонив голову, как это делают посетители музея, осматривая картину или скульптуру.

— Как вы считаете, — спросил он у подошедшего Артура, — о чём он думает?

Артур присел на корточки и заглянул в лицо «Мыслителя». В отличие от мраморных статуй богов и героев, вытесан он был из глыбы серого, с синеватым оттенком, гранита.

— Изначально это была часть композиции «Врата ада», — сказал Артур, — и «Мыслитель» назывался «Поэт». Данте обдумывает свою «Божественную комедию», размышляет о тяжёлой судьбе грешников.

— Что же он такой мускулистый? Что-то не похож на поэта.

Артур поднялся и пояснил:

— Натурщик был такой, боксом занимался.

— А что — среди поэтов натурщиков не нашлось?

— Не поэтское это дело, — пошутил Артур, — голым телом торговать.

Мимо них прошёл Ньютон, направляясь в сад. Писатель проводил его взглядом.

— Учёный наш совсем спятил, — посплетничал Писатель. — Он у себя в комнате вечный двигатель мастерит. Если научное сообщество узнает, его засмеют, диплом отберут и учёной степени лишат.

— Кругом одни сумасшедшие! — он развёл руками. — Как тут жить нормальному человеку?

На ужин были макароны с тушёнкой. Артур рассеянно тыкал пластмассовой вилкой в тарелку, вспоминая утреннюю «рыбалку» с Демоном. Доев макароны и выпив компот, он лёг на кровать, открыв книгу.

«Какие могут быть объяснения текущего мира? Их множество, но изначально они разделяются на две ветки, в зависимости от существования или несуществования Бога. Это основная развилка на этом пути. Разумеется, в версии с Богом всё проще. Можно облегчённо выдохнуть:

— Уф! Основные проблемы можно повесить на Него. Пусть теперь Он думает — откуда Он взялся и зачем Он нужен? А мы выучим несколько заповедей и обрядов, и будем жить спокойно, в ожидании обещанных пряников.

Другая версия гораздо сложнее. Темны и неведомы пути её. Не на кого свалить свою тяжкую ношу — придётся нести самому. Поэтому ещё люди так цепляются за бороду Бога, за полы Его халата — или что он там носит? Признать, что весь этот бескрайний мир, всеми своими тайнами, всей своей тяжестью лежит на твоей душе — мысль невыносимая. Такую ношу нести тяжело, подкашиваются ноги.

Возможен ли «срединный путь»? Об этом надо бы спросить у буддистов. Хотя, глядя на золочённые статуи Будды, закрадываются сомнения. Бога в буддизме, как такового нет, но Будда успешно его заменяет. И золочённые истуканы, и поклонение праху, наводят на мысль, что одной ногой буддизм остался в язычестве. Впрочем, этот упрёк можно бросить всем ортодоксальным религиям. Поклонение святым мощам в христианстве — явный рудимент язычества.

Некоторые верующие люди упорно пытаются подружить веру с разумом. От Декарта до Суинберна, эти попытки не прерываются.

Интересный научный подход предлагает известный математик профессор Виркли. Являясь специалистом в области теории вероятности, он решил рассчитать вероятность существования Бога. К этой непростой задаче он подошёл со всей серьёзностью. Профессор вывел сложную формулу для расчёта, с двумя десятками параметров, среди которых — количество упоминаний о Боге в письменных источниках, начиная с шумерской цивилизации, достоверность этих источников, количество подтверждённых чудес, известных историкам, количество верующих в Бога, время существования этой веры и так далее. Расчёты показывают, что вероятность существования Бога в настоящее время составляет полпроцента, что является приемлемым результатом, ведь люди играют в лотерею, где вероятность выигрыша значительно меньше. Что интересно, согласно формуле профессора Виркли, вероятность существования Бога со временем увеличивается, и когда-нибудь определённо достигнет одного процента, что не может не радовать Его поклонников.»

Голова склонилась на грудь, глаза закрылись.

Спал в эту ночь он, как убитый.

¶

Девятый день

Из чего сделаны люди.

С утра Паскаль с Артуром гоняли мяч во дворе. Ворота Паскаля были между статуй Геракла и Персея, ворота Артура — между Афиной и Афродитой. Бегать приходилось боком, огибая цветочные клумбы и «Мыслителя». Однажды мяч остался на клумбе, и Паскаль, озираясь, — не видит ли Офелия? — осторожно, на цыпочках прошёлся по клумбе и достал мяч.

Набегавшись, они уселись за столом, и пили компот, разливая его по кружкам из чайника.

Паскаль улыбнулся, что-то вспомнив.

— Когда мне исполнилось восемь лет, отец стал учить меня программированию. Он выбрал для обучения язык Паскаль. Детские впечатления самые сильные и глубокие. Может быть, поэтому, даже выучив впоследствии ещё несколько языков, для себя я писал всегда на Паскале. Мои институтские друзья подсмеивались надо мной и дали мне это прозвище… Но я хотел рассказать не об этом. Угадай, какую первую свою программу я написал в восемь лет?