Золотая девочка - Светлана Лубенец

– Я не просто сержусь, я – злюсь, – совсем не зло ответила Караваева. – Сколько ты на даче фигурок перебил!

– С перепугу, Люся! Чувствую, не успеваю, вы вот-вот войдете… Зацепился курткой за стеллаж, а они как посыплются!

– И все же, Костик, непонятно, на что ты рассчитывал, когда за нами на дачу пробирался. Мы в два счета могли тебя обнаружить.

– Но не обнаружили же! Да я, собственно, всего только и хотел узнать, как до домика добраться, а потом уж… в другой раз… Но… не удержался. Эти гады так с деньгами наседали…

– Люся права, – согласился с Караваевой Артем, – ты, Костик, мозг! Бедный Игорек даже не подозревал, как ты его использовал. Неужели вы, – он повернулся к Люське, – ни в электричке, ни по дороге на дачу его не видели?

– Конечно, нет, – опять заулыбалась Люська. – Мы даже предположить не могли. Игорь тебя подозревал, а я вообще в состоянии, близком к истерике, находилась. И как я могла поверить, что это ты во всем виноват? Не понимаю!

– Как тут не поверить, если даже шапка, похожая на мою, в мастерской валялась. Я и сам бы поверил, – успокоил ее Артем и спросил у Костика: – Так все же шапка моя или нет?

– Твоя… Ты сам ее возле школы мимо кармана положил, а я тогда на крыльце Наташу поджидал…

– Я не перестаю тебе удивляться, Котик! Придумал даже, как случайно найденную шапку к делу пришпандорить!

– Ну вот… я же говорил, что лучше не рассказывать… И прекрати меня Котиком называть!

– Ладно, – махнул рукой Артем. – Это я так…

Когда они втроем подошли к Люськиному дому, то увидели стоящих у подъезда Наташку и Игоря. Оба смотрели на приближающуюся компанию с явно читающимся на лицах презрением.

– Гляди, – обратил на них внимание Костика Артем, – Драгомилова сейчас тебе глазенки-то повыцарапает! А Игорек остальных взглядом испепелит!

Костик промолчал, но как только они поравнялись с парочкой, первым шагнул к Игорю и сказал:

– Извини. У меня не было другого выхода.

– Не было? – сорвался на крик Игорь. – Не мог объяснить?

– А что бы ты сделал? Двадцать тысяч – не шутка. Может, компьютер бы продал?

– Н-не знаю… Но ведь ты все-таки наскреб где-то эти деньги.

– Наскребешь тут, как же! Если бы не Люся, пропал бы!

– А она у нас что, подпольная миллионерша? – как мог ядовитее спросил Игорь.

– Не остри! – обрезал Артем. – У нее дедовы игрушки и балерин музей купил. А деньги она Костику отдала на покрытие долга. Почти все.

– Игорь, может, все же останемся друзьями? – попросил Костик. – Ты не против?

– Он – против! – ответила за Игоря Наташка. – Да как с тобой вообще можно после этого разговаривать? Предатель! «Наточка – то, Наточка – се», а сам меня нагло использовал, негодяй! А я из-за тебя еще Стельманчуку отказала, дурища!

Люська повернулась к Наташке. Драгомилова, раскрасневшаяся, с темными прядками волос, выбившимися из-под белой шапочки, со сверкающими глазами, была хороша. Надо же – это ее, Люськина, подружка, знакомая с детского сада, стала такой красавицей!

– Ну, Люся! – Костик толкнул под локоть засмотревшуюся на подругу Люську. – Можешь ты за меня заступиться или нет?

– Не злись на него, Наташа, – тут же откликнулась Люська. – Он тебя ни разу не обманул. Ты ему и правда сразу понравилась, еще в автобусе. Да ты и не можешь не нравиться! – она чмокнула Наташку в раскрасневшуюся щеку и тут же ревниво посмотрела на Артема. А что, если и он тоже заметил, как похорошела Драгомилова? Сравнит сейчас их и… Но Артем не смотрел на Наташку. Он смотрел только на нее – рыжую, круглолицую, веснушчатую Люську – и улыбался. Люська улыбнулась ему в ответ. Словно заразившись весельем от них, наконец улыбнулась и Наташка.

– Может, пойдем в кафе? – предложила Люська. – Ударим по мороженому в честь примирения и в память о дедушке?

Артем вытащил из кармана горсть монет:

– К сожалению, это все, чем я сегодня богат. Особенно не разгуляешься.

– Ты забыл? Деньги-то музейные еще остались! Родители их мне подарили… В честь успешного завершения операции… – Люська лукаво посмотрела на Костика и спросила: – Отведешь нас в то кафе? В «Корону», где мы были, когда познакомились? Там мороженое отличное: с бананами, клубникой и с сиропами разными.

– Ну, я пошел, – некстати сказал Игорь, видимо, почувствовав себя лишним.

– Нет, ты с нами! – взяла его под руку Люська.

Игорь вырвался:

– К чему? Все парами, а мне что одному там делать?

– А мы Татьяну Карлюткину позовем, – вмешалась Наташка. – Она замечательная девчонка. Вылитая Кристина Агилера!

Люська, никогда не замечавшая сходства Карлюткиной с Агилерой, закивала изо всех сил.

– Тогда уж зовите и великого Киркора, этого гения сыска! – предложил Артем. – Да и двух оставшихся из трех «к» я бы тоже пригласил.

– Заодно и Прокопчину взять с собой придется. Филька без Лены теперь никуда не ходит, – расхохоталась Драгомилова. – И, пожалуй, стоит позвать Настю Калетину – наше исключение из правила. Пусть Игорек выбирает! Девочки в нашей школе – первый сорт.

– У меня на всех денег не хватит, – огорчилась Люська.

– Свои «мани» возьмут, – заверила ее Наташка. – Шиковать не будем, скромненько посидим: каждому – по сто граммов мороженого с сиропом.