MITI и японское чудо: рост промышленной политики, 1925-1975 гг. - MITI

себя в невыгодном положении, конкурируя с ними в сельскохозяйственной сфере. Поэтому они группировались в сфере управления коммерческими и промышленными предприятиями.

Однако работы там было немного. До Первой мировой войны коммерческие и промышленные вопросы всегда подчинялись Бюро сельскохозяйственных вопросов, и в целях экономии их регулярно объединяли в одно Торгово-промышленное бюро (Сёко * Кёку). Окончательно они были разделены на два бюро только в мае 1919 года. Главной коммерческой функцией MAC был надзор за страховыми компаниями, фондовыми и товарными биржами, складским хозяйством - секторами экономики, которые к моменту Тихоокеанской войны коммерческое крыло министерства уступило другим ведомствам. Управление промышленностью практически не осуществлялось. После реформ Мацукаты, а особенно после создания Сейма и окончания войны с Китаем в 189495 гг. общая политика правительства в отношении промышленности и внешней торговли стала более или менее ортодоксальным вариантом laissez faire. Даже когда MAC пыталась проявить инициативу в промышленной сфере, ее связи с промышленными лидерами были слабыми, за исключением личных отношений между олигархами и дзайбацу, а промышленники обычно игнорировали мнение правительственных бюрократов.

В любом случае крупнейшими промышленными предприятиями были хлопчатобумажные текстильные фирмы Осаки, а они были яростно независимы и с подозрением относились к Токио.

Когда в 1913 г. министром MAC стал Ямамото Тацуо из дзайбацу Мицубиси, он взялся за укрепление торгово-промышленной части администрации. За небольшим исключением, большинство чиновников все еще представляли сохраняющееся влияние в государственной бюрократии выходцев из Сацума и Чосю*. Первые вице-министры из числа экзаменующихся на государственную службу стали занимать высшие посты в министерствах только в 1912 г. В ретроспективе самым важным достижением Ямамото стало привлечение на службу Ёсино Синдзи. Ямамото лично приехал в Тодай* и объяснил преподавателям юридического факультета, что ему нужны яркие молодые выпускники-юристы для Министерства сельского хозяйства и торговли. В результате консультанты факультета направили Ёсино в MAC, а не в более престижные министерства внутренних дел или финансов, куда он рассчитывал попасть. Ёсино вспоминал, что, когда он пришел в министерство в 1913 г., в коммерческой администрации было всего три или четыре чиновника с юридическим образованием.

 

Ямамото гордился Ёсино и заботился о нем. Через десять месяцев после поступления Ёсино на службу Ямамото делегировал его в качестве постоянного представителя Японии на Международную выставку в Сан-Франциско в 1915 году. Это была прекрасная возможность для молодого человека, чтобы учиться за границей и расширять свой кругозор. Йошино остался в Сан-Франциско на полтора года, прослушал курсы по экономике труда в Беркли (он особенно вспоминает профессора Айру Кросса), путешествовал по стране и получал за границей зарплату в размере 245 иен в месяц по сравнению с 45 иенами, которые он получал бы в Токио.

 

Усилия и политика таких людей, как Ямамото, не находили особого отклика среди доминирующих в министерстве аграриев. Их ориентация была физиократической и они испытывали философскую симпатию к сельскому образу жизни, поэтому их не радовал ни рост индустриализма, ни усиление влияния дзайбацу. Соэдзима Семпачи, чиновник коммерческого профиля, который, тем не менее, во время "рисовых бунтов" 1918 г. занимал должность начальника отдела сельскохозяйственной политики, впоследствии утверждал, что все Бюро по сельскохозяйственным вопросам симпатизировало интересам помещиков. Возможно, это и так, но надо понимать, что сельскохозяйственные бюрократы также представляли одно из крыльев тогдашних либеральных взглядов. Для них наиболее серьезной социальной проблемой страны была сельская бедность и аренда, которой, по их мнению, правительство уделяло недостаточное внимание, особенно в сравнении с привилегиями, которые оно предоставляло дзайбацу.

Такое общественное сознание сельскохозяйственных бюрократов иногда называют "исигуроизмом", по имени великого старца сельскохозяйственного управления Исигуро Тадаацу (1884-1960). С 1919 по 1925 год Исигуро возглавлял отдел сельскохозяйственной политики Бюро по делам сельского хозяйства в МАК. В 1934 г. он стал заместителем министра сельского хозяйства, а во втором кабинете Коноэ (194041 гг.) и в кабинете Судзуки (1945 г.) - министром сельского хозяйства. Он известен тем, что привлекал к работе в своем министерстве общественных деятелей (например, социалистического политика Вада Хироо после Второй мировой войны), а в 1930-е гг. жертвовал часть своей зарплаты на помощь фермерам-арендаторам. В период Первой мировой войны он и его последователи наделили министерство чувством миссии по защите мелких фермеров-арендаторов, а Министерство сельского и лесного хозяйства, образовавшееся в результате распада MAC, считалось самым "прогрессивным" в межвоенном правительстве.

 

О преобладании сельскохозяйственной карьеры в MAC говорит и кадровая расстановка. Если в 1890 году в министерстве насчитывалось 2 422 сотрудника, то в 1920 году - 7 918, а к моменту разделения - 8 362, то в 1925 году из этого числа 5 879 человек перешли в Министерство сельского хозяйства и только 2 483 - в МКИ.

 

Первая мировая война оказала существенное влияние на экономику и экономическую бюрократию Японии. Сам по себе военный бум был необычным. В 1914 году общий объем экспорта и импорта Японии, вместе взятых, составил около ¥1,2 млрд. йен, но к 1919 г. эта цифра выросла примерно до 4,5 млрд. йен, не считая доходов от морских перевозок и страховых премий. В период 1915-18 гг. экспорт превысил импорт примерно на 1,3 млрд. йен, и Банк Японии использовал прибыль этих лет для погашения всех внешних долгов Японии, покупки иностранных облигаций и увеличения золотого запаса страны. К концу 1918 года объем золотых запасов достиг 1,6 млрд. йен, что примерно в четыре раза превысило показатель 1913 года. Некоторые известные японские бизнесмены разбогатели в одночасье: например, торговая компания Mitsui Trading Company в феврале 1918 г. заявила об оплаченном капитале в 20 млн иен, а через год - в 100 млн иен.

 

Японская химическая промышленность в годы войны создавалась практически с нуля после прекращения экспорта из Германии, в частности, текстильных красителей.

Влияние военного бума на сельское хозяйство было не менее глубоким, но гораздо менее удовлетворительным. Значительное повышение всех уровней цен сопровождало рост промышленности (см. табл. 7), но самым важным было повышение спроса на рис со стороны быстро урбанизирующейся промышленной рабочей силы. Политика правительства в начале бума заключалась в том, чтобы позволить ценам расти, надеясь таким образом увеличить производство. Этого же хотели и политически влиятельные помещики. Помещики были объединены в Императорскую сельскохозяйственную ассоциацию (Тэйкоку нокай*), основанную в 1910 г. как преемница Великой японской сельскохозяйственной ассоциации (Дай Нихон нокай) 1881 г., которая возникла как квазиофициальная организация помещиков и была ориентирована на улучшение сельской жизни.

 

Однако во время войны "Тейкоку нокай" стала скорее группой давления, чем обществом по улучшению сельского хозяйства.