Время не лечит - Алисандра Ким

— Я не жалею, что приехала. Правда не всегда бывает нужной и хорошей. — смотрит мне в глаза. И хочется заткнуть уши. Не хочу слышать то, что сейчас скажет. Кладет ладошку мне на рот. — Выслушай. Скажу один раз. Но ты, Ром, запомни. Мы не будем вместе. Никогда. Я пустота. Любить не умею. И не хочу. Потеря это сильнее любви. Это очень больно. Невыносимо. Я на самом деле жить не хотела. В моей жизни есть еще Артем. Ты знаешь. Ты же все знаешь? Да? Я ему так и не смогла объяснить. А ты поймешь. Ты старше и слышишь меня. Я не хочу отношений. Не с тобой. Ни с кем либо вообще в этой жизни. Я художник. И свою карьеру построю сама. Не в твоей тени. Сама. У меня уже есть предложения. Работы. Учебы. Я справлюсь со своей жизнью сама. И ты меня не пытайся переубедить. Я такая же, как все. Пойми. Самая обычная шлюха, желающая от тебя лишь выгодных условий жизни.

— Ты перенюхала чего-то? Даш!

— Мне удобно с тобой. Не понимаешь? Не хочу ничего от тебя. И ты не жди. Не ищи скрытые мотивы. Их нет. Я всегда, все довожу до логического окончания. И это не смысловые обороты. Я приехала, чтобы выяснить. Выясню. Начала писать картину в Скайхэнде. Значит, так и будет. — она желает откупиться. От меня. Выдрать мое сердце и растоптать. И делает то, чего я точно в этот момент от нее не жду.

17

Рома

Я стою в брюках, в джемпере и пальто. Она тоже одета. Собиралась уходить. Видимо, это Ника ей предоставила обзор моего архива по делу отца! Сука! Это должен был сделать я! Сам! Она заплатит за то, что вмешалась. И Альбина получит свое. Вздохнуть не получается. Словно кол вогнали в грудь. Но Дарина не убегает. Не устраивает истерик. У меня есть время. Оно есть у нас.

Даша только что плакала. Но уже изменилась в своем странном облике. Хочу ее в том комбинезоне. И с пучками на макушке. Такая, как сейчас она пугает. Щеки слегка заливает румянец. Приоткрытый рот. Острый язычок прошелся по белоснежным зубкам. Она первая и единственная женщина в моей жизни, с которой вообще не знаю, чего ждать! Оторвало все системы управления. Тормоза в мохры разлетелись.

Ведет плечиками и скидывает короткую курточку. Наклоняется, изгибается. Медленно движет молнией на сапоге. Выгнулась так, что кофточка задралась, оголяя поясницу. Как гимнастка, гибкая.

— Дарина, что ты делаешь? — умом тронулась? Глаза очумелые. Облизывает губы. И со стоном приоткрывает рот. Ведь только что была совсем другой. Несчастной. И сиротливой.

— Ром, хочу стать твоей шлюхой. Мы тут с твоей бывшей поболтали. Ее рассказ меня впечатлил. — она опускается на колени. Смотрит снизу вверх. Только у меня на хрен сердце останавливается. Словно все наоборот. Это я у нее в ногах валяюсь сейчас. И умоляю о помощи. Ее собственный способ помощи самой себе. А кто я такой чтобы осуждать. Нравится мне вот так приходить в себя после стресса. Нет, как у нее горьких воспоминаний. Уже нет. Есть череда запойных недель, когда не помнил себя. Драки. До выломанных костей и крови. Звуки ночной пальбы и выслеживание снайпера. Одинокие ночи безумия. Поиски новой вселенной. Да что угодно!

Расстегивает ремень на моих брюках. Меня колбасит. То жаром съедает кожу. То холодный пот по спине ползет. Крупной дрожью охватывает все тело. И сука член в боевую готовность стойку принимает. Я кладу ладонь поверх ее. Это мой ход! Всегда я усаживал шлюх на колени. Всегда я управлял процессом. Купюру в лифчик. Загнул раком и вперед. Сейчас точно так же пользуют меня. Не чувствую унижения или разочарования. Наоборот. Совсем в другую степь несет. Извращенное понимание подчинения.

Девчонка свою игру ведет. И отступать не собирается. Пальчиками обхватывает головку члена через ткань брюк. Сжимает слега, не отрывая взгляда.

— Пользуйся мной. Как и я пользуюсь тобой. Научи меня. Ром. Я же человек искусства. И хочу раскрыть все грани своего удовольствия. Ты опытный любовник. Позволь нам быть на равных. Позволь использовать время, проведенное вместе на полную катушку. Пока я ничего не решила. Пока я могу себе позволить все это.

— Я тебя никогда не отпущу, Дарина.

— Отпустишь. Мы похожи. Мы знаем, чего хотим. — она стягивает с меня брюки вместе с бельем. Ком застревает в глотке. Я не хочу так. Не хочу, чтобы она делала все это. Но она читает мои самые сокровенные и порочные мысли. Ебать баб как я хочу всегда было сложно. Только низкосортные или очень дорогие соглашались на жесткий изврат. А изврата во мне хоть отбавляй. Ника даже собиралась меня, как насильника сдать. К психологу меня собралась отвести. На ху. й ее послал. А вот у меня нарисовалась первосортная психологиня! Горячая. Желанная. Таких не было. Никогда. Она, как радиоактивная отрава проникла во все сферы организма. Под кожу. В душу. И теперь выкручивает, затягивает узелки. И готовит к нашему расставанию.

— Что ты хочешь?

— Твой член во рту. Но не так, как в прошлый раз. А глубоко. Ром, отключи свой мозг. Сейчас ты мне нужен таким. На одной волне. Пьяным. Безумным.

— Ты хочешь задыхаться и слезы чтоб из глаз? — Член упирается в ее говорящие губы.

— Да. Научишь?

— Наука слишком сложна для маленьких девочек. — пытаюсь ее поднять, но она отстраняется.

Рукой проводит по все длине. Смазывает слюной, проведя языком по тонкой кожице. Вены вздуты. Головка уже сочиться желанием. Дымится мой колпак. Ладонь поверх ее ладошки кладу.

— Ром, я не остановлюсь. Либо ты, либо другой. — угрозы с этого развратного соблазнительного ротика. Перекинуть через колено и выпороть хорошенько. Чтоб задница горела. Да только в таком случае все равно хотеть ее не перестану. Это я возродил маленькое чудовище. А значит надо соответствовать!

— Ты маленькая стерва! Не в те игры играешь.

Губами обхватывает головку и толкает ее глубже. Давится. Я все понимаю. Она хочет доказать, что самая обычная шлюха. Что нет в ней ничего особенного. Только делает то все наоборот. Она сейчас выносит остатки моего нормального сознания. И я на грани.

— Дыши носом. И высуни язык. — наблюдаю, как послушно выполняет, — вот так моя хорошая. Открой ротик по шире. — пальцами запутываюсь в ее волосах. Она ладонями держится за мои колени. — Подними руки выше. Я остановлюсь в любой момент. Понимаешь же да? — как то совсем воздух