Анти-Горбачев (СИ) - Тамбовский Сергей

— Позвольте, — не выдержал Лобановский, — о каких неудачах в футболе идёт речь? Советские клубы пользуются на международной арене заслуженной популярностью, а сборная страны регулярно выступает на чемпионатах мира и Европы.

— Вот о каких, — Романов открыл свой блокнот и зачитал сухую статистику, — когда сборная СССР последний раз участвовала в финальной стадии чемпионатов мира или Европы? Я могу напомнить — в 82 году, а до этого 72… не маловато ли одного раза за 15 лет. Теперь что касается клубов… вот у меня сводная табличка победителей еврокубков за эти же 15 лет — всего 45 штук, включая Кубки чемпионов, кубков и УЕФА. Так вот, на первом месте Германия, 13 побед, на втором Испания, 10, потом Англия и Италия, по 7… СССР на десятом месте, 2 победы.

— 3 победы, — уточнил Лобановский, — ещё Суперкубок в 75 году.

— Ну хорошо, три, — не стал спорить Романов, — все равно этого маловато. Не кажется ли вам, что пора выводить наш футбол на новый уровень?

Лобановский, как и остальные собравшиеся, промолчал, поэтому свою речь продолжил Романов.

— То же самое и в хоккее, — видя непроизвольное движение Тихонова, он поправился, — хорошо, не совсем то же самое, побед на мировой арене у нас тут значительно больше, но они же перемежаются откровенными провалами, как вот только что в Праге. Так что поле деятельности для улучшения ситуации и тут необъятное.

Романов открыл новый лист в блокноте и продолжил:

— Про летние Олимпиады даже говорить не хочется — восемь лет жизни вычеркнуто у наших мастеров спорта. С зимними ситуация получше, но ненамного — в Сараеве нас практически догнали ребята из ГДР. Вступительное слово я сказал, теперь жду конструктивных предложений от собравшихся, — и он обвёл строгим взглядом всех сидевших за столом.

— Григорий Васильевич, — первым нарушил молчание Лобановский, — вы же не хуже всех нас знаете про объективные причины нашего отставания в спорте.

— Перечислите их, пожалуйста, Валерий Васильевич, — попросил его Романов.

Тот пожал плечами и начал загибать пальцы:

— Климат, это первое. В Европе можно играть в футбол чуть ли не круглый год… в Англии, например, в так называемую Рождественскую серию, это с 26 декабря по 2 января, команды в чемпионате играют по 5-6 матчей. А у нас период с ноября по март это мёртвый сезон.

— Вы продолжайте, продолжайте, — улыбнулся Романов, делая какую-то пометку у себя в блокноте, — мы внимательно слушаем.

— Во-вторых, — решился Лобановский, и наверно в самых главных — это особенности нашего спорта, о которых вы прекрасно знаете — у нас же все поголовно любители, в отличие от профессионального спорта на Западе.

— И что, это мешает нашим футболистам показывать хорошую игру? — включил дурака Романов.

— Да, мешает, — мужественно поднял перчатку Лобановский, — у них там люди бьются за обеспеченную старость, ведь не секрет, что лучшие игроки получают там миллионы, а у нас в случае травмы и невозможности продолжать карьеру, спортсмены оказываются выброшенными из жизни…

— Ну не всё так плохо, — возразил Романов, — пенсии заслуженным мастерам платят очень неплохие. Опять же есть возможность пойти в тренеры.

— Есть, — не стал упорствовать Романов, — но чисто статистически тренеров в том же футболе требуется в 10-15 раз меньше, чем игроков. Так что это не выход. К тому же в западных чемпионатах существует возможность покупать игроков из других команд и даже стран — это очень важно для усиления игры. У нас же все переходы между командами замыкаются в рамках страны… даже республики, все ведь знают, что в киевское, например, Динамо пригласить грузинского или армянского футболиста практически нереально. Про другие страны я даже заикаться не буду…

— И совершенно напрасно, — улыбнулся Романов, — можно и позаикаться — есть такое мнение, что с этого сезона советские команды получат возможность приглашать зарубежных игроков.

Собрание заволновалось, а общее мнение высказал Тихонов:

— Это официальное заявление, Григорий Васильевич? — прямо спросил он.

