Последний из рода Ашина (СИ) - Яманов Александр

Сердце предательски рухнуло куда-то в район пяток. Но раз убили наши дозоры, значит, хотели захватить девчонок живыми. Это и подтвердили прискакавшие побратимы. Необычно бледный и взволнованный Тархан сразу выпалил.

— Похитители отошли на север едва на две версты, где произошло нападение. Сопровождение убили, как и предателя. Пленниц увезли на запад, но, скорее всего, далее они ушли на юг. А ещё за ними крадётся одинокий всадник на какой-то мелкой лошадке.

— Так чего ты ждёшь? — спокойно спрашиваю ближника, — Быстро меняй коней, бери припасы, собери нужных людей, кто умеет читать следы, и чтобы через полчаса вы уже были в пути. Нас будет больше, поэтому мы поедем вслед за вами часа через два. Мы же не знаем, сколько похитителей, поэтому хан даёт большой отряд. Но людей надо ещё собрать.

Некоторое время собираюсь с мыслями. Потом говорю экономке.

— Тётка, — обращаюсь к раскачивающейся и воющей на одной волне Эсин, — Быстро приготовь нам походной еды на три дня и заполни бурдюки водой. Встала и пошла!

Последнюю фразу я гаркнул так, что стоящие рядом люди аж подпрыгнули. В глазах Эсин тем временем появилось понимание, она вскочила и понеслась в сторону дома. Затем остановилась и, в свою очередь, заорала на служанок, мол, чего они стоят и не помогают.

Оборачиваюсь к приободрившемуся Баялу, в глазах которого даже нет и грамма раскаяния.

— Повторяю вопрос. Как ты посмел отпустить мою сестру, если у тебя был приказ удерживать её в усадьбе?

— Я ей не нянька, — вдруг окрысился староста, — Скакала по округе, как юноша, и никого не слушала. Твоя сестра, вот надо было её правильно воспиты…

Последние слова этот ублюдок не договорил. Шелест вынимаемой сабли и голова Баяла слетает с его плеч. Из раны продолжал бить фонтан крови, даже когда труп упал на землю. Народ выдохнул, но никто не произнёс ни единого слова. Я здесь хозяин и игрушки закончились. Имею право карать и миловать. А у самого в голове беснуются предательские мыслишки Серёжи Волкова — что же я творю? Вошёл в роль и стал уже людей убивать? Что может быть страшнее офисного планктона, сошедшего с ума от безнаказанности. В сторону рефлексии — подумаю об этом позже.

— Инал, — обращаюсь к низкорослому и сухощавому мужичку, кстати, торку по национальности, — Ты пока назначаешься временным главой посёлка. Убери сначала эту падаль, а всю его семью и двух помощников посади в яму. Буду разбираться, когда вернусь. Только не подвели меня, пожалуйста.

Не знаю, чего там торк прочитал в моих глазах, но он долго нервно тряс головой в знак согласия.

Лагерь похитителей мы настигли через два дня бешеной скачки на рассвете. Карабаш, как заправский охотничий пёс вывел отряд к расположению наших разведчиков. Я, к своему удивлению, увидел среди пятёрки следопытов мальчика конюха Бузлара. Это именно он на своей лошадке шёл по следу похитителей и сам вышел на отряд Тархана, не дав тому попасть в засаду.

— Кошевой, — тихо обратился ко мне мальчик, — Могу я поговорить с тобой наедине?

Отойдя в сторонку, Бузлар перестал сдерживать эмоции и заплакал.

— Прости, хозяин, — начал он, размазывая слёзы на грязном лице, — Я ничего не мог поделать. Вчера в лагере творилось, что-то ужасное. Они так кричали, особенно Шамал! Но я должен был выследить врагов, не показывая себя, и потом привести мстителей. Так нас воспитывал учитель Бурче. А недавно часть отряда похитителей с важным человеком в халате, уехала на повозках. Остались только воины из бродников, клобуков и ясов. Обычные степные грабители, без роду и племени.

Я с трудом удержался, чтобы не зарычать. К горлу подкатил комок, который не давал даже дышать. Немного успокоившись, я положил руку на плечо мальчика и сказал.

— Ты поступил, как настоящий воин. И нет твоей вины в случившемся.

Далее я быстро подошёл к дяде.

— Бери на себя командование, надо срочно брать лагерь, и чтобы никто не ушёл. Есть второй отряд, но медленнее. Мы должны нагнать его сегодня.

