Путь к рейхстагу - Степан Неустроев

С болью и досадой переживал неудачу начальник штаба полка майор Владимир Маркович Тытарь.

- Тут моя вина, - говорил он командиру, - противника-то плохо узнали, не разведали как следует его огневые средства.

- А что, если нам пойти в обход? - предложил Тытарь. - Возьмем две роты, пройдем по заболоченному участку. Там противник не ожидает нас. Переправимся через реку и внезапно атакуем немцев с тыла. Разрешите мне лично повести людей?

- Иди, Владимир Маркович, только будь осторожнее, понапрасну не рискуй, - ответил Мочалов.

С большим трудом роты преодолели болотную топь и, незамеченные, подошли к реке. А отдыхать некогда. И Тытарь первым бросился в воду.

Благополучно перебрались на противоположный берег. Резкий и неожиданный налет ошеломил неприятеля. Наши бойцы, ворвавшись в траншею, огнем автоматов, штыками и прикладами уничтожили растерявшихся гитлеровцев.

И вот траншея занята. Но батальон фашистов с семью самоходно-артиллерийскими установками перешел в контратаку.

- Самоходки пропустить, а пехоту отрезать, - приказал Тытарь.

Он спустился на дно траншеи и, когда над головой прошли немецкие машины, лег за пулемет.

Но Тытаря ранило в руку. Превозмогая боль, он поднялся из траншеи и повел бойцов в атаку. Получил еще одно ранение, на этот раз смертельное.

- Прощай, наш любимец, - сказал генерал Шатилов, когда ему доложили о гибели Тытаря, и многие, кто был на НП дивизии, впервые увидели, как по лицу генерала катились слезы.

После войны останки майора перевезли в Берлин, где славному воину поставили памятник. Майору Владимиру Марковичу Тытарю посмертно присвоено знание Героя Советского Союза.

...Жарко припекало полуденное солнце. Раскаленный воздух был пропитан пылью. Серым слоем она оседала на лицах, гимнастерки потемнели от пота.

В середине дня, опередив батальон, я поднялся на невысокий холм. Лейтенант Берест, вытирая платком потное лицо, указал на фанеру, прибитую к колышку:

- Видите, следы наших разведчиков.

На дощечке корявым размашистым почерком кто-то вывел: "До Берлина 40 км".

Мы остановились, посмотрели на этот указатель, сделанный наспех рукой неизвестного солдата, и стали наблюдать. Вдали за холмом расстилалось широкое поле. На горизонте смутно вырисовывалась деревня Кунерсдорф, прикрытая сверху облаком черно-сизого дыма. Местами в деревне бушевали пожары, издали похожие на большие пылающие костры. Окраину деревни дугой опоясывает канал. Известно стало, что в Кунерсдорфе собраны отборные гитлеровские части, сформированные из курсантов военных училищ.

- Русские здесь уже бывали. По хоженым тропам шагаем, - сказал Берест.

- Расскажи, Алексей, что ты знаешь об этом, - прошу его.

- О, друзья, когда-то я много читал и особенно увлекался походами Суворова.

- Вот и блесни своими знаниями, - полушутя предлагаю ему.

- Вспомните такую дату: лето 1759 года, - начал Берест. - Тогда на этой земле произошло знаменитое Кунерсдорфское сражение, в котором принял первое боевое крещение Александр Васильевич Суворов. В том сражении армия прусского короля Фридриха II - а она считалась лучшей армией в Западной Европе - была наголову разбита нашими предками. Фридрих II на поле битвы потерял свою шляпу, чуть не попал в плен и от позора хотел покончить жизнь самоубийством. Король насмерть перепугался и в донесении в свою резиденцию писал, что все потеряно, надо спасать двор и архивы. Пруссаки в панике бежали, бросая знамена и пушки. Вы, конечно, знаете: русские в то время побывали в Берлине и ключи от его ворот до сих пор хранятся в нашем музее. А потом, через полвека, наши еще раз прошли по немецкой столице, когда добивали войска Наполеона. Сейчас мы в третий раз должны войти в Берлин...

- Историю вспомнил кстати, - заметил я. - Об этом нужно обязательно рассказать всем солдатам при первой же возможности.

* * *

По решению командира дивизии нам предстояло силами трех полков окружить и взять Кунерсдорф.

Наш 756-й стрелковый полк наступает с севера по открытой местности, которая далеко просматривается фашистами. На подступах к Кунерсдорфу прежде всего следовало переправиться через канал. Наш батальон наступал на главном направлении дивизии. Шла напряженная подготовка к бою. Подтягивались танки, артиллерия, в ротах старшины выдавали солдатам боеприпасы. Политработники, агитаторы проводили с бойцами беседы.

Среди солдат находился и командир полка полковник Зинченко.

- Бить врага по-суворовски! - призвал он.

Перед вечером наши танки при поддержке артиллерии пошли в атаку. Они двигались по пологому склону, приближаясь к каналу. Каждая боевая машина как на ладони была видна противнику. Фашистские самоходки "фердинанд" открыли прицельный огонь. Один танк задымил и стал медленно поворачиваться на месте. В следующее мгновение сноп огня вырвался из другой машины. Еще несколько фашистских снарядов попало в цель.

Танковую атаку немцы отбили.

Ночью мы заняли оборону перед каналом, чтобы завтра начать общий штурм Кунерсдорфа. Пользуясь темнотой, разведчики отыскали наиболее подходящий участок для переправы. Очевидно, канал был прорыт давно, берега его осыпались, заросли кустарником, ветки свисали в воду.

Ранним утром, когда вдоль канала плыл белый туман, артиллерия дивизии произвела мощный огневой налет. Батальон начал переправляться через канал. Пока стрелковые роты перебирались на другой берег, саперы наводили понтоны.

Враг отчаянно сопротивлялся. Когда по мосту проходила батарея 76-миллиметровых пушек на конной тяге, рядом разорвался снаряд. Одна из упряжек метнулась в сторону и увлекла за собой в воду пушку вместе с расчетом. Мост накренился, и еще два расчета оказались в воде. Образовалась пробка. Орудия затонули, но переправа продолжалась.

Под прикрытием артиллерийского огня батальон форсировал канал.

Подаю сигнал "в атаку". Все три роты поднимаются одновременно. Стреляя на ходу, с криком "ура" бегут вперед, многие падают, слышатся стоны раненых. Ожившие огневые точки гитлеровцев ведут бешеный огонь.

Атака опять не удалась. Батальон залег.

Тяжелый бой развернулся не только в районе нашего батальона. Командир дивизии это видел и понимал сложность обстановки. Для поддержки стрелковых подразделений он дополнительно выделил танковые роты, артиллерийские дивизионы, в том числе один дивизион гвардейских минометов "катюш".

Я приказал по телефону командиру пулеметной роты Н. В. Самсонову:

- Проползи со своей ротой как можно дальше вдоль насаждений и пулеметным огнем обеспечь атаку. Только, боже упаси, не выходи на пашню там...

Самсонов понял.

- Все сделаю, товарищ капитан.