Агент Коловрат. Рождение Легенды - Сумасшедший Писака

то сможете найти причины, почему Император Александр был очень прав в этом вопросе. Я все же преподаю вам историю, а не философию…

Я потряс головой, скидывая с себя липкие мысли. Подняв голову, я устремил свой взгляд к серым тучам, что затянули собой небеса.

«Через час будет дождь» — неожиданно даже для самого себя, отметил я.

Подняв левое запястье к глазам, я посмотрел на время. До вылета на новое задание у меня было еще около пяти часов, которые стоило бы провести в компании моей Рыжей бестии. И в тот момент я очень надеялся, что она сможет вырваться, хоть на часик домой.

Глава 5

Рутина

«Ни один план кампании не переживает столкновения с противником»

Карл фон Клаузевиц («О войне», 1832)

Мы уложились в три дня. Точнее будет сказать в трое суток. Тютелька в тютельку, как говориться. Вечером вылет. Десант без парашютов, только костюм крыло. Приземление, маскировка. Все цели уже давно были определены, а сам план ликвидаций готов. Более того, его мы с Котовым едва ли не на коленке продумывали еще в полете, гоняя через симуляцию нейросети. Искин послушно раз за разом, показывал на возможные ошибки.

Особо рассказывать нечего. Прилетели. Разошлись. Выполнили задание. Прибыли в точку эвакуации. Эвакуировались. О самих устранениях говорить, особого желания нет. Действовали тихо, маскируя свои действия под «естественные» процессы.

С людьми все просто — газ, управляемый силой мысли, прямо в ноздри. И все. Здесь главное концентрация. А вот с Серым пришлось повозиться, но и здесь я справился на отлично. Опять же — все благодаря грамотному планированию. Парочка переложенных вещей телекинезом, легкий толчок в плечо. И вот два Серых сцепились между собой. Ну, а там, уже дело техники, подправить удар стилетом, чтобы он пробил грудную клетку и одно из сердец. А там выживший серый, сам нанес добивающий удар, даже не в силах поверить, что он теперь новый командир. Как же у них там все…

Нового командира вздернули на ближайшем дереве, стоило только прибыть их военной полиции. А вот оживить таким действом старого не смогли, из-за чего начались разборки уже с подразделением, которое и устроило побоище. И вновь, стоило только подправить эмоциональное махание легким телекинезом, как один из бойцов, отвесил увесистую оплеуху полицейскому. Ну, и как итог, новое побоище.

Признаться честно, я даже удовольствие получал от наблюдения за столь одиозной картиной. Это было действительно потрясающе.

Пока ждали эвакуации, я Михаилу показал отснятый материал, на что получил поощрительное похлопывание по плечу и полюбовался на работу мастера.

Котов ухитрился стравить между собой Серых и представителей Ордена Матиса. Вот только не Серые против членов ордена, а каждый сам за себя.

— Разделяй и властвуй. — Пожав плечами, прокомментировал мне наставник, ход своих действий.

И спорить с ним было трудно. Ведь и правда — хочешь что-то разрушить — банально раздели на части и посей меж ними вражду и жажду личной выгоды. Что собственно и было филигранно исполнено Михаилом.

Как итог, подопечные наставника, устроили настоящую резню друг с другом. Более того, Серые резали представителей ордена, а те не стесняясь, вырезали виновных в нападении Серых. А вот Котов, все три дня, только подкидывал им поводов для эскалации зародившегося и пробившегося зерна раздора. Мастер, что еще могу сказать.

Домой мы добирались окольными путями, на что потратили еще несколько дней. И нет. За это время с нами не случилось ничего интересного. Веселая поездка под саркастичные шуточки, подколки, да травлю баек со стороны наставника, якобы из личного опыта. И вот хрен его знает, правду он рассказывал, или же лепил на ходу горбатого, чтобы так сказать передать свою вековую мудрость, неразумному ученику.

По возвращению в Империю, мы с Котовым разошлись по домам, договорившись утром встретиться в офисе ИТМ. И вот уже когда я открыл двери своей квартиры, меня в то же мгновение снес рыжий ураган страсти, с такими приятными глазу, и руке формами.

Да. Встретится перед отбытием с Сонькой мне тогда так и не удалось. Вот она сейчас и стремилась, во что бы то ни стало, нагнать упущенное и утерянное.

Уже глубокой ночью, когда за окном светили в тишине лишь звезды да фонари, да изредка проезжающие автомобили, разгоняли тишину столичных улиц, мы с моей Рыжей лежали в обнимку на смятых простынях, пытаясь отдышаться.

— Ты надолго? — Спросила меня девушка, заглядывая в глаза.

— Не знаю. — Честно ответил ей я.

И все. Понимаете? Это все, что я мог ей рассказать. Точно так же, как ранее на мой вопрос: «у тебя все хорошо?» — Романенко ответила лишь утвердительным кивком.

Черт. Именно в тот момент, ко мне само собой пришло осознание, что мы, два хорошо знающих друг друга человека, знакомые с самого детства, прошедшие большую часть пути вместе — бесконечно далеки друг от друга. И причина такого положения дел кроется не только в специфике нашей службы. Скорее в невозможности нормально видеться.

«Может еще наладиться?» — Как-то не очень уверенно, пронеслось в моей голове. А потом, взгляд сам собой наткнулся на зеленые омуты, и все. Я в них пропал. — «Ну, может и не всегда нужно о чем-то говорить? Ведь куда лучше вместе о чем-то помолчать».

А утром, я вновь сидел за рулем своего летающего в метре над землей автомобиля. И что могу сказать? За прошедший месяц, я все больше и больше приспосабливался к такому вот существованию. Ну, в том смысле, что правую руку стремился во всем заменять телекинезом.

Да, само собой, да и как могло бы быть иначе? Получалось далеко не всегда. Довольно часто я ронял предметы. Нет. Не мыло в общественном душе, а просто. Ну, скажем довольно сложно удерживать тарелку телекинезом, и при этом, телекинезом орудовать вилкой, изредка помогая себе еще раз, телекинезом, чтобы закинуть в рот, какой-то кусочек. Ах, да. Еще же нужно и губы салфеткой промокнуть, чтоб значит грязнулей не ходить.

Жители столицы спешили кто с работы, кто на работу, а кто на учебу. Все были заняты своими делами.

«Да. Делами на общее благо». — Мысленно проговорил я, чувствуя, как легкая улыбка сама собой наползает на мои губы.

Знаете, это какое-то совершенно особенное чувство-ощущение, когда ты понимаешь родство со всеми окружающими тебя людьми. Когда понимаешь, что вы все одна команда, работающая над одной большой целью. Каждый из нас важный винтик в общем механизме, который не