Блестящий шанс - Эд Лейси

- А вы что думаете? Это ракета! - Он тронул небольшую пластмассовую подставку. - А это пусковая установка для ракеты. Клево, да?

Дикая была картина: хибара, наверное, как была построена во времена Гражданской войны, так с тех пор и не перестраивалась, а на дворе перед ней запускали современную ракету.

Он открыл свой рюкзачок и показал мне белый порошок.

- Я кладу немного ядерного топлива в пусковую установку, добавляю воды и, когда реакция достигает апогея, произвожу пуск. Прислали вчера по почте. Пришлось выложить четыре доллара... Мистер, а вы здешний?

- Нет. Скажи, Мэми Гай на этой улице живет?

- Живет. Поезжайте прямо и увидите её дом справа. Там на веревках белье развешано. - Он понизил голос. - Вы знаете моих родичей?

- Нет.

= Ну так вот, если встретите кого из них, про ракету ни звука. Я тайком работал, чтоб накопить денег для покупки этой ракеты. Но папка мне всыплет, если узнает. Когда-нибудь я построю большую и полечу на Луну.

- А что там такого особенного на Луне?

Он посмотрел на меня с отвращением, сел, повернувшись спиной, и пробурчал:

- Давайте топайте, мистер.

Я двинулся к машине. Через минуту опять раздался оглушительный кашель, и ракета по параболе взмыла высоко вверх. Она упала в сотне ярдов от мальчишки и застряла в листве высокого дерева. Мальчишка подбежал к дереву и стал швырять в ракету камни.

- Ты бы лучше слазил за ней! - крикнул я.

- Это папина новая груша. Еще сломаю - тогда он мне точно всыплет. Мама придет домой через полчаса. Надо поскорее достать её.

Я подошел к груше. Дерево было высотой в добрых десять футов, а ствол толщиной в три дюйма. Я схватился за ствол и сильно потряс. Ракета слетела на ветку пониже. Я снова тряхнул ствол, но ракета не сдвинулась.

- Ты сколько весишь?

- Шестьдесят три фунта.

- Если я тебя подниму, сможешь удержать равновесие?

- Еще бы!

- Ну тогда держись, а не то упадешь и сломаешь шею и мне и себе. - Я присел, обхватил его за талию и набрал полные легкие воздуха - точно собираясь толкнуть штангу. Я приподнял мальчишку на высоту груди, а потом ещё выше и вытянул руки. Он потянулся к ракете и выбил её из ветвей. Я осторожно, в два приема, опустил его на землю.

- Э, да вы силач, мистер!

- В следующий раз запускай её в открытом поле. - ответил я, отряхиваясь и отирая пот с лица.

Он пошел за мной к "шевви" и, когда я выезжал на дорогу, спросил:

- Как вас зовут?

- Капитан Немо! - крикнул я, не в силах сдержать улыбку. Большая сенсация: нью-йоркский убийца задержан в момент сшибания ядерной ракеты с грушевого дерева.

Дом Мэми Гай оказался недалеко - точная копия хибары, где жил юный ракетостроитель, только побольше размером и поприличнее на вид. Весь двор исчертили бельевые веревки и кое-где висели белые простыни и хлопали на ветру точно паруса.

На пороге показалась худощавая негритянка. Волосы её были нечесаные, лицо в испарине. На вид ей можно было дать тридцатник или сорок пять, Лицо усталое, измученное.

- Меня зовут Джонс. Миссис Симпсон сказала, что вы знали Обжору Томаса, - сообщил я и изложил ей свою байку про журналиста, пишущего криминальный репортаж.

- Мне вам нечего сказать. Я уже все рассказала людям с телевидения и у меня нет времени на пустопорожнюю болтовню. Да и не люблю я ворошить чужое грязное белье. - Она захлопнула дверь.

Ну, по крайней мере ей не было известно, что я остановился у Дэвисов и что у меня сломался "ягуар".

- Миссис Гай, я не работаю на телевидении. Я просто хочу задать вам несколько вопросов.

- Спросите у кого есть время на болтовню. Мне надо работать.

- Могу я поговорить с вашим мужем?

- Это вы у него спросите. Его сейчас нет дома.

Я постоял, закурил трубку. Идя обратно к машине, я увидел, что там уже оказался юный ракетостроитель.

- Тятя Мэми всегда сердится, когда у неё большая стирка. В такие дни к ней лучше не подходить. А что вам с ней очень надо поговорить, мистер?

- Очень.

- Тетя Мэми! - крикнул мальчишка.

Она вышла через несколько секунд.

- Тебе что, Кеннет? Ты же знаешь, я сегодня занята.

- Это очень хороший человек, тетя Мэми. Я застрял на дереве, и он остановился, чтобы помочь мне слезть. Правда!

Она отерла мокрые руки о подол серого платья.

- Я с вами теряю время даже и без разговоров. Ладно, входите в дом.

Мальчишка подмигнул мне.

- Мне наверно, надо домой бежать. Спрячу ракету, пока мама не вернулась. Пока, мистер Немо!

