Охотник - Владимир Поселягин

— Помощь нужна?

— Сам справлюсь, товарищ майор.

— Не переборщи.

— Припугну только.

Через двадцать минут, когда я вернулся обратно, вытирая на ходу мокрые руки полотенцем, офицеры, передавая друг другу листы, уже почти закончили читать.

— Ну и почерк у тебя, — мельком глянув на меня, сказал майор.

— Учительница разбирала, — пожал я плечами.

— Что там с участковым? Выяснилось?

— Да, он оказалось племянник соседки. Та была недовольна, что левый источник дохода накрылся, удивительно жадная до денег старушка. Вот и подослала родственника проверить меня. Не липовый ли владелец. А так он действительно участковый, только соседнего района.

— Не сильно пострадал? — спросил майор, передавая последний листок одному из своих подчиненных.

— Если только штаны, — хмыкнул я, повесив полотенце на натянутую в комнате веревку. — Попугал да выгнал.

— Тут не все, только предыстория появления этих… маньяков, основные привычки и предложение создать отдельную следственную группу для их поимки. Нет указаний способов поиска, ничего нет.

— Так я только начал писать, главное чтобы вы ухватили суть и поняли, что нас ждет. Сейчас все эти маньяки всплывают эпизодически, но вот когда подрастут, их будет больше. Эхо войны.

— Это у тебя написано, — отмахнулся майор. — Понимаешь, у нас ничего нет. Ни одной зацепки. Совсем. Единственный кто хоть что-то понимает во всем этом — это ты. Так что давай собирайся я включаю тебя в следственную группу.

— Вы в курсе, что не можете меня привлечь к работе без разрешения моего прямого начальника, подполковника Вихря? А он такое сто процентов не даст, у нас разные управления.

— Ты отказываешься? — жестко посмотрев на меня, спросил майор.

— Могу помочь, если только неофициально, — поднял я руки, — в частном порядке.

— Хорошо. Что ты предлагаешь?

— Во-первых, мне нужно осмотреть место преступления. Во-вторых, тело убитой. В-третьих, узнать какие идут следственные мероприятия по поимке преступника.

— С первыми двумя не проблема, машина на улице, с третьим могу сказать, что усилены патрули. Опрашивают всех, кто проживает по соседству. Участковые ходят по домам. На вокзалах, аэропорту и дорогах усиленные посты. К работе по поиску убийцы привлекли так же нас. Сам понимаешь, в таком деле нужно оказать помощь милиции.

Слушая майора, я убрал папку обратно и, достав легкую светлую одежду, оделся. Заперев чемодан, убрал его обратно под кровать.

— Документы такой важности не стоит хранить так попросту. Лучше я выделю тебе отдельно сейф в управлении, там и будешь держать папку и при необходимости делать записи, — предложил майор.

— Хорошая идея, — кивнул я, застегивая ремень. — Я подумаю… Теперь по городу. Усиленные патрули на улицах отмените, они могут вспугнуть нелюдя, он сейчас и так на нервах.

— Думаешь, он еще в городе?

— Уверен… На вокзалах, дорогах и в аэропорту, пусть останется все по прежнему. Но вот в городе не нужно напрягать обстановку. Пусть все идет своим чередом… Ну что едем?

Мы вышли из дома, я предупредил строителей, что до вечера буду отсутствовать, попросив без меня не расходиться, чтобы принять работу сделанную за сегодня, после чего сел в 'Волгу' и мы поехали к месту преступления.

Осмотр заставил меня задуматься, потом мы поехали в судебно-медицинскую экспертизу, где я осмотрел тело девочки, спокойно слушая доклад эксперта.

— Да это его работа, — продолжая пребывать в задумчивости, сказал я присутствующим, потом притронулся к разбитой губе девочки и осмотрел синяк на половину лица. — А вот это на него не похоже. Нелюдь у нас аккуратист.

— Может все-таки не он? — майор, подошел ближе и тяжело покачиваясь, глядел на тело девочки. В его взгляде было бешенство, видимо переживает, что жизнь ребенка прервали, да еще таким способом. Мне тоже было не по себе. Но я этого не показывал.

— Да нет, точно он, — я отошел от стола с телом убитой и стал расхаживать из угла в угол, бросая взгляды на тело девочки. Все присутствующие даже затаили дыхание, давая мне возможность подумать. Я чувствовал, что ответ витал буквально на поверхности, пока не ухватил за ниточку и не потянул.

Замерев, я резко повернулся на каблуках ботинок и, подойдя вплотную, слегка наклонился над телом, разглядывая лицо.

— Она его разозлила.

Майор был классным оперативником, поэтому ухватил суть мгновенно.

— Укус?

— Да. Причем очень сильный, раз он не сдержался и сработал грубо… Хм, губа, щека, подбородок, вряд ли, рост не позволяет. Возможно грудная мышца, но я больше склоняюсь к руке. Возможно даже ладонь, — замерев на миг, я продолжил размышлять вслух дальше. — Он еще здесь, но ему надо прятать укус, если мы с этим угадали. Значит или повязка или рубаха с длинными рукавами что вероятнее. Место преступления хоть и скрытое для глаза, но для изнасилования не очень подходит, тропинка рядом. Так что произошло это скорее всего случайно, когда он встретил одиноко идущую жертву и не сдержал инстинктов. Да и родители это подтверждали, что редко оставляли ее одну, значит, он ее не выслеживал… Мне нужна карта города.

— Принеси, — велел майор одному из своих подчиненных. Тот сбегал в машину и принес карту.

— Он находиться в этом районе, — очертил я круг, в который попал и мой дом. — По домам ходить смысла нет, вспугнем. Проще поставить сотрудников в штатском у всех магазинов, почты или кинотеатров. Нелюдь скорее всего парень до двадцати пяти в рубашке с длинными рукавами. Сегодня он вряд ли выйдет, но завтра-послезавтра взвоя от скуки может сходить в магазин или погулять, чтобы развеяться. Брать советую, когда он вернётся, чтобы узнать место жительства. Ну там сами разберетесь.

— Придётся милицию привлечь, всем нам не охватить этот район, — сказал майор, изучая карту.

— Можно даже проще поступить. Поставить сотрудников на всех перекрестках, тогда его точно засекут. На улицах мало кто ходит в куртках или рубахах, а он не старик. Увидите такого, сразу на заметку.

— Это все?

— Всем чем мог, помог, а сейчас извините, вернусь к себе. Не хотелось бы светиться перед соседями, где работаю, хотя намек им и дал. Моей помощи вам уже не потребуется, тут вы сами справитесь, опыта думаю, хватит. Могу только посоветовать, сразу после взятия колоть его на Брянские жертвы. Он психопат, такие боли боятся, вполне может расколоться. Ну и еще одна улика, большой размер средства преступления. На это разрывы у всех жертв указывает.