Больше, чем соседи (ЛП) - Куинн Джиллиан

— Для кого? Тебя? Твоей совести?

— Я тебе не подхожу, Мия. Но это не значит, что из-за этого я меньше хочу трахнуть тебя.

Мия опирается на мои плечи, чтобы успокоиться, ее тело все еще дрожит от потери моего прикосновения:

— Ты все еще сохранил свой номер в отеле?

— А что? Хочешь пойти со мной?

Она качает головой вверх-вниз, при этом ее глаза закрываются:

— Да-а-а-а!

— Уилл не должен знать. Притворись, что ты остаешься на ночь у Кларк.

Мия открывает глаза и стискивает зубы, глядя в сторону, как будто глубоко задумавшись. Между нами проходит мгновение, прежде чем она говорит:

— Что, если она планирует, что Уилл останется в ее квартире? Агх, я надеюсь, что нет, но это не невозможно, учитывая, что она сбежала с ним, как только мы приехали сюда.

— Давай посмотрим, что произойдет, и начнем с этого, хорошо?

Она улыбается:

— Поскольку ты не собираешься дать мне нужное облегчение, полагаю, мне следует вернуться к работе.

— И что представляет собой эта работа? Какую историю ты могла бы получить о стриптиз-клубе? Большинство людей знают обо всем отвратительном дерьме, которое происходит в подобных местах. С такой историей ты не попадешь ни в какие заголовки.

Она спрыгивает с моих колен и поправляет юбку на своих длинных, подтянутых ногах:

— Это совершенно секретно. Я скажу тебе кое-что. Это не имеет никакого отношения к стриптизершам и полностью связано с некоторыми темными делишками, которые здесь происходят.

— Ты же знаешь, кому принадлежит этот клуб, да?

Теперь она заставляет меня волноваться. Такой милой девушке, как Мия, незачем выслеживать гангстеров и известных преступников. В подростковом возрасте я достаточно общался с ними, и этого проблеска темной стороны было достаточно, чтобы я понял, что хоккей — это то, на чем мне нужно сосредоточить свое внимание. Но мне пришлось оставить Мию, Уилла и все, что я любил, позади, чтобы понять это. Осознает это Мия или нет, но то время, что мы провели порознь десять лет назад, было к лучшему. Для нас обоих.

— Все знают, что этот клуб — прикрытие мафии, — шепчет она, хотя мне интересно, есть ли где-нибудь в этой комнате спрятанные микрофоны. — Я не так наивна, как ты думаешь.

— Я иду с тобой, — она открывает рот, чтобы поспорить со мной, но я дергаю за подол ее топа, чтобы притянуть ее ближе к себе, обрывая ее слова. — Это не обсуждается.

Она закатывает глаза, глядя на меня:

— Отлично. Не мешайся у меня под ногами.

— Что ты планируешь делать?

— Я дам тебе знать, когда сама разберусь с этим, — она хихикает. — Честно говоря, понятия не имею. Сегодня я кое-что подслушала на работе и подумала, что стоит прийти сюда, чтобы посмотреть, не покажется ли что-нибудь необычным. Так что держи глаза открытыми.

Я сажаю Мию к себе на колени, обнимаю ее за спину и запечатлеваю поцелуй на ее губах:

— Ты пугаешь меня больше, чем кто-либо, кого я когда-либо встречал.

Она в замешательстве приподнимает бровь, глядя на меня:

— И почему это?

— Потому что ты слишком любопытна, слишком интересуешься вещами, которые тебя не касаются. Это любопытство может погубить тебя. Мне это не нравится.

— Мы пока только экспериментируем, — напоминает она мне. — Просто секс, может быть, большее, а это значит, что у тебя нет права голоса в моей жизни или в том, как я ею управляю.

— Вот тут ты ошибаешься. Теперь, когда я знаю, что ты замышляешь недоброе, я не спущу с тебя глаз. Поняла?

На этот раз она не бросает мне вызов. Она просто кивает.

Я победоносно улыбаюсь:

— Хорошая девочка. Давай покончим с этим, чтобы я мог отвезти тебя обратно в свой отель и трахать до утра.

Она высовывает язык, чтобы облизать губы.

Ответа не требуется. Мы сможем позже пообщаться стонами и криками.

