Хорошие девочки попадают в ад - Лиля Титова

пошёл рядом. — А может выпьем кофе? Как раз неплохая кофейня по пути. Я отрицательно покачала головой. И постаралась идти быстрее. Что в этих туфлях было очень сложно сделать. Платье сковывало движения. Хотелось снять с себя всё и оказаться в тёплой ванной с пеной, словно взбитые сливки. А на подставке чтоб стоял стакан с соком и спелая, сладкая клубника. Почувствовала чьи-то холодные пальцы на своём запястье и вернулась из мира грёз. Парень держал меня за руку и давил улыбку. — Девушка, ну куда вы спешите? Остановитесь хоть на минуту. В груди разом вспыхнули все чувства, которые я пыталась подавить. Злость прокатилась импульсом к руке, и парень резко отскочил, громко ойкнув. Он вытаращил глаза, молниеносно развернулся и, придерживая сумку, зашагал прочь. — Фуух, — вздох облегчения вырвался из груди. Я, как наэлектризованный шар, выпустила весь негатив на нерадивого ухажëра. Хорошо же его, наверно, шарахнуло. Вон как припустил, только наушник мотался в воздухе, как спущенный флаг побеждëнного корабля.

Глава 34

Хвала небу, до института не так далеко идти! Я сняла туфли и наслаждалась теплом нагретого асфальта. И плевать, кто и что подумает. Возле института толпились студенты. Присела на лавочку по другую сторону дороги и внимательно всматривалась в знакомые лица. Решила подождать немного здесь, и если подруга не появится — зайти внутрь. На парадной лестнице появилась маленькая, шустрая брюнетка. И я сразу узнала Марину. Она весело болтала с одногруппником — рыжим Васей. Как только парочка вышла за ворота, я встала и помахала рукой. Маруся замерла и бросилась со всех ног навстречу. Благо, в нашем закутке редко ездят машины. — Кооотик, — подруга повисла у меня на шее и голосила на всю округу. — Ты как? Откуда? — Марусь, спокойно! Держи себя в руках. Я попыталась отодрать от себя это радостное недоразумение. Но подруга лишь крепче сжала объятия. — Привет, — Вася подошёл к нам. — Привет, — чуть улыбнулась и шепнула Маринке на ухо. — Нельзя привлекать внимание. На меня охотятся. Пальцы на шее сразу же расцепились, и Маруся уставилась на меня огромными, перепуганными глазами. — Ты серьëзно? — Более чем. — Тогда что ж мы стоим? — Схватила меня за руку и потащила прочь. — Эй, вы куда, — Вася расстерянно смотрел вслед. — Потом объясню. Если Звягинцев спросит обо мне, скажи — живот заболел. И не оборачиваясь, Маруся продолжила галоп, стискивая мои пальцы так, словно боялась, что я снова пропаду. Мы поравнялись с парком. И я резко затормозила. Свернула в ближайшую аллею, увлекая подругу за собой. Раньше мы часто приходили сюда, когда сбегали с пар. В тени высоченных каштанов прятались от летней жары и болтали о всяких девичьих глупостях. Сейчас это казалось таким далëким и ненастоящим. Я сама казалась себе ненастоящей. Будто заняла чужое место. Всё моё предыдущее существование походило на жалкий дагеротип настоящей, яркой и безумной жизни Мары. Еë способности, еë красота, еë крепкая, подлинная любовь к Асаэлю. Если бы демон сумел также полюбить меня. Но что я могу ему дать? У меня нет в запасе и сотни лет. У меня нет и сотой доли способностей, которые были у ведьмы. Бьюсь об заклад, что и внешне я лишь еë бледное подобие. Наша любимая лавочка призывно маячила свежей зеленью краски. Кусты шиповника делали нас незаметными для остальных отдыхающих. Мы уселись на лавочку, и Марина наконец отпустила мою руку. — Ну, рассказывай. — Пока что ничего не могу рассказать. — Не хотелось бы, чтоб подруга посчитала сумасшедшей. Но сейчас я и сама уже не была уверенна, что не сошла с ума. — Марусь, а какой сейчас месяц и год? Маринка удивлëнно вскинула брови, но всё же ответила:- Июнь 20.. года. Слушай, ты меня пугаешь. Точно не хочешь рассказать, в чём дело? Я отрицательно замахала головой. — Так понимаю, ко мне тебе идти нельзя? — Маринка не унималась. — Нет. Маруся сложила руки на коленях и на какое-то время замолчала. Я смотрела на подругу и никак не могла понять, что же в ней изменилось. Волосы стали чуть длиннее, едва заметно уплотнилась фигура. Рука вдруг сама потянулась к еë животу. Невесомое, тëплое свечение потянулось к ладони, которая отчëтливо ощущала биение маленького сердца. — Мальчик. Марина смотрела, как завороженная. Подруга положила свою руку на живот и слегка поглаживала его. — Откуда ты знаешь? Я ещё никому не говорила. Даже Васе. Я улыбнулась. Вот рыжий-бесстыжий, времени зря не терял. И как это подруга умудрилась. Она же всегда хотела найти принца на белом коне. Хотя насколько я могла вспомнить, у Васи свой белый крузак, и у папы какой-то бизнес. — Мне на узи через две недели. Хотела Васю с собой взять и сюрприз сделать. Волна нежности вдруг накрыла с головой. На глаза навернулись слëзы. Я была безумно рада за подругу. Уж кто-то, а она заслужила, чтоб как минимум два мужчины — муж и сын, любили и носили на руках. И я не сомневалась, что так и будет. Обняла её и погладила по голове. — Вы будете счастливы. Он любит тебя. Не сомневайся. И не ревнуй. Ревность добавляет горечь в отношения. Горечь не растворяется, а оседает на дно. И всплывает при любом удобном случае. Она отдаляет людей друг от друга. Маруся смотрела с подозрением. Будто сомневалась, еë ли я подруга? А я и сама не знала, откуда взялись эти слова. Раньше не была экспертом в отношениях. И обычно Маринке приходилось объяснять мне тонкости взаимоотношений. — Знаю, что он любит меня. Но бывают моменты, когда сомневаюсь. Может просто гормоны играют. Но давай всё-таки поговорим о тебе. Что думаешь делать дальше? — Нужно залечь на дно, — попыталась съюморить, но подруга осталась серьëзной. — Подозреваю, институт тебя сейчас мало интересует. Могла бы восстановиться. — Всё потом. Нужно решить одну… нет, даже две важные проблемы. А уж потом налаживать прежнюю жизнь. Маруся задумалась. Потом окинула меня придирчивым взглядом и вздохнула. — Сиди здесь. Схожу домой. Соберу вещи первой необходимости. По дороге куплю билет на автобус. Поедешь к моей тëтке. Она живëт в Корниловке. Думаю, там сможешь пересидеть, пока всё не уляжется. Хотя я бы на твоëм месте пошла в полицию. Я категорично замахала руками. — Это исключено. Поверь, полиция точно не поможет. — Может всё-таки расскажешь, в чём дело? Изведусь ведь, буду думать, что случилось. — Марусенька, милая! Ну не могу я. Правда, — сделала умоляющий взгляд, и подруга слегка пожала мои пальцы. — Ладно, сиди тут. Я скоро.

Глава 35