Гламурная невинность - Анна Данилова

– Я тоже так думала, – отозвалась Земцова. – До тех пор, пока не убили эту девушку, Веронику.

– Она вообще может не иметь к убийству Газановой никакого отношения. Совпадение. Тем более что Газанову-то никто не насиловал.

– Может, и не насиловал, но контакт с мужчиной у нее был, – неожиданно для всех сказала Земцова. – За несколько часов до смерти.

– Ты знала это и никому ничего не сказала? Но ведь Чайкин… Он ничего такого не говорил, с чего ты это взяла? – удивилась Бескровная. – Откуда такая информация?

– Ниоткуда. Точнее, вот откуда, – и Земцова постучала пальцем по лбу. – Понимаете, я постоянно думаю об этой Наде, о том, чем она занималась здесь, поджидая своего жениха. Все эти звонки в Москву, она торопила его… Зачем? Мы все почему-то предполагали, что она чего-то боялась, что ей мог кто-то угрожать, а мне думается, что она звонила Хитову в Москву и торопила его, потому что не была уверена в себе…

– Думаешь, она закрутила роман с кем-то из этой компании?

– Не уверена. Скорее всего, нет. Это было бы слишком просто. Эти люди были ее средой, окружением на то время, что она оставалась без Хитова. Представьте себе, приехала девушка в Саратов, сидит одна в пустой квартире… познакомилась с соседкой, Таней Орешиной, которая в свое время дружила с ее матерью. Шевкия наверняка рассказывала Наде о Татьяне. У Татьяны – свой круг: жених Камора, подружка Лариса, двоюродный брат Михаил…

– Подожди, ты ушла в сторону… – напомнила ей Бескровная. – Ты сказала, что у Газановой был контакт с мужчиной за несколько часов до смерти. Ты все это выдумала?

– А почему бы и нет? Больше того, я предлагаю выдать эту мою выдумку за правду, объявить каждому из этой теплой компании в отдельности, что нам известно о любовнике Газановой, что экспертиза установила, что она находилась в близости с мужчиной за несколько часов до смерти… Поверьте, это будет довольно интересный эксперимент, посмотрим, как будут они себя вести, что говорить… Особенно тот рыжий, Камора…

– Почему именно он? – спросил Крымов. – Потому что рыжий, темпераментный?

– Да потому что он живет вместе со своей невестой Орешиной буквально через стенку от квартиры Шевкии.

– Этого, ты полагаешь, вполне достаточно для того, чтобы закрутить роман? – спросил Крымов с усмешкой.

– Да нет, конечно, но попробовать-то можно…

– А как же Хитов? – возмутилась Таня. – Они же обязательно расскажут ему обо всем… О результатах экспертизы, о том, что его невеста была ему неверна. Нет, Земцова, так нельзя. Нельзя играть на чувствах других. Представь себе, что станет с Хитовым, когда он это узнает? Он же так переживает…

– Вас послушать, то получается, что Надя Газанова бросилась с обрыва сама.

– Почему это?

– Да потому. Этот не виноват. Эти тоже не виноваты. Никто не виноват. Все просто ангелы, а девушка, между прочим, разбилась, как фарфоровая кукла. И мы были у нее сегодня на похоронах. Эти люди, эта компания – осиное гнездо. Мы ничего не знаем об их отношениях. Действительно ли Камора был и есть жених Тани Орешиной. А эта девушка, Лариса Холод – давно ли она встречается с Обшицером? Почему на похоронах они стояли парами? Испугались?

– Нормальная реакция людей на смерть близкого…

– Да какая она им близкая? Все это – чушь собачья. Они покрывают кого-то. Возможно, ты и прав, Крымов, и Газанову убил сам Хитов.

– Мы будем спускаться вниз, на сам остров?

– Слишком жарко. Ты возьми образцы почвы для экспертизы… Думаю, нам не стоит спускаться на пляж, на то место, где были обнаружены трупы… На Тане вон лица нет… Сделай все поскорее и возвращайся. Дай нам ключи от машины.

Земцова с Бескровной вернулись к автомобилю.

– Включай кондиционер. Нет сил… – Таня забралась в салон и вытянулась на заднем сиденье. – Знаешь, я бы на месте Минкина тоже завела бы себе любовницу… то есть любовника. Словом, ты меня поняла… Посмотри только, на кого я похожа! Квашня! Уфф… Знаешь, Юля, у меня не выходит из головы и тот факт, что пятеро молодых людей отправились на остров в такой ненастный день и что никто из них не попытался отговорить остальных от поездки – все-таки дождь, туман… Не лучшее время для пляжных развлечений… Кому принадлежала инициатива этой поездки?

