Мост любви - Эмма Дарси

И вдруг в повисшей тишине прозвучал тонкий детский голосок, дрожащий и испуганный. Не понимая, что происходит вокруг, Мэтт безошибочно почувствовал суть.

— Нонно… почему ты не любишь мою маму?

Скай едва удержала рвущийся из горла истерический смех. Не любит! Да он ненавидит ее!

— Мэтт, мы просто собираемся поехать домой, — решительно вмешался Люк.

— Но, папа…

— Я все объясню тебе потом. Сейчас мы должны ехать. Мама, отойди, пожалуйста…

— Нет! — Маурицио подошел к жене и встал рядом. — Мальчик вправе спросить, — заявил он, с вызовом посмотрев на сына, а затем переведя смягчившийся взгляд на внука.

— Отец… — с угрозой в голосе предупредил Люк.

— Маттео… я не люблю твою маму… просто потому, что совсем не знаю ее. У меня не было времени узнать ее получше. И за это… — Маурицио посмотрел прямо на Скай, — я прошу прощения.

Повисла пауза.

Скай не знала, как реагировать. Были ли эти слова извинения искренни? Но в главном Маурицио не солгал — он действительно совсем не знал ее.

— Ты можешь познакомиться с ней поближе, Нонно, — искренний в своей невинности заметил Мэтт. — Вот папа ее хорошо знает и любит.

— Да, он ее любит, — согласился Маурицио, глядя на внука. Затем он обратил взгляд на сына. — Я знаю, что любит.

— Мама очень любит цветы, — бесхитростно продолжал Мэтт. — Ты можешь позвать ее на прогулку и показать свой сад.

— Это очень хорошая идея, Маттео. Может быть, после ленча твоя мама согласится составить мне компанию? И тогда я смогу извиниться перед ней еще раз.

Мэтт подергал ее за подол платья.

— Не плачь, мамочка, пожалуйста. Нонно не хотел расстроить тебя. Он просто тебя не знает.

Скай смахнула влагу со щек, но была пока не в состоянии вымолвить хоть слово. Маурицио откашлялся.

— Скай… если позволишь называть тебя так…

— Именно так ее и зовут, — не преминул вмешаться Люк.

— Протянешь ли ты мне… оливковую ветвь… ради тех, кого мы любим?

Именно за этим она пришла.

Были ли эти слова искренними или нет, она не знала, но чувствовала, что должна использовать этот шанс. Сейчас только от нее зависело восстановление или окончательное разрушение семьи.

Она сглотнула ком в горле, глубоко вздохнула, высоко подняла голову и сказала:

— Да, мистер Перетти, протяну.

— Браво! — пробормотал он, и впервые в глазах Маурицио Перетти она увидела восхищение. Ею.

— А что такое оливковая ветвь, папа? — спросил Мэтт.

— Это — дар любви, сынок. Твоя мама сказала твоему дедушке, как сильно она любит нас обоих. И надеюсь, что он понял это.

— Ты понял, Нонно?

— Да, я понял, Маттео.

— Мама и тебя полюбит.

— Это, дорогое дитя, стало бы чудом, но ведь именно в Рождество чудеса и случаются, правда?

— Конечно, — с облегчением сказала Флавия. — Пойдем, Маттео, помоем руки перед ленчем. А ты, Маурицио, позаботься вместе с Кирквудом о вине.

Она явно стремилась оставить Люка и Скай наедине.

Люк не преминул воспользоваться этой возможностью.

— Ты в порядке, Скай?

— Нет. Пока нет, но скоро буду. Если ты будешь рядом.

— Я буду рядом всю свою жизнь, — пообещал Люк.

Глава 17

День ее свадьбы…

Скай сидела в белом лимузине, рядом с ней — Карин Холмс, свадебный консультант. Флавия настояла на том, чтобы нанять ее и довести все детали торжества до совершенства. Карин оказалась очень приятной женщиной и действительно позаботилась обо всем.

Рядом с Карин сидела мать Люка, напротив нее — Мэтт, пребывавший в восторге, что может проехаться в такой длинной машине и без умолку болтавший со своей Нонной.

Скай снова подумала о том, как без труда Мэтт завоевал сердца своих бабушки и дедушки. Она без колебаний согласилась оставить его на их попечение, когда они с Люком уедут в свадебное путешествие в Италию, на остров Капри. Она с благодарностью приняла предложение Флавии забирать Мэтта из школы, поскольку сама Скай решила вернуться в университет, чтобы окончить свое медицинское образование и получить диплом физиотерапевта.

Люк забрал назад свое заявление об увольнении и остался начальником отдела в «Перетти корпорейшн». Они с Люком купили дом в Роуз-Бей с большим задним двором, чтобы Мэтту было где играть, и ангаром, где бы Люк мог хранить яхту, которую очень хотел купить. Возможность жить в доме родителей, как это сделал Роберто после свадьбы, даже не рассматривалась, к большому облегчению Скай.

После Рождества прошло всего два месяца, и она по-прежнему вела себя очень осмотрительно в общении с Маурицио. Впрочем, за это время она смогла понять, что Люк во многом очень похож на отца. Если он на что-то нацелился, его уже не сбить с курса. Надо отдать должное, на людях Маурицио относился к ней как к принцессе, а наедине… похоже, он действительно пытался лучше узнать и понять ее.

И все-таки это было правильное решение — дать всем еще один шанс, потому что очень многое изменилось к лучшему. Люк стал более расслабленным и спокойным, да и сама она чувствовала себя увереннее.

А сегодня она действительно чувствовала себя невестой. Ей очень нравилось платье — из голубовато-белого шелка, украшенное французским кружевом и вышитое бисером. К нему полагалась вышитая бисером шапочка. Ее волосы волнами струились по спине под тонкой фатой, прикрепленной к шапочке. Туфли тоже были вышиты бисером и составляли с платьем изящный ансамбль. Волосы ей уложил парикмахер Флавии, визажист сделал легкий макияж, а маникюрша — маникюр и педикюр, покрыв ногти бледно-розовым лаком.

— Идеальная невеста, — констатировала ее будущая свекровь, с удовольствием оглядывая Скай, прежде чем они сели в лимузин, который теперь вез их в собор Святой Мэри.

Перетти не могли венчаться в обычной церкви или просто зарегистрировать брак в мэрии! Сам епископ Сиднейский был приглашен совершить обряд, а внутри собора их ждало четыре сотни гостей, среди которых много известных людей.

Честно говоря, Скай была потрясена, прочитав список приглашенных.

Карин помогла ей выйти из машины. Флавия первой вошла в собор, ведя за руку Мэтта. Но перед этим Скай, передав букет Карин, взяла мать Люка за руки и поцеловала в щеку.

— Спасибо за все, что вы сделали для меня. Родная мать вряд ли смогла бы сделать больше, — с благодарностью проговорила она.

— Моя дорогая… Лючиано по праву гордится тобой. Ты идешь к нему с моего благословения. И с благословения его отца.

Взяв за руку внука, Флавия вошла в собор. Все головы немедленно повернулись к ним, следя за тем, как они идут по проходу. Она слышала перешептывания, зная, что все говорят о сыне Лючиано, рожденном вне брака, но ее это не волновало.