Стоянку бандитов мы взяли молниеносно, предварительно вырезав пару часовых. В живых оказалось двенадцать человек, среди которых выделялся статями один бродник и резкий невысокий воин, непонятного происхождения, похожий на касога. Пока мы вязали вражин, Тархан метнулся к двум свёрткам, лежавшим недалеко от костра, и вдруг оттуда раздался просто нечеловеческий и полный отчаяния вой ближника. В принципе я уже понял, что сестрёнки и Андроны нет в живых. Подошёл к беснующемуся другу, посмотрел на истерзанные тела моих женщин. Невинных жертв, которых не уберёг именно я.

Теперь я понял причину, почему сестрёнка и Тархан бросали друг на друга странные взгляды. Слепец! Они же любили друг друга. Но сейчас не до эмоций, как бы плохо мне не было.

— Встать, Тархан! — ору бьющемуся в истерике другу.

Тот, ничего не понимая, но вскакивает на вбитых рефлексах. Хватаю друга за шею и прижимаю свой лоб к его голове.

— Главные организаторы и убийцы ушли. Но они идут с грузом и на телегах, так что мы ещё можем их догнать. Ты хочешь отомстить или будешь далее плакать как баба? Надо срочно иди по следу, и выследить беглецов. Мы пойдём за вами.

В глазах Тархана полыхнула такая ненависть, что я аж струхнул маленько. Он резко откинул мою руку. Огляделся вокруг, выкрикнул какую-то команду своим людям, и молча отправился к коню. Следом за его отрядом увязался Бузлар, которого никто не думал выгонять.

— Тамызак, — обращаюсь к сотнику, — Оставь здесь наиболее спокойных и опытных своих людей. Мне надо, чтобы эти ублюдки дожили до моего возвращения. Наденьте на них кляпы, чтобы они не могли откусить себе язык, поите водой, но все должны быть живы.

— Эх, как кричала твоя сестра куман! Особенно, когда мы исследовали все её дырочки по третьему разу! — прохрипел бродник и гнусно ухмыльнулся.

Перехватываю руку Карча, который чуть не размозжил голову ублюдку. И поворачиваюсь к Тамызаку.

— Вот потому здесь должны остаться самые спокойные и опытные воины, которые не поведутся на провокации, — затем обращаюсь к броднику, — Ты не получишь быстрой смерти. Вы все будете умирать долго и очень мучительно. Я вам это обещаю!

К стоянке основного отряда похитителей мы приблизились ближе к вечеру. Нас опять встретил мальчишка Бузлар и проводил к небольшому ивняку, который располагался в полуверсте от более крупной рощи, где расположились враги. Атаковать решили сразу, предварительно сняв часовых, места расположения которых Тархан уже разведал.

Я некоторое время наблюдал за лагерем псевдокупцов и всё более поражался их организации. Ни одного лишнего движения и слова, всё работает как часы. Чую, что нам будет очень нелегко. Возвращаюсь к дяде и выдаю результат своих наблюдений.

— Они не купцы. И даже не охранники каравана. Это воины, опытные и очень опасные. Всё в твоих руках, дядя. Но главное — предупреди всех, чтобы главного в парчовом халате, крысу, которая за нами следила и непонятного дедка в чёрных одеждах, взяли живьём. Мне неважно, сколько погибнет наших, но похитители должны быть живы. Если кого не устраивает такой расклад, то может не участвовать в бою.

Но атаковать лагерь согласились все. В нашем отряде было много родственников убитых патрульных. Да и сестрёнку мою в Шарукани очень любили.

Незаметно напасть всё равно не удалось. Один из секретов поднял тревогу. Дядька выстроил нападавших в три колонны, а ещё разместил несколько небольших отрядов лучших стрелков по периметру. Я особо не спорил и занял своё место с одним из опытных воинов на площадке, откуда мог достать убегающих врагов. И такие были. Пришлось отправить на тот свет троих и ранить этого юркого шпиона, который умудрился выскользнуть из драки.

Как оказалось, больше всех неприятностей доставил невысокий и сухой мужичок совершенно затрапезного вида. Он умудрился убить троих наших, ранить Карча, и только дядька смог его подловить, проткнув бок. Лидера в парчовом халате с дедком в чёрном кафтане спеленали и воткнули в рот деревянные кляпы, дабы те не откусили себе языки или не отравились. Уже при свете факелов мы собрали всё имущество врагов, положили на повозки своих убитых с ранеными и выдвинулись в первый лагерь.