– Кажется, поездку предложила Орешина, – ответила ей Земцова. – Что сразу же отметает версию о том, что ее жених являлся любовником Газановой. Напротив, она сделала бы все возможное, чтобы Камора и Надя пореже виделись и тем более на природе…

– Получается, что уж, во всяком случае, четверым эта поездка должна была доставить удовольствие: Лариса с Михаилом, Камора с Таней Орешиной, и только Надя оставалась там без пары… Или же с ними был Хитов? Ничего не понимаю. Мы переливаем из пустого в порожнее.

– Значит, там был кто-то еще. Пить хочешь?

– Умираю, как хочу.

– Что будешь делать с Минкиным?

– Ничего. Его для меня не существует. Я вообще забыла о нем.

– Не знаю даже, что тебе посоветовать.

– Да разве здесь можно что-то посоветовать?

– Ты видишь, каким стал Крымов? Как шелковый. Такой спокойный, домашний, родной… А вдруг и ему вот так же кто-то позвонит…

– Кстати, о звонке. Может, это пошло и вульгарно, не знаю, но я хочу посмотреть на эту девицу. Просто посмотреть, и все.

– Зачем?! Ты что?!

– Давай позвоним ей, а? – Таня жалобно посмотрела на Земцову. – Ну, пожалуйста…

– Ты знаешь ее номер?

– Я записала его на всякий случай в свой телефон.

– И что? Собираешься ей позвонить?

– Собираюсь. Вот только не знаю, как встретиться с ней… Как устроить встречу…

– Это делается не так. Надо позвонить Корнилову и попросить выяснить фамилию абонента, адрес… Тебе самой не надо ей звонить, она же все равно никогда не согласится встретиться с тобой, ей, судя по всему, не нужны сложности.

…Когда Крымов вернулся с полуострова, возле машины он увидел лишь Земцову.

– Что случилось, у тебя такое лицо… Таня рожает?

– Хуже… – Несмотря на сильную жару, Юля была бледная, а взгляд выдавал неописуемый страх. Она вся дрожала. – Ты представить себе не можешь, что произошло, пока тебя не было…

– Где Бескровная? – спросил Крымов.

– Она в машине. Лежит…

– Ей плохо?

– Сейчас и тебе будет плохо… Крымов, я даже не знаю, как тебе сказать…

– Да в чем дело? Что случилось? Вы здоровы?

– Да… Понимаешь, та девушка, что позвонила Минкину и из-за которой Таня уходит от него, знаешь, кто она? Вероника. Та самая Вероника Позднякова, которую изнасиловали и убили здесь ночью… Мы пробили ее номер…

Глава 14

– Таня, я понимаю, что вы не настолько хорошо знали погибшую Надежду Газанову, чтобы быть в курсе ее личной жизни, но хотя бы то, что у нее в Москве был жених, не являлось тайной для вас, ведь так?

Крымов привез находящуюся на грани нервного срыва Бескровную на квартиру Орешиной по ее же просьбе. «Я должна отвлечься, не могу думать о Минкине, о том, что это он изнасиловал и убил Веронику. Тем более что это просто не может быть правдой. Минкин провел ночь, когда убили Позднякову, дома, в постели. Если только он, конечно, не усыпил меня… Я с ума сойду, если останусь дома одна… Пожалуйста, позвони Орешиной и предупреди о моем приезде».

И вот теперь обе Татьяны сидели на кухне и пили чай. Бескровная смотрела на Орешину и думала о том, что вот в жизни этой молодой женщины все как будто правильно, все в порядке, она невеста Каморы и собирается в скором времени выйти за него замуж. Она спокойна и уверена в завтрашнем дне. Ей есть где жить, где спать и чем питаться. Она уже не одна. Камора, насколько Бескровная была проинформирована, живет в этой же квартире. В жизни же самой Бескровной наступила черная полоса. Мало того что ее муж изменил ей в пору ее беременности, так еще оказалось, что он был связан с девушкой, которую накануне изнасиловали и убили на Ивовом острове. Теперь Бескровной надо по новой вить гнездо, обустраивать свой быт, зарабатывать деньги на себя и ребенка… Все разрушил один-единственный звонок по телефону.

– Все знали о существовании этого жениха, хотя Надя особенно и не распространялась об этом. Упоминала при случае, но не больше. Показывала как-то его фотографию.

– Как она относилась к своему жениху? Любила его? Вам ничего не известно об их отношениях?

– Я как-то не задумывалась об этом, но ведь она же собиралась выходить за него замуж… – осторожно заметила Орешина. – Уже это как бы предполагает определенные отношения…

Таня Орешина смотрела на сидящую перед ней беременную Бескровную, такую на вид умиротворенную, даже красивую в своем приближающемся материнстве, и думала о том, что она, Орешина, и сама могла бы очень скоро забеременеть от Каморы и спокойно ждать появления на свет их ребенка. Но судьбе было угодно распорядиться иначе – теперь в ее жизни не осталось ничего, кроме ощущения пустоты и какой-то невесомости. Все в ее жизни разрушилось, рухнуло с приездом этой Газановой. Камора на глазах превращался в самого настоящего дьявола…