Жизнь не сможет навредить мне - Дэвид Гоггинс

начале мая, а весной температура океана у берегов Коронадо колеблется в пределах 59-63 градусов. Мы как один покачивались вверх-вниз, жемчужная прядь плавающих голов сканировала горизонт в поисках любого намека на волну, которую мы молились увидеть, прежде чем она утянет нас под воду. Серфингисты из нашей команды обнаружили гибель первыми и сообщили о волнах, чтобы мы успели вовремя нырнуть. Через десять минут или около того Психо приказал нам вернуться на сушу. Находясь на грани переохлаждения, мы выскочили из зоны прибоя и стояли наготове, пока доктор проверял нас на гипотермию. Этот цикл будет повторяться и дальше. Небо окрасилось в оранжевые и красные цвета. Температура резко упала, так как приближалась ночь.

"Попрощайтесь с солнцем, господа", - сказал СБГ. Он заставил нас помахать рукой в сторону заходящего солнца. Символическое признание неудобной истины. Нам предстояло отморозить свои натуральные задницы.

Через час мы снова разбились на команды по шесть человек и встали вплотную друг к другу, прижимаясь, чтобы согреться, но это было бесполезно. Кости звенели по всему пляжу. Парни отбивали молотки и хрипели - физическое состояние, свидетельствующее о дрожащем состоянии расколотых умов, которые только сейчас приходили в себя от осознания того, что этот кошмар только начался.

Даже в самые тяжелые дни Первой фазы, предшествующие Адской неделе, когда огромное количество подъемов по канату, отжиманий, подтягиваний и ударов ногой по мячу сокрушает ваш дух, вы можете найти выход. Потому что вы знаете, что, как бы хреново вам ни было, в тот вечер вы вернетесь домой, встретитесь с друзьями за ужином, посмотрите фильм и уснете в своей постели. Смысл в том, что даже в самые несчастные дни вы можете сосредоточиться на реальном побеге.

Hell Week не предлагает такой любви. Особенно в первый день, когда уже через час мы стояли, сцепив руки, лицом к Тихому океану и несколько часов пробирались в прибой и обратно. В перерывах между ними нам дарили спринты на мягком песке для разминки. Обычно нас заставляли нести над головой жесткую надувную лодку или бревно, но тепло, если оно и появлялось, всегда было недолгим, потому что каждые десять минут нас снова спускали в воду.

Часы медленно тикали в ту первую ночь, пока холод просачивался внутрь, пропитывая наш мозг так основательно, что бег переставал приносить пользу. Больше не будет ни бомб, ни стрельбы, ни криков. Вместо этого наступила жуткая тишина, которая сковала наш дух. В океане все, что мы могли слышать, - это шум волн над головой, бурление морской воды, которую мы случайно проглотили, и стук наших собственных зубов.

Когда вам так холодно и вы испытываете стресс, разум не в состоянии осмыслить следующие 120 с лишним часов. Пять с половиной суток без сна невозможно разбить на мелкие кусочки. Не существует способа систематически атаковать его, поэтому каждый человек, когда-либо пытавшийся стать "морским котиком", задавал себе один простой вопрос во время первой порции пыток серфингом:

"Почему я здесь?"

Эти безобидные слова всплывали в наших крутящихся головах каждый раз, когда нас засасывало под чудовищную волну в полночь, когда мы уже были на грани переохлаждения. Потому что никто не обязан становиться "морским котиком". Нас не призывали. Стать "морским котиком" - это выбор. И этот единственный вопрос, заданный в пылу сражения, показал, что каждая секунда, которую мы оставались на тренировках, тоже была выбором, из-за чего вся идея стать "морским котиком" казалась мазохизмом. Это добровольная пытка. Для рационального ума в этом нет никакого смысла, вот почему эти четыре слова разгадали так много мужчин.

Инструкторы, конечно же, знают обо всем этом, поэтому они перестают кричать с самого начала. Вместо этого, пока длилась ночь, Псих Пит утешал нас, как заботливый старший брат. Он предложил нам горячий суп, теплый душ, одеяла и подвезти нас обратно в казарму. Это была приманка, на которую он набрасывался, чтобы поймать бросивших службу, и он собирал каски направо и налево. Он забирал души тех, кто сдался, потому что не смог ответить на этот простой вопрос. Я понимаю. Когда еще только воскресенье, а ты знаешь, что тебе предстоит пятница, и тебе уже гораздо холоднее, чем когда-либо, ты склонен верить, что не сможешь справиться с этим и что никто не сможет. Женатые парни думали: "Я мог бы быть дома, в объятиях своей прекрасной жены, а не дрожать и страдать". Одинокие парни думали: я мог бы прямо сейчас встречаться с девушками.

Трудно игнорировать такую блестящую приманку, но это был мой второй круг по ранним этапам BUD/S. Я попробовал зло Адской недели в составе класса 230. Я не выдержал, но не бросил. Меня вытащили по медицинским показаниям после того, как я заболел двойной пневмонией. Я трижды нарушал предписания врачей и пытался остаться в бою, но в итоге меня отправили в казарму и вернули в первый день, на первую неделю курса 231.

Я еще не до конца оправился от пневмонии, когда начался мой второй курс BUD/S. Мои легкие все еще были заполнены слизью, и каждый кашель сотрясал мою грудь и звучал так, будто грабли скребли по альвеолам. Тем не менее, в этот раз мои шансы были гораздо выше, потому что я был подготовлен, и потому что я попал в команду судна, где были настоящие дикари.

Экипажи лодок BUD/S сортируются по росту, потому что именно эти ребята будут помогать вам таскать лодку повсюду, как только начнется Адская неделя. Однако сам по себе рост не гарантирует, что ваши товарищи по команде будут крепкими, и наши ребята были командой квадратных пег.

Там был я, дезинсектор, которому пришлось сбросить 100 фунтов и дважды сдать тест ASVAB, чтобы попасть на тренировку "морских котиков", но его почти сразу же отчислили. У нас также был покойный Крис Кайл. Вы знаете его как самого смертоносного снайпера в истории ВМФ. Он был настолько успешен, что хаджиты в Фаллудже назначили за его голову награду в 80 000 долларов, и он стал живой легендой среди морских пехотинцев, которых он защищал в составе команды SEAL Team Three. Он получил Серебряную звезду и четыре Бронзовые звезды за доблесть, ушел из армии и написал книгу "Американский снайпер", которая стала хитом кино, где главную роль сыграл Брэдли Купер. Но тогда он был простым техасским ковбоем родео, который не произносил ни слова.

А еще был Билл Браун, он же Чудак Браун. Большинство людей называли его просто Урод, и он ненавидел это, потому что всю