Некромант-самоучка, или форменное безобразие - Ардмир Мари

Я судорожно сглотнула и подтянула ноги выше, через мгновение забралась с ними на стул, а через два уже продумала, как залезу на стол, вопреки хватке Сули и ее успокаивающим словам. А впрочем, я и профессора могу затянуть на стол, мне сейчас все нипочем, главное, в живых остаться.

— Намина, сядь, — шикнула на меня генерал. — Сядь нормально, ты привлекаешь внимание.

— Чье? — спросила я, всего на секунду оторопев.

— Лектора, — как маленькой сообщили мне.

И я посмотрела на кафедру, затем в пропасть под стулом и поняла, что вот тот бледнолицый мужик с холодными глазами, острым подбородком, высоким хвостиком и сотней багряных косичек в нем ничто в сравнении с тварью, которая только что облизнулась и подмигнула мне из мглы.

— Плевать! — выдала я на полном серьезе и залезла на стол.

— А вот и первый желающий опробовать путы мрака, — раздалось довольное с кафедры, и я одновременно с генералом воскликнула: «Что?» Последняя, к слову, от удивления отпустила мой локоток, и твари преисподней чуть было не познакомились со мной поближе. Но быстро ухватившись за крышку, я предотвратила свое путешествие вниз и теперь осоловело смотрела на скалящего клыки багряноволосого.

— Простите, что вы сказали?

— Спускайтесь вниз… — скомандовал мне лектор смертников.

И перья темных личностей застыли, а их головы медленно поднялись, чтобы посмотреть на кафедру. Посмотрели, поняли, что там никого нового нет, и стали поворачиваться в мою сторону.

— Аквиус, — обратилась к мужику Сули, — девушка всего лишь слушатель. Человек.

На слове «девушка» капюшоны некромантов резко завершили поворот, и теперь на меня смотрели все. Выжидательно, насмешливо, а кое-кто и настороженно, наверное, потому что эта пара глаз была красной и напоминала мне Бруга.

— Весьма шумный слушатель, — заметил клыкастый лектор, с улыбкой склонил голову к плечу и заявил: — И раз человек, так и быть, я сам ее спущу.

Щелчок пальцев — и я полетела, и не куда-нибудь, а к тварям! Голос с визгом пропал, способность двигаться также. Лечу вниз, смотрю вверх, в голове ни одной мысли, а перед глазами прекрасный вид на обрыв и стулья со столами. И я хорошо вижу испуг Сули, хладнокровие багряноволосой сволочи и заинтересованность смертников. Вот козлы! Ладно, генерал — женщина, не успела сориентироваться, но эти-то могли! Некроманты заторможенные…

С этой мыслью приземлилась на кого-то жесткого, подвижного и горячего, задохнулась от запаха серы и, кажется, потеряла сознание. А как не потерять, если вокруг меня сотни ползущих и переплетающихся огромных удлиненных тел не то многолапых змей, не то ящеров с клыкастыми пастями и белыми глазами. Через мгновение очнулась, поняла, что нахожусь на том же самом месте и в том же окружении, и отключилась опять. Затем почувствовала, как по моему телу скользят когти, открыла глаза, узрела здоровую черную лапу на своей груди и вновь провалилась в беспамятство. И так раз шесть, пока перед моим ужасом затуманенным взором не появилась одна-единственная морда с удивленно-вопрошающим взглядом. Тварь смотрела на меня, чуть наклонив голову, и ждала. Чего именно она ждала, я не знаю, и вообще более всего это было похоже на сон, настигший меня на пастбище близ родного дома. И это наш серый баран Гошка с кручеными рогами стоит надо мной и думает, что лучше — боднуть хорошенько или потоптать.

— Пошел в стойло, иначе жрать не дам… — прохрипела я, стуча зубами, и с удивлением заметила, как морда стала меняться. И вскоре приобрела вполне человеческое приятное, мужское лицо, смотрящее на меня с осуждением.

— Интересный вид благодарности. Девушка, вы всем своим заступникам такое заявляете?

— Через одного, Ваше Высочество, — ответил за меня знакомый голос, который с усмешкой продолжил: — И на будущее — если дерзит, значит, пришла в себя.

— А когда она будет в полном порядке? — удивился неизвестный, посмотрев куда-то вверх.

— Когда руки начнет распускать и пощечины отвешивать направо и налево, — ответили ему. После чего меня бесцеремонно подняли с каменного плато и встряхнули со словами: — Да, Сумеречная, хорошей порки тебе не избежать.

Рыжий! Вот зря я испугалась тех тварюшек из преисподней, чудовище напротив намного хуже. Будь моя воля, я бы не только ответила ему, но и задала пару-тройку волнующих вопросов. Например: зачем меня скинули вниз? Кто именно спас? И почему вокруг так темно?

К счастью или к ужасу, заинтересованной в ответах там была не только я. Раздались раздраженные быстрые шаги, и когтистые руки багряноволосой и бледнолицей сволочи по имени Аквиус схватили меня за плечи, чтобы в следующее мгновение вырвать из объятий метаморфа.

— Герберт Дао-дво, как вы посмели прервать наш опыт? Вы, как отказавшийся от участия в играх, не имели права даже приблизиться к корпусам во время тренировок!

Что я там говорила? Нет никого хуже?! Я ошиблась! Есть. Спасите… И как ни ужасающе, но мысли мои «услышал» опять-таки рыжий. Взял меня за грудки мундира и на себя потянул.

— Как опекающий от лица моего рода, имею полное право не только приблизиться, но и надавать по морде за нее! — Увидев выражение, с которым Дао-дво смотрел поверх меня, я дернулась, а многоликий учтиво продолжил: — И дабы впредь меж нами не было недопонимания, Эррас Тиши нагрянет с визитом к вам.

— Прикрываетесь грифоном? — иронично хмыкнул лектор смертников.

— Прячетесь за статусом советника короля? — в том же тоне предположил разведчик И на его плече встряхнула ушами неожиданно появившаяся кука и прошептала со смешком:

— Нет, Аквиус Авур просто развлекается.

На что тот незамедлительно выдал:

— Таррах! А это еще что? Неужели это и есть замена Амидд? И когда вы так низко пали, Дао-дво?

Чтобы достойно ответить, Герберт с раздражением передал меня кому-то другому, закатал рукава мундира и шагнул к этому Авуру под тихое предупреждение нежити: «Хозь-зяин, он все еще развлекается».

— Значит, я всего лишь разомнусь, — сказал Дао-дво, оттесняя багряноволосого в центр круга.

К сожалению, переход словесного боя в физический мне посмотреть не дали. Беспричинно обиженный мною спаситель, коего рыжий назвал Его Высочеством, поднял меня на руки и резюмировал:

— Когда экс-мужчина фурии встречается с виновником своей отставки, пусть и не действующим и тоже эксом… это надолго. Пойдемте, Сумеречная. — И с улыбкой понес меня в темноту, легко шагая и весело насвистывая. Так, словно бы вокруг нас и над нами не продолжали переплетаться многочисленные белоглазые твари преисподней. Едва я различила их в тусклом свете, исходящем от браслета, нервно вздрогнула и в который раз мысленно поблагодарила заступника. Вслух не получалось, ибо зубы стучали не переставая. Многоликий с королевским прозвищем заметил мое состояние, поспешил успокоить: