Тайная жизнь Фиделя Кастро. Шокирующие откровения личного телохранителя кубинского лидера - Хуан Рейнальдо Санчес

– Команданте, вот шпага Освободителя, которую мы вынесли из музея, чтобы передать в лучшие руки, – произнес взволнованный колумбийский революционер. – Чтобы вы сберегли ее до того дня, когда станет возможно вернуть ее на родину…

– Компаньеро, отныне я – хранитель шпаги! – ответил Фидель, не сводя с нее глаз.

Затем Команданте повел нас – Батемана, Барбароссу, Эухенио Сельмана (своего персонального врача) и меня – в свой кабинет. В тот момент лишь мы пятеро знали, что священная шпага Боливара находится в Гаване, в руках Фиделя. Там она пробыла двенадцать лет, спрятанная где-то в его кабинете или в смежной с ним комнате отдыха, о чем никто не будет знать. Без малого десятилетие спустя, в 1989 году, M-19 сложило оружие и объявило о своем желание интегрироваться в легальную политическую жизнь. Но колумбийское правительство выдвинуто предварительное условие: M-19 возвращает шпагу. Тогда, точно так же, как раньше Хайме Батеман (умерший в 1983 году) приезжал вручить шпагу Фиделю, другой руководитель M-19, Архайд Артундуага, в январе 1991 года приехал получить ее из рук Команданте и тайно привезти в Боготу. После семнадцати лет отсутствия – из которых двенадцать она пролежала в кабинете Фиделя! – шпага была помещена в сейф колумбийского Банко да ла Република, а в Кинте-де-Боливар экспонируется копия.

После похищения шпаги Симона Боливара было пролито много чернил: за семнадцать лет отсутствия реликвии колумбийские газеты неоднократно сообщали, что «выяснили», что с ней стало, подтверждая свои слова «эксклюзивными» интервью очевидцев. По этому поводу высказывались даже бывшие члены колумбийского партизанского движения. В 2013 года, через тридцать девять лет после происшествия, взбудоражившего Колумбию, я видел выступление Антонио Наварро Вольфа, в прошлом лидера M-19, ставшего позднее сенатором своей страны, который, не вдаваясь в подробности, объявил, что о шпаге позаботились «кубинцы». И ни разу этот бывший революционер, который не мог не знать правду, не упомянул имени Фиделя, защищая образ Лидера максимо, который мог бы пострадать от связи с заурядной кражей в другой стране. На этом примере можно увидеть всю силу любви и верности колумбийских революционеров, даже тех, кто давно сложил оружие, и, шире, огромной части латиноамериканских левых к Фиделю Кастро.

Естественный лидер в Латинской Америке, Команданте сыграл также важную роль в Северной Африке и на Ближнем Востоке. С начала революции он создавал и развивал разведсети и подполье в этих регионах мира и воспринимал дело палестинцев как свое собственное. Многочисленные палестинские студенты приезжали изучать медицину в гаванских университетах, а бойцы Организации освобождения Палестины (ООП) проходили военную подготовку в кубинских тренировочных лагерях.

Куба также была убежищем для беглецов, преследуемых врагами Фиделя. За время моей службы рядом с Команданте я, например, узнал, что на нашей территории находится пуэрториканец Хосе Мануэль Герена. Тесно связанный с «Мачетерос» – подпольной организации, борющейся за независимость Пуэрто-Рико от США, – он с 1984 года разыскивался ФБР за вооруженное ограбление банковского фургона в Уэллс-Фарго. В то же самое время – время президентства Рейгана – Ассата Шакур (тетка покойного исполнителя рэпа Тупака Шакура), обвиняемая в убийстве белого полицейского, совершенном в 1971 году, тоже бежала на Кубу. Совершив в 1979 году побег из надежно охраняемой американской тюрьмы строгого режима и проведя несколько лет в бегах, знаменитая активистка «Черных пантер» прибыла в 1984 году в Гавану, где Фидель предоставил ей политическое убежище, к огромному неудовольствию американского конгресса. Она до сих пор живет на Кубе.

Также Фидель установил связи с баскскими сепаратистами из Эускади Та Аскатасуна[21] (ЭТА), которых я много видел и с которыми много общался. В Гаване члены ЭТА чувствовали себя как рыба в воде, а Кастро встречал их с распростертыми объятиями. В то время их обычно принимали в здании Департамента LC/ 26 (городская герилья) Тропас, расположенном на Двести двадцать второй улице гаванского квартала Ла-Коронела. Я помню длинные имена некоторых из них: Хосе Анхель Уртиага Мартинес, Хосе Игнасио Эхарте Урбиета, Хосе Мигель Арругаэта или Мигель Анхель Апалатеги, известный как Апала.

Сепаратисты из ЭТА многое нам дали. Они прекрасно владеют искусством обращения с самодельными бомбами с дистанционными взрывателями. Поэтому Фидель попросил их научить этому специалистов Тропас. А те в свою очередь обучали этому колумбийцев, сальвадорцев или гватемальцев во время их стажировок в тренировочном лагере Пунто-Серо-де-Гуанабо. Действительно, там есть карьер, предназначенный для испытания взрывчатки. Именно там боевики ЭТА дорабатывали свой знаменитый гранатомет «Хотаке», который использовался во время одного из покушений в Испании… и который позднее попал в руки бойцов колумбийской ФАРК.

В то время Фидель напрямую руководил всеми связями с ЭТА. Без его личного одобрения не принималось ни одно решение. В 1984 году Гавана подписала соглашение с правительством Испании (возглавлявшимся тогда социалистом Фелипе Гонсалесом) и с Панамой (ею тогда руководил Мануэль Норьега) – в рамках переговоров о мирном урегулировании баскского вопроса и предоставлении Кубой политического убежища членам ЭТА. Короче, террористам из ЭТА было позволено обосноваться на Кубе при условии, что они сложат оружие и перестанут строить заговоры против Испании. Со своей стороны Фидель обещал взять под контроль их деятельность и обязался информировать Мадрид о любых их неправильных действиях.

Но проблема заключалась в том, что умение врать без зазрения совести – один из многочисленных талантов Фиделя. Позже, столкнувшись с усиливающимися подозрениями со стороны Мадрида, Команданте стал настаивать на том, что баски «никогда не использовали кубинскую территорию для своей деятельности против Испании или какой-либо другой страны». Он даже постоянно подчеркивал, что «Куба скрупулезно следует духу подписанного соглашения». В действительности же Гавана не только принимала у себя все больше басков, чем подозревал Мадрид, но боевики ЭТА не просто не сидели на Кубе сложа руки, а активно сотрудничали с кастровским режимом, делясь с ним своими умениями и навыками в области терроризма. Помимо мастерства обращения с бомбами эксперты в городской герилье обучали офицеров Фиделя искусству похищения людей, слежке и методам ухода от нее.

Но и это еще не все. Члены ЭТА также служили тайными эмиссарами Кастро в Латинской Америке. Когда Команданте надо было тайно переправить сообщение одному из связанных с ним людей, он выбирал гонца из числа басков и посылал его на встречу с нужным человеком: профсоюзным деятелем, политиком, командиром партизанского отряда. С кубинским паспортом в кармане, но выдающий себя за испанца, такой курьер гораздо менее заметен, чем кубинец, чей акцент легко узнать из тысячи других.