— Официальнее не бывает, — ответил Романов.

— И что, например, мы Марадону сможем позвать в Зенит? — прорезался голос у Садырина.

— Почему нет, Павел Фёдорович, — ответил ему председательствующий, — можно и Марадону. Насколько я знаю, у него есть большие проблемы в Наполи — команда едва-едва не вылетела во вторую итальянскую лигу, голы он забивает с большим трудом, вполне можно было бы и договориться.

— А Платини можно будет подписать? — спросил Бесков.

— Платини уже старый, тридцатник разменял, — ответил Романов, — зачем нашему футболу стареющие звёзды?

— Как зачем, — заволновался Бесков, — чтобы привлекать зрителей. На Платини вдвое больше народу придёт поглядеть. К тому же стиль игры у него очень подходит Спартаку…

— Хорошо, добавим к списку Мишеля, — черкнул очередную строчку в блокноте Романов, — но лучше бы ограничиться футболистами из стран, с которыми у СССР тёплые отношения, Южная Америка подходит.

— Тогда нам бы Кареку с Сократесом подписать, — это Ахалкаци высказал свои хотелки, — они же вылитые грузины…

— Записал, — ответил Романов, — что ещё?

— Ещё Мессье и Коффи, — подал голос Тихонов, — они бы прекрасно вписались в нашу игровую схему.

— Они тоже немолодые, — поморщился Романов, — предлагаю обратить внимание на восходящих звёзд Гретцки и Лемье.

— Но как же мы будем решать денежные проблемы? — задал логичный вопрос Колосков. — Все эти игроки получают немалые суммы на Западе, и ведь нам в случае их перехода придётся платить им не меньше.

— Разберёмся, — буркнул Романов, — это не главная проблема.

— Разумеется, — продолжил он, — должно быть легализовано и обратное, так сказать, течение этих процессов. А именно, разрешение нашим ведущим спортсменам уезжать играть в чемпионатах других стран.

— Меня раза три приглашали, в Италию, в Испанию и Англию, — вырвалось у Блохина, — жаль, что не получилось.

— Мне тоже жаль, — признался Романов, — ведь играя в таких серьёзных чемпионатах, вы бы серьёзно повысили свой футбольный потенциал, сборная страны только выиграла бы от этого.

— И меня звали в Монреаль Канадиенс, — добавил Мальцев. — А сейчас от нас туда вполне могли бы уехать вот хоть тот же Славка с Серёжкой, — и он показал на притихших в углу Фетисова и Макарова.

— Конкретикой мы позже займёмся, а сейчас у нас принципиальные вопросы, — осадил его Романов, перелистнув очередную страницу, — значит по первоначальным прикидкам в каждый наш футбольный и хоккейный клуб будет разрешено пригласить по одному иностранному игроку, а разрешение на выезд из страны будет выдано тоже одному человеку из клуба. Все персональные разборки потом, — остановил он Бескова, готового что-то возражать.

— Теперь вот ещё что… — Романов замедлился на пару секунд, а затем сказал, — абсолютно недопустимым является факт доминирования одного или даже двух клубов в рамках чемпионатов страны…

Тихонов опустил голову, это был явно камень в его огород.

— Да-да, Виктор Васильевич, это в основном про ЦСКА… ну и про киевское Динамо, конечно, тоже. Вот сами посудите — за последние 20 лет кто у нас становился чемпионом? Вы и сами знаете — три раза Спартак, один раз Крылья, остальные 16 раз ЦСКА. Неинтересно же болеть за наш хоккей, если ты заранее знаешь победителя. Опять же принципы формирования команды далеки от справедливости — армейский клуб просто забирает молодых игроков, которых призвали в армию. Нет конкуренции, понимаете…

— Григорий Васильевич, — начал оправдываться Тихонов, — это не мной так заведено, не мне и ломать систему.

— Напрасно вы так думаете, — ответил ему Романов, — а если вы не сможете, то помогут старшие товарищи. То же относится и к вашему клубу, Валерий Васильевич, — кивнул он в сторону Лобановского. — В футболе, конечно, ситуация с конкуренцией не такая плачевная, как в хоккее, но тем не менее киевское Динамо тоже имеет возможность принудительно забирать себе понравившихся игроков, в отличие от того же Спартака.