Ручей Поцелуев - Натали Патрик

— По мне, так это пустая трата времени, Рэнди. У меня не было ничего подобного. И я никогда не приводил к себе друга с ночевкой.

— И полюбуйся, в какую дружелюбную и приветливую личность ты вырос!

На скулах Броди заиграли желваки.

Миранда скрестила на груди руки, склонила голову набок и ответила ему таким же упорным, но одновременно и озорным взглядом.

Он едва заметно наклонил голову.

— А ты и вправду думаешь, что Бубба меня боготворит?

— Как малыш своего любимого игрушечного медвежонка.

От такого сравнения он заморгал, пнул кончиком ботинка ножку тумбочки и наконец сказал:

— Отлично. Купим эту чертову двухъярусную кровать.

От глухих, протяжных грозовых раскатов заскрипели рамы большого окна в спальне Миранды. В начале десятого на дворе уже стояла кромешная полуночная мгла.

Грейс и Кэти взвизгнули, покрепче прижимаясь друг к другу под цветастым покрывалом на широченной постели.

Миранда взбила подушки под обеими белокурыми головками, наслаждаясь этими несколькими минутами покоя рядом с девчушками перед тем, как вернуться на помощь Броди. Голосом тихим и певучим, словно мурлыкала колыбельную, она прошептала:

— Бояться нечего, куколки, это всего лишь летняя гроза.

Как бы в противовес ее словам утешения, внезапный разрыв молнии осветил окно пронзительно яркой вспышкой. Краешком глаза Миранда уловила какое-то движение в проеме двери, но, обернувшись, ничего не увидела.

Она поправила покрывало и, решив отвлечь внимание девочек от грозы, спросила:

— Вы хорошо провели время у дяди Джексона, пока мы с Броди занимались делами?

Грейс кивнула.

— Он смешной! — заявила Кэти и сморщила носик, как любопытный зайчонок.

Миранда повторила ее движение, а потом прижалась носом к носу Кэти.

— Я тоже думаю, что дядя очень смешной.

Кэти захихикала.

— А еще он хороший.

— Но все равно не такой хороший, как ты, — поспешила добавить Грейс.

Миранда, улыбаясь, погладила щечку девочки.

— Ты такая хорошая, что разрешила нам сегодня поспать здесь. — Грейс поуютнее устроилась на пуховом матрасе. Ее пшеничные ровные пряди смешались на подушке с золотистыми кудряшками сестры.

Миранда, прижав ладонь к груди, вспоминала, есть ли у нее платок в кармане джинсов. Потом шмыгнула носом и смахнула нависшие на ресницах слезы. Сознанием она понимала, что не должна так сильно привязываться к этим детям. А что, если у них с Броди ничего не выйдет? Тогда она потеряет не только любимого мужа, но и этих детей, которые завладели ее сердцем так, как она и представить себе не могла.

Кривая молния снова перерезала ночное черное небо.

У двери что-то определенно маячило. На этот раз Миранда всмотрелась повнимательнее. Еще один оглушающий пушечный разряд грома — и Бубба перепрыгнул через порог спальни. За стеклами очков глаза его казались громадными и круглыми.

Он схватился за косяк двери, как утопающий за сломанную мачту, и моргнул, уставившись на Миранду.

Она успела стереть с лица понимающую ухмылку.

— Пришел посмотреть, как тут девочки, да, Бубба?

Мальчик со всхлипом втянул воздух, а потом задышал коротко и часто.

По его глазам она видела, как он лихорадочно соображал, после чего наконец решительно сжал губы, поправил очки и выпрямился, оторвавшись от двери.

— Да, мэм. Пришел проверить.

— Вот и хорошо. — Она поднялась с постели. — Мне как раз нужно возвращаться, помочь Броди собрать твою новую кровать, а я волновалась за девочек. Ну, как их оставить тут одних? Ты далеко, через весь коридор, в их комнате, да и мы будем внизу работать.

Его взгляд метнулся к огромной, приглашающей в свое уютное тепло кровати.

— Понимаю, что слишком многого прошу, но… не мог бы ты остаться с девочками? — Она провела ладонью по мягкой подушке, лежавшей рядом с девочками.

Он скривил рот и опустил глаза на свои босые ноги.

— Я вовсе и не испугался.

— Я это знаю, — отозвалась она с такой искренностью, на какую способен только человек, щадящий чувства любимого человека.

— Я уже не ребенок.

— Ну, разумеется, нет!

Трр-рах! Молния и гром, объединив усилия, ударили вместе с необузданной силой дикого жеребца.

Проблеск светлых волос, легкий ветерок, взлет покрывала — и Миранда поняла, что Бубба предпочел переночевать сегодня в этой огромной постели.

Она поплотнее укрыла детей, наклонилась, чтобы поцеловать в лоб Кэти и Грейс.

— Спокойной ночи, горошинки.

— Спокойной ночи, Рэнди, — ангельским хором прозвучал в ее ушах их ответ.

Она остановилась около Буббы. Ей хотелось что-нибудь сказать ему, но она пока не знала, на что уже можно осмелиться.

— Спасибо, что взял на себя заботу о девочках.

— Ничего, — шепнул он.

— Не забудь положить очки на тумбочку. Спокойной ночи… Бубба.

Она уже было выпрямилась, но в этот миг промедления успела заметить мягкий блеск в его глазах и услышала быстрый ответ, такой тихий, что она бы и не уловила его, если бы не была так близко:

— Спокойной ночи, Рэнди.

— Спокойной ночи, — только и смогла выдавить Миранда — и прикоснулась легким поцелуем к его лбу. А потом распрямилась и выскользнула из комнаты.

Уже кое-что, думала она. Днем Броди, а теперь и Бубба. Это переполняло ее восторгом и ужасом одновременно. Что, если она шагает к очередному своему страшному краху? Что, если детей все же не удастся усыновить? Что, если, несмотря на все его разговоры о переменах, Броди все-таки не сумеет ни измениться, ни простить ей ту боль, которую она причинила ему своим бегством?

Что ж, единственный способ все выяснить, решила Миранда, — ковать железо, пока оно горячо. То есть ей следует немедленно отправиться в комнату Буббы и собрать вместе с Броди детскую кровать, попытавшись таким образом сложить в одно целое не только новую мебель, но и их отношения.

— Вставьте штырь «А» в отверстие «Б». — Тонкий листок с инструкцией хрустнул в пальцах Миранды. Она подняла глаза от простого рисунка на неуклюжую громадную конструкцию, которую собирал Броди. — Да нет же, нет. Отверстие «Б». Отверстие Б! — Она ткнула пальцем в бумагу. — Ты что, букв не знаешь?

Он скептически выгнул бровь, но оставил свое мнение при себе.

Где-то вдалеке слышались отголоски грома.

— По-моему, нам нужно сделать передышку. — Она поерзала, чтобы разогнать кровь. Сидение на почти до основания вытертом ковре вымотало из нее все душевные и физические силы.

Они принялись за эту работу — продавец в магазине божился, что с ней справится и ребенок, — в отличном настроении. И теперь всего лишь одно недостающее сочленение отделяло их от завершения этого кошмара, где было все — и крики, и нелицеприятные прозвища, и хлопанье дверьми, и даже долгие отлучки по очереди каждого из них — охладиться.