Золотая девочка - Светлана Лубенец

– Этого, я думаю, Кот не знает.

– Кот? – удивилась Люська.

Лидия Геннадьевна опять улыбнулась:

– Это домашнее имя моего сына. А вообще-то, его зовут…

Звонок в дверь перебил Лидию Геннадьевну.

– А вот наверняка и он, – сказала женщина. – Артем, открой, пожалуйста, дверь.

Артем вышел, а Лидия Геннадьевна подвела Люську к столу:

– Посмотри еще другие фотографии. На них витрина, где стоит ваша балерина. Видишь, написано, что это работа неизвестного мастера. А теперь там будет имя твоего деда.

Люська взяла в руки фотографию. Зинаида стояла на одной ножке в стеклянном шкафу. Рядом с ней находились фигурки других мастеров, но Зинаида, конечно, была лучшей. Глаза Караваевой заволокло слезами. И когда в комнату вошли Артем с сыном Лидии Геннадьевны, поворачиваться к ним лицом Люське не хотелось.

– Ма! Я сейчас, – услышала она голос, который показался ей знакомым. Она быстро обернулась, но тот, кого звали Котом, уже скрылся за дверью.

– Подожди! – крикнула ему вдогонку Лидия Геннадьевна. – Тут серьезное дело! Про ту балерину с рынка!

Сын не отозвался, и женщина, извинившись, вышла из комнаты. Вернулась растерянной и, разведя руки в стороны, сказала:

– Ушел почему-то…

– Догнать? – спросил Артем.

Люська с Лидией Геннадьевной промолчали, так как обе не знали, надо ли это делать. Но Артем все же выбежал из комнаты. Женщина посмотрела на Люську и пожала плечами.

– Ничего не понимаю, – сказала она.

– Я тоже, – призналась Люська.

Они обе, не сговариваясь, сели на диван среди подушек и застыли в напряженном ожидании.

Через некоторое время в коридоре послышался шум, а потом Артем втащил в комнату красного встрепанного парня в толстовке с черепом, увенчанным желтой шляпой.

– Костик? – выдохнула Люська.

– Вы знакомы? – почти в один голос спросили Артем с Лидией Геннадьевной.

– Костик… как же… – перешла на шепот Люська. Только сейчас она вспомнила, где видела его раньше, до знакомства у библиотеки. Конечно же, на дискотеке! Той самой, со взрывами петард. Он тогда стоял у сцены рядом с Филей, вот в этой самой толстовке с мерзким черепом на груди.

– Ничего не понимаю, – опять повторила Лидия Геннадьевна. – Вы, оказывается, знакомы с Люсьеной?

– Знакомы! И что? – с вызовом ответил Костик.

– А то, что слишком все это странно: ты знаком с девочкой, у которой украли балерину, и именно эту балерину ты приносишь домой… С рынка, как ты сказал. Такое совпадение…

– Ничего странного не вижу. Это именно совпадение, и ничего больше. Статуэтку я действительно купил на рынке. А с Люсей познакомился недавно, в троллейбусе. Скажи, Люсь!

– Да, – растерянно подтвердила Караваева. – Мы познакомились не так уж и давно.

– Чего же ты тогда сбежал? – спросил Артем.

– Я испугался, что ты за своими дисками пришел.

– И что?

– А я дал их корешу одному посмотреть.

– И что? – повторил Артем.

– Так я тебе уже три раза обещал их вернуть. Думал, ты пришел матери на меня жаловаться.

Артем пожал плечами, не найдя что сказать.

Глава 17

И гении дедукции знают не все

– Не нравится мне это все, Люсь, – сказал Артем по дороге домой.

– Что именно? – спросила Караваева.

– Не такой уж я гад, чтобы из-за каких-то дисков, которые я сто раз смотрел, идти домой к Ведерниковым разбираться. И Костик наверняка это знает. Я уж побоялся дальше объясняться с ним при тете Лиде, но, думаю, его надо как следует тряхануть.

– Еще как следует! – подхватила Люська, – Мы действительно познакомились с ним недавно. Когда с тобой поссорились, – Люська виновато покосилась на Артема. – Но я вспомнила, где его видела раньше, по этому его черепу со шляпой. Ты удивишься!

– Ну?

– На той дискотеке со взрывами!

Артем присвистнул:

– А ты не перепутала?

– А ты бы череп мог с чем-нибудь перепутать?

– Череп, пожалуй, не мог, а вот того, кто под черепом, – запросто. У преступников есть даже такой отвлекающий маневр: надеть на себя что-нибудь очень яркое, чтобы свидетели запомнили не лицо, а одежду.

– Я тоже об этом в детективах читала, но, честное слово, я его все-таки вспомнила! Сама не знаю почему. Вопреки детективной логике. А ты что, – Люська всем корпусом развернулась к Артему, – думаешь, Костик – преступник и есть?

– Откуда мне знать!

– Артем! Я догадалась! – еще больше округлила свои круглые глаза Люська. – Он тогда наверняка со мной познакомиться приходил.

– Зачем?

– Ну… может быть, хотел по-хорошему договориться, чтобы я ему балерину отдала. А тут взрывы и… все такое. Операция и сорвалась, а?

– Н-не знаю… Мне почему-то кажется, что все было по-другому…

– Как?

– Ваш Киркор, конечно, гений дедукции, но… Наверняка Костик знал о тебе не все.

– То есть?

– Три «к» помнишь?

– Да.

– Так вот: Ведерников не знал даже, какого пола владелец статуэтки, поэтому странные воры посетили квартиры всех, кто на букву «к», в том числе и Карамышевых.

– Неужели ты думаешь, что Костик в квартиры залезал?

– Не знаю. Может, он, а может – подельник его…

– Ты думаешь… все-таки Игорь? – совершенно растерялась Люська.

– При чем тут Игорь? – скривился Артем.

– Ну как же… Они ведь друзья. Ты разве не знал?

– Откуда? Я с Котом общался изредка. Мамы наши дружат, а мы… так… иногда встречаемся. Значит, ты говоришь, он корешится с Игорьком?

– Да.

– Вот тебе и второй взрыватель! Как пить дать, первый взрыв в зале устроил Костик, а второй – твой Игорек ненаглядный.

Люська так разволновалась, что даже не нашла нужным среагировать должным образом на слово «ненаглядный».

– Ну, хорошо, – сказала она, – а кто третий?

– А третьего не знаю, уж извини! – Артем положил руку на грудь и дурашливо поклонился. – Может, у них вообще целая банда.

– Скажешь тоже… – подернула плечами Люська. – Банда, чтобы балерин красть.

– Между прочим, чтобы Зинаиду спереть, нужно было к вам в квартиру попасть. А замочек у вас небось не слабый?

– Обыкновенный.

– Все равно. Я, например, и обыкновенный без ключа не открыл бы. А эти в трех квартирах побывали, у вас на даче погром устроили и при этом, заметь, ни одного замка не сломали.

– Артем, ты меня пугаешь.

– А что делать, подруга моя золотоволосая! Надо быть ко всему готовыми.

Люська даже приостановилась и спросила:

– Ты тоже, как Киркор, считаешь, что петарды рвали, чтобы наш журнал стащить?

– Скорее всего.

– А как же Калетина? Она не укладывается в Филину теорию. К ним в дом не заходили.

– Лаевский же предположил, что к Калетиным незачем стало идти, поскольку Зинаиду уже нашли в твоей квартире.