Опасные любовные связи - Ким Болдуин

– Понимаете, сейчас мое расследование в тупике, и, я надеюсь, Ваша пленка поможет выбраться из него.

– А мне что с того? – он допил виски и дал бармену знак повторить.

– Как насчет подсказки от информатора? – Хэйли к своему пиву даже не притронулась.

– Ладно, ладно, девушка, вы занимаете мое время. Но те, кто верят на слово, далеко не продвинутся. Хватит темнить. Вы сказали, дело будет стоить того.

Она рассеянно смотрела на этикетку своего пива, раздумывая над тем, что можно ему говорить, а что нельзя. Бармен принес Васкезу еще двойной виски, тот сразу отпил половину.

– Вам что-нибудь известно о секретной организации, готовящей профессиональных убийц? – спросила Хэйли.

Васкез переключил все внимание на нее, хотя смотрел на мистера Чистюлю.

– Я думаю, что-то вроде этого существует, да.

– А у вас есть доказательства?

– А у вас?

– Хмм, мне дали основания думать, что да, – Хэйли, наконец, сделала глоток пива, оно был омерзительно теплым.

– Кто?

– Неизвестный благодетель. Но он дает мне слишком мало информации, с которой работать.

Какое-то время он раздумывал над тем, что она сказала, а потом сделала еще глоток виски.

– Мне очень жаль, что Вы так бездарно тратите свое время, мисс Вард.

– Хэйли.

– Ладно, Хэйли. Зовите меня Мэнни. Последние несколько лет я получал наводки…или «мне давали основания думать», что такая школа существует. Но дело в том, что мне никто не верит, из меня делают полного идиота, pendejo. И это стоило мне работы и семьи. Что заставляет вас думать, что вы напали на след, что вас не водят за нос?

– Я даже не знаю… пока. Но я думаю, что этот человек – из самых влиятельных.

– Nena… Детка, у вас должны быть веские основания, – Васкез вытащил из жеваной пачки одну сигарету и зажег ее.

– Что было в том конверте?

– Я не могу вам сказать.

– Хэйли, я как никто другой понимаю, насколько вам нужно быть осторожной, однако, pero, о чем-то да придется рассказать. Вы просите моей помощи, но я не стану вам помогать, пока вы не выложите, в чем суть.

Он допил второй бокал.

– Я вижу дно второго бокала, а вы все тянете мое время, – он заказал еще виски.

– Хорошо, хорошо. В конверте была записка, в которой говорилось о школе под названием «Организация Элитных Наемников». Это в Колорадо. Их влияние распространяется на исполнительную власть, СМИ и правительство. И еще там было о том, что доверять никому нельзя, и ОЭН уберут всех, кто помешает замести следы.

– Эээ, детка, я знаю, что ты притащила сюда свою задницу из Балтимора не для того чтобы сказать мне, что кто-то там прислал тебе какую-то записку. Знала бы ты, сколько у меня этих «записок» от всяких придурков, которые везде видят заговор. О, да, они знают, где лежит Джимми Хоффа, и кто убил принцессу Диану, – он перегнулся через стол и заговорил страшным голосом, которым, очевидно, вел допросы, проходящих по делу. – Я не играю. Что еще было в конверте? Да, конечно, ты тут из-за какой-то писульки.

– Да, может быть, у меня и есть что-то, кроме записки, – ответила она, – но больше я ничего не скажу. То, что у меня есть, стоило того чтобы приехать сюда. Я не гоняюсь за наемниками. И, пока я не получила конверт, все это не представляло для меня интереса.

Васкез молча наблюдал за людьми в баре.

– А когда вы получили конверт?

– Недавно.

– Когда? Quando «недавно»? На той неделе? Месяц назад?

– Месяц назад, – ответила она.

Он улыбнулся, показав зубы, которые он чистил, наверное, так же давно, как стирал одежду.

– В Майами сейчас настоящий дурдом творится. У вас там об этом?

Их взгляды встретились. Может, этот бывший следователь и был пьян, но мозги у него работали, и он с легкостью сложил все вместе, из чего Хэйли сделала вывод, что у него много информации для нее.

– Возможно.

– Знаете что-то о пропавшей записи с камер наблюдения?

Она не сразу ответила. Пока она размышляла над тем, что теперь сказать Васкезу, она проследила, куда был направлен его взгляд. Васкез снова смотрел на мистера Чистюлю. Он осторожно придерживал свой бокал через носовой платок, и пил что-то мелкими глоточками, не глядя на Хэйли и следователя.

Васкез вдруг выпрямился, внезапно насторожившись, и она поняла, что что-то было не так.

– Слушай, раз уж у тебя этот… конверт, тебе никто не угрожал? Не следил за тобой?

– Нет, с чего бы это? – она не видела ничего из ряда вон выходящего в баре, и пыталась понять, только ли это у Васкеза паранойя разыгралась, или действительно, было о чем беспокоиться.

– Что такое?

– Ничего, – его тон был резким. Что-то изменилось.

– Пока говорила одна я, – сказала Хэйли. – И все еще не знаю, чем вы можете мне помочь, и есть ли у вас, что показать мне. Если да, я положу то, что есть у меня, на стол. Но я должна быть уверена, что что-то получу взамен. Это ваш шанс показать им, что вы никакой не психопат, и мой шанс написать сюжет, которого я так ждала, – она сделала паузу, ища подтверждения со стороны Васкеза, но тот, казалось, был полностью сосредоточен на мистере Чистюле.

– Да, да. Я понимаю. Продолжайте.

– Я в очень щекотливом положении, и, честно говоря, я рада, что вы больше не работаете в полиции… – она продолжила, – потому что тогда мое положение было бы совсем сомнительным. И, прежде чем показать, чем я располагаю, я должна удостовериться, что этого не случится.

Васкез повернулся к ней.

– ¡vamos! ¡vamos! Идемте, – сказал он тревожным шепотом.

– Куда?

– Туда, где за нами не будут следить, – он допил виски одним глотком, бросил на стол деньги, а потом дал Хэйли знак следовать за ним к выходу.

Глава двенадцатая

Домино наблюдала за тем, как Хэйли и Васкез вышли из бара. У парковки они о чем-то недолго переговорили, и на какое-то время Домино забыла, что была на задании, глядя на них, не как профессионал. Хэйли умела подбирать одежду, которая наилучшим образом подчеркивала ее фигуру, выражая ее суть. Ее темное фиолетовое платье сидело точно по фигуре, в нем Хэйли просто излучала неотразимую чувственную уверенность. Что касается бывшего следователя, Домино заметила, что он наслаждался видом Хэйли не меньше нее.

Эти двое прошли мимо красного Форда Хэйли и направились к побитому микроавтобусу Васкеза, когда в микродинамике в ухе Домино прозвучал голос Рено:

– Сделай пару снимков мужчины, который вышел из бара. Синяя рубашка, коричневые брюки.

Домино схватила фотоаппарат с мощной оптикой и сделала несколько кадров мужчины, пока тот мялся в дверях и осматривал парковку. Проследив, как Хэйли с Васкезом, сели в микроавтобус, он достал блокнот и ручку, и что-то записал, а потом направился к темно-синему седану.