20

Мия

Как и все мои зацепки, разговор, который я подслушала в «Олд Сити Рекордс» никуда не привел. В «Забей Гол» не было ничего необычного, кроме того факта, что я позволила стриптизерше уговорить меня станцевать приватный танец. Она вела себя так, будто это было чем-то, что они делали постоянно, но Итан заверил меня, что это был трюк, чтобы заставить его раскошелиться еще больше.

После того, как мой брат нашел нас и сказал мне, что идет домой с Кларк, я ушла из клуба с Итаном. Сегодня та самая ночь. Окончательно. Ожидание закончилось.

Итан выводит меня из лифта, положив руку мне на спину, и ведет по роскошному коридору. От вестибюля до гостевых этажей отель «Ритц Карлтон» не похож ни на один отель, в котором я когда-либо останавливалась. Он тормозит в конце коридора перед дверью, расположенной дальше от остальных. Номер люкс.

Вставляет карточку-ключ в крошечную прорезь на двери и подмигивает:

— Не нервничай.

Я закатываю на него глаза:

— Я не нервничаю.

— Перестань кусать себя за щеку. Это выдает тебя с головой. Сколько я тебя знаю, ты всегда так делала.

— Ну, в последний раз, когда я проверяла, то не была игроком в покер, а ты не читал мысли.

— Ладно, хитрая жопка, — он толкает дверь и придерживает ее открытой спиной. — Пошли. Тащи свою сексуальную задницу на мою кровать.

Без возражений я вхожу в огромный номер, с благоговением осматривая окружающую обстановку. Итан рос в богатстве. У него до сих пор остался трастовый фонд, доставшийся ему от деда, а теперь миллионы поступают от «Флайерз». В таком гостиничном номере, как этот, для него нет ничего необычного. Но для меня это самое близкое, куда я когда-либо смогу добраться, чтобы почувствовать себя королевой. Одна только гостиная открытой планировки больше, чем вся моя дерьмовая квартира.

Итан ведет меня через открытые двойные двери, ведущие в спальню, и толкает на массивную кровать, заставляя упереться локтями в матрас, чтобы не упасть.

Несмотря на весь алкоголь, который мы выпили в «Забей Гол», моя голова необычайно ясна. Я хочу запомнить каждую секунду этой ночи и не потерять важные детали в пьяном угаре. Вот почему я взяла за правило не пить, как только мы начали изучать клуб.

У меня такое чувство, что Итан будет груб со мной, хотя он и не сказал этого прямо. Мои взаимоотношения с ним отличалась от встреч с мужчинами из моего прошлого. Никто никогда не кусал меня и не удерживал руки, чтобы я не могла убежать. Часто с болью — мне это нравилось. Сильно. Я хочу, чтобы он сделал это снова.

Итан проводит ладонью по моей заднице и шепчет:

— Обещаю, что в первый раз я буду с тобой аккуратен. Можешь расслабиться.

Он сжимает мою задницу руками и прижимает свой длинный и твердый член к моим ягодицам:

— Ты воплотишь в жизнь все мои фантазии, которые у меня когда-либо были, — его дыхание щекочет мне ухо, оставляя дорожку из мурашек на моей разгоряченной коже. — Мой член должен быть внутри тебя, так чертовски глубоко, чтобы ты чувствовала меня каждой клеточкой своего тела.

Я задыхаюсь от его слов, делаю глубокий вдох, который затем заставляю себя выдохнуть. Слова ускользают от меня. Видя эту сторону Итана, я так возбуждена и в то же время нервничаю.

Он сжимает мои волосы пальцами и оттягивает мою голову назад так, что мы смотрим друг другу в глаза:

— Будь хорошей девочкой и делай сегодня вечером то, что я тебе говорю.

Мои губы приоткрываются для него, не зная, как ответить на его просьбу. Его требование. Нервная энергия танцует по моей коже, заставляя тревогу подкрадываться к горлу, удушая меня. Я не ожидала, что буду настолько на взводе, но для моего первого раза с моим первым крашем все должно быть идеально.

Холод в комнате вызывает мурашки на моей коже, мои соски становятся еще тверже, когда Итан опускает руку мне между ног. Он обхватывает мое лоно поверх шелковистой ткани, которая отделяет нашу кожу от соприкосновения, и дышит мне в ухо. Все еще держа мои волосы в руке, он заставляет меня посмотреть на него, сдвигая мои стринги в сторону, чтобы провести большим пальцем по моему клитору.