В кухне на угольной печи грелось несколько утюгов, стоял запах мокрого крахмала. Она махнула рукой на стул между двумя плетеными корзинами с бельем.

- Можете там сесть. Я согласилась с вами поговорить только потому, что вы цветной. Это правда. Я тем телевизионщикам даже дверь не открыла. У меня дел полно. Слыхала, что Обжору убили, - голос у неё был под стать её фигуре - усталый и слабый.

- Об этом я и хотел с вами поговорить, миссис Гай.

- Ну тогда вы только отнимаете у меня время. Он развозил для меня белье, но это уже было давно, когда Эдвард только родился, а теперь ему будет десять. С тех пор я об Обжоре слыхом не слыхивала - и слава Богу.

- Миссис Симпсон рассказала мне, что он у вас как-то стащил шелковые рубашки, ударил вас по лицу.

- Ох, старая болтунья! Да, он украл две рубашки однажды - когда развозил заказ. И ударил меня, когда я его отругала. А мой муж тогда отстегал его как следует. Вот и все. Обжора после этого даже продолжал ещё какое-то время у меня работать, а потом ушел.

- У него были в Бингстоне враги - до той истории с Мэй Расселл?

Она пожала худыми плечами.

- Да нет вроде бы. А к чему это вы клоните, мистер Джонс?

- Я подумал, что кто-то из местных мог поехать в Нью-Йорк и убить его.

- Вы думаете, у местных забот нет, как только ездить в Нью-Йорк? Многие у нас его не любили. Я сама не шибко ему доверяла. Но никто бы не стал его убивать. Это я точно знаю. Ладно, мне надо гладить. Все простыни надо перегладить, чтобы муж успел к ужину отвезти их в Кентукки.

Я встал.

- Спасибо, что уделили мне время. А что, к вам заказчики едут в такую даль из Кентукки?

- Господи, да какая тут даль - двадцать миль всего-то. Я беру столько работы, сколько могу. Никто не стирает лучше Мэми Гай. Особенно тонкие рубашки и белье. Я за всю свою жизнь не одной вещи не порвала и не сожгла. Те шелковые рубашки, которые так понравились Обжоре, принадлежали одной семье из Кентукки. Сказать по правде, они ему были малы. Он стащил их просто из зависти или по злобе, чтобы расквитаться с кузенами. Это были рубашки Макдональдов.

- Я и не знал, что у него были родственники, - пробормотал я. Фамилия "Макдональд" ударила меня, точно левая Джо Луиса.

- Немногие знают, что Макдональды приходились Томасу вроде как троюродными братьями - с материнской стороны, разумеется. Я и сама об этом не знала, пока он не украл их рубашки. Они никогда не помогали ни ему, ни его матери, вообще их знать не хотели. Скверно это, потому как сами они неплохо жили и уж могли бы поддержать мальчишку, когда он бегал тут голодный и бездомный. У Макдональдов тогда, как помню, большой магазин был в Скотвилле.

- А одного из Макдональдов зовут Стив?

- Стивен и Ральф и девчонка Бетти. Все они уехали оттуда, кроме Ральфа. После того как с их отцом случился удар, он стал заниматься магазином.

- А чем сейчас занимается Стивен?

- Э, мистер, откуда мне знать. Я им только белье стираю и чаи с ними не распиваю. Все их дети поступили в колледж. Бетти вышла замуж и живет где-то на Западе. Ральф, он женился и сейчас хозяин магазина. А о Стивене ничего не слышно с самой войны. Слушайте, мне надо заканчивать. И ещё ужин стряпать.

- Я вас больше не задержу, миссис Гай. Скажите, тут есть где-нибудь телефон?

- На следующем перекрестке сверните направо и поезжайте к бензоколонке мистер Джейка. Он разрешает цветным пользоваться своим телефоном.

Я снова её поблагодарил, очень искренно поблагодарил, и понесся на бензоколонку как угорелый. Как выражается Олли, когда побеждает его лошадка в заезде, "пошла пруха".

Мистер Джейк оказался стариком-белым - хромоногим и с пятнами на лице, свидетельствовавшими о больной печени. Когда я спросил, можно ли от него позвонить, он кивнул на висящий на стене его офиса телефон со словами:

- Вон там, если у тебя есть десять центов.

Я попросил его налить полный бак и проверить масло - чтобы чем-то его отвлечь. Звонок в Скотвилл обошелся мне всего в пятнадцать центов и, дозвонившись в магазин Макдональда, я попросил позвать Стивена,

- Я Ральф Макдональд, его брат, - ответил мужской голос. - Кто это?

- Я служил со Стивом в армии - в тренировочном лагере. Вот проезжал мимо и хотел повидаться с ним.

- Стив уже несколько лет как уехал из дома. Он писатель, живет в Нью-Йорке и очень неплохо там себя чувствует.

- Ну надо же, он, помню, частенько говорил, что хочет стать писателем. Знаете, я как раз еду в Нью-Йорк - как мне там найти Стива?