Папина дочка. Путь от отца земного к Отцу Небесному - Наталья Игоревна Москвитина

Вашим смыслом жизни и стимулом движения вперед! Я очень Вам сочувствую, но то, что Вы думаете сейчас сделать аборт, – ошибка. Потом Вы поймете все, но будет поздно.

Тяжело, я знаю. Мне тоже тяжело, но дорогу осилит идущий! Даже тихий и медленный идущий. Бог рядом, Он не оставит Вас.

Я готова помочь не словами, а делом. Готова взять на себя все финансовые расходы на ребенка, помогать деньгами каждый месяц до момента, когда Вы сможете работать. Памперсы, смеси, одежда и т. д. – все, что нужно будет.

P.S. Эта часть письма для ведущей! Наталья, я была волонтером в далеком теперь 2018 году в Вашем фонде, также в чате „Сохрани жизнь“, где девочки помогают принять верное решение, в пользу рождения.

Знаю лично и общаюсь с девочками, которые с того времени еще растят своих детей благодаря фонду!!! Я поражена, как вырос фонд и движение!

Как много сейчас поддержки, которой тогда было по капле! С Вами Сам Господь Бог, иначе я не знаю, как свершаются такие победы! Помню, как заработала горячая линия и как печатали и разносили листовки в женские консультации)

И годовщину фонда!! Слава Богу за все и Вам, Наталья!

Благословенный труд это. Благословенный. Спасая других, сохраняешь в себе человека!

И все у Бога вовремя, именно в момент, когда Ему угодно».

Помню это легкое оцепенение в студии, как будто к нам в эфир заглянул святой. Мы все немного подтянулись, было неловко говорить, все казалось проще поступка женщины, слабее ее письма. Со слезами на глазах первый заговорил отец Игорь Фомин: «Это поступок человека. Преклоняю колени перед этой женщиной».

После в студию приходили еще письма от первой и второй женщины. У первой ребенку внутриутробно поставили тяжелый порок сердца, и комиссия рекомендовала прервать беременность. А вторая на 31 неделе вошла в роды. Мальчики родились маловесными: 1100 и 1200 г, в первые сутки священник покрестил их с именами Марк и Матфей. Она мне и писала из коридора реанимации.

Но это не все. Я стала переписываться с Ариной, и в соседних чатах у меня оказались две разные женщины: одна боролась за двойняшек, а другая, позвонившая в Фонд, хотела прервать беременность тройней. В 19 лет она узнала о беременности и следом о том, что она многоплодная. И решила прервать.

В Фонде с ней общался психолог, мы списались накануне Нового года и решили встретиться. Девочка сама назначила кафе и время, я поменяла свой график и приехала на место в конце рабочего дня. Узкая односторонняя улица в центре Москвы, вся обочина занята машинами, свободной парковки нет, негде оставить машину. И вдруг место рядом с церковью.

Встаю, но неудачно, высок риск эвакуации. Решаю, что съездить на штрафстоянку и заплатить за неправильную парковку – это не страшно. Главное – чтобы встреча состоялась. Хорошая девочка, успешная семья, отец ребенка хочет детей, но тоже молод. Только-только она устроилась на высокооплачиваемую работу и тут – тест с двумя полосками.

В своем выборе она не автономна, за ней стоит грозная авторитарная мать, которая «убьет» дочку, если та родит сейчас. Отец живет за границей и тоже вряд ли поддержит желание рожать.

– Катя, что ты думаешь? – спрашиваю я на втором этаже серф-кафе, где дорогие бургеры и пахнет хорошим кофе. Я принесла ей елочную игрушку в виде младенца, завернутого в капусту.

– Легко вам говорить, ведь вы – сильная, – отвечает мне совсем молодая, но по-взрослому настроенная девочка.

Много ли силы надо – убить троих? Забегая вперед, отвечу. Чтобы убить троих на сроке больше

12 недель, нужно принести в частную клинику 1 миллион рублей, но чем ближе к родам, сумма будет больше. Именно столько заплатил папа Кати, чтобы избавить ее от троих детей. Но вскоре умер, и в новогодние праздники Катя осталась без отца.

В тот вечер я нашла свою машину на месте, ее не эвакуировали. Кате я отправила селфи за рулем, а она сочла это хорошим знаком. Мол, машина на месте, значит, и у нее будет все хорошо. Спросила, приду ли я на выписку в роддом. Но потом, в январе, феврале и марте, – вновь мысли о позднем аборте. В преддверии Восьмого марта в Фонд привезли подарок от Кати – серьги с птицей Сирин. А сразу после праздников я поняла, что общаюсь в мессенджере с Катей и Ариной по очереди.

Арина родила, а Катя попала в больницу с аппендицитом. К тому времени я попросила подписчиков молиться за обеих женщин и за новорожденных. И Катя, лежа на сохранении после операции, написала: «Как мальчики Арины?» Спросила один раз, потом второй и третий. И тогда я ответила: «Катя, переживаешь ли ты за своих сыновей?» – ведь ей поставили пол двоих из тройни, это были тоже два мальчика.

Катя написала, что, когда она ныла и сомневалась, все было хорошо с беременностью. А как поверила, что справится, все пошло под откос. И ей стыдно за свои сомнения.

Сейчас, когда я пишу эти строки, у Кати высокое давление и угроза прерывания беременности, у Арины Марк стабилен, а Матфей тяжелый. Зрительница, потерявшая супруга в аварии и желающая сделать аборт, ждет преждевременных родов. Шестеро детей – и каждая минута является решающей между жизнью и смертью.

«Управь сам»

Чудес, связанных со «Спасом» или Фондом, – полно. Все годы, что существует Фонд, я молюсь Господу не бросать меня. Найти людей или средства, чтобы помогать другим. Ведь у меня никогда не было ни влиятельных друзей, ни собственного бизнеса. Только четверо детей. Сколько же слухов ходило вокруг! Мне передавали, что всех интересует один вопрос: «Чья она?» Это меня и смешило, и, знаете, бодрило. Ведь люди сами находили ответ на этот вопрос. И такие серьезные личности назывались в числе моих покровителей, что опротестовывать было невыгодно. Пускай так и думают. И тогда в моей голове сложился собственный ответ на этот вопрос. «Чья ты? Я – Христова».

Фонд все семь лет, столько ему сейчас, постоянно переживал кризисные моменты, отделявшие его от банкротства буквально в тысячи рублей. Меня выручал мой Инстаграм, в котором я писала максимально открыто, прося людей о помощи. И люди помогали.

Не крупные магнаты и корпорации, а вот такие же обычные человеки, как и я. Спасибо вам, дорогие. Это вы помогли родиться нескольким тысячам младенчиков по всей стране. Вы и ваше большое сердце.

Как-то нам нужно было сделать платежи, много платежей, а денег на счету