Обольстительная Саванна - Джина Уилкинс

— Значит, поэтому ты переехала в Кэмпбеллвиль. Разве один городок отличается от другого по части сплетен?

— У мамы был кузен, который держал здесь лавку. Он предложил маме работу, которая позволила ей содержать нас, пока я не закончила школу и сама не начала работать. Мы думали переехать в город покрупнее, вроде Атланты или Мейкона, но мама умела лишь стоять за прилавком бакалейной лавки и боялась, что не найдет работу. Кроме того, в маленьких городах и школы лучше, и преступности меньше.

— А как здесь отнеслись к твоему появлению с двумя младенцами? Проявляли любопытство?

— Некоторые проявляли, — призналась она. — Мне ничего не говорили в лицо, но наверняка сплетничали за спиной. Не то чтобы мать-одиночка была тогда чем-то из ряда вон выходящим, но здесь, на Юге, это воспринимается не так спокойно, как в Голливуде.

— А ты когда-нибудь думала об аборте? Они тогда были уже разрешены. Ты же тогда сама была почти ребенком. Для тебя это был бы самый легкий выход.

Вопрос не удивил Саванну. Она видела, что Кит изо всех сил пытается понять ее. Понять, что ею двигало.

И это ее в нем пугало.

— Я думала об этом, — ответила она. — И наконец решила, что не смогу жить с такой тяжестью на душе. Я бы всю жизнь потом мучилась вопросом, правильно ли поступила. И я ни разу не пожалела, что родила.

Он кивнул, словно ее ответ его нисколько не удивил. Может быть, он в конце концов начинает меня понимать, подумала она, потрясенная тем, как сильно они привязались друг к другу за такое короткое время. Это казалось таким реальным, таким прочным. Тем больнее будет, когда все закончится!

На десерт было сливочное шоколадное мороженое. Саванна мгновенно забыла о диете и уплетала за обе щеки. Кит то и дело наполнял ее бокал, но она не протестовала — решила, что сегодня можно.

В конце концов, кто знает, сколько у них с Китом впереди таких вечеров?

Доев десерт, Саванна переключилась на музыку. Когда заиграли песню, под которую они с Китом танцевали на острове, он поспешно встал и протянул руку.

— Потанцуем?

Она не колебалась, а лишь немного покачнулась, но Кит проворно удержал ее, прижав к себе.

— По-моему, я перепила, — призналась она. — Я редко пью.

— Обопрись на меня, — пробормотал он, прикасаясь щекой к ее волосам. — Я тебя удержу.

Танцевать с ним было таким знакомым ощущением. Она бессильно следовала за его шагами, и лишь неровные плиты у них под ногами ей слегка мешали.

Она не помнила, чтобы когда-нибудь с кем-нибудь танцевала. И чтобы у нее возникало подобное желание.

Она почувствовала, как губы Кита ласкают ей висок, и содрогнулась.

— По-моему, ты хочешь меня соблазнить! — упрекнула она его.

— Ну как, действует? — спросил он, и не думая отпираться.

Еще бы!

— Нет, вовсе нет, — приврала она, положив голову ему на плечо.

— Лгунья! — Он произнес это скорее удивленно, нежели обиженно.

Вероятно, он не сомневается, что в его объятиях я таю, как мороженое, смиренно подумала Саванна.

Они танцевали возле задней стены домика. Кит загасил верхние огни, так что их единственным освещением были луна, звезды и свечи.

Саванна обеими руками обвила его шею и запустила пальцы в его волосы. Его губы прошли по ее виску и щеке, а потом принялись искать ее губы. Она запрокинула голову, чтобы облегчить ему путь.

Поцелуй длился вечно. К тому времени, когда он закончился, Саванна поняла, что ее мир изменился навсегда.

Между их первым танцем на Серендипити и этим танцем в Джорджии она безнадежно влюбилась в Кристофера Пейса!

Разомлев в объятиях Кита, она крошечной частью своего мозга признавала, что натворила за свою жизнь немало глупостей. Но влюбиться в этого человека было ее самой крупной ошибкой.

Ничего не выйдет! Они такие разные. Между ними столько препятствий. Ей будет больно. Но в этот момент ее это, похоже, не волновало.

Рука Кита медленно скользила по изгибам ее спины. Он медленно раскачивался на месте, почти не танцуя, а лишь обнимая ее под эту тихую музыку.

Саванна уткнулась в его шею, наслаждаясь слабым, пикантным запахом его одеколона. Она чувствовала крепкие мускулы под его рубашкой, и ей нестерпимо хотелось гладить их кончиками пальцев. И губами.

Она хотела его. Она так давно не испытывала сильного физического влечения, что сама удивилась силе охватившей ее страсти.

Кит заставил ее почувствовать себя совсем другой женщиной. Дерзкой. Смелой. Неукротимой. Обычно она не позволяла себе быть такой. Но почему бы ей не побыть такой… хотя бы сегодня?

Кит искал ее губы, нашел их и заявил о своих правах. Она раздвинула для него губы, приветствуя жаркую страсть его языка. Желая гораздо большего.

Она пробормотала свое желание ему в губы.

Он, похоже, понял, крепко прижал к себе и целовал до тех пор, пока у нее не закружилась голова.

Его рука скользнула между ними и обхватила ее левую грудь. Кончиком пальца он провел по ее напрягшемуся соску, и она поежилась.

— Саванна! — Он говорил быстро, его хриплый голос заглушался ее щекой. — Я так давно хотел тебя!

Она отстранилась, чтобы взглянуть на него. Свечи, горящие на столе у нее за спиной, ярко освещали его лицо, позволяя ей ясно видеть его голод, его желание. Таким он был в тот вечер на острове, когда она чуть было не занялась с ним любовью. А теперь его желание казалось даже еще более сильным, более требовательным.

Поразительно, как сильно он ее хочет! Настолько, чтобы с таким трудом найти ее! Настолько, чтобы проделать весь этот путь ради встречи с ней и остаться, обнаружив, что с ней будет не так-то легко жить! Настолько, чтобы приложить столько усилий и устроить ей великолепный романтический вечер!

Она не сомневалась, что, если бы она ему сказала, что не готова к этому следующему шагу, он бы отступил — как отступил уже однажды. Он был бы разочарован и, несомненно, приложил бы все усилия, чтобы заставить ее передумать, но ничего не стал бы делать против ее воли. Не заставлял бы ее силой дать ему то, что он хочет.

Это Кит, а не Винс!

Глубоко вздохнув для храбрости, она скользнула рукой по его затылку, плечу, груди. Затем расстегнула верхнюю пуговку его рубашки. Потом еще одну.

У Кита перехватило дыхание, когда ее пальцы скользнули под его расстегнутую рубашку и провели по его груди.

Саванна с восторгом обнаружила, что он так же прекрасен, как она себе и представляла. Теплый, гладкий и сильный. Его мускулы невольно сжались под ее пытливыми пальцами. Она провела ладонью по его крепким, твердым соскам, и внутри у него все напряглось.