Загон - Евгений Прошкин

- А, вот еще, - оживилась девушка с грудью. Решил однажды чер проверить ИС своей собаки...

- У черов нет собак, - отрезал Андрей.

- Как это?..

- Собак им заводить не разрешают.

Он чуть было не сказал: "нам не разрешают", но Илья толкнул его в бок, и Андрей вовремя спохватился.

- Черам можно держать кошек. А собак нельзя. Вы находите это забавным?

- Но это всего лишь анекдот. А про собак... неужели правда?!

- К сожалению, правда, - сказал Илья. - Мы наставники, и для нас это не отвлеченная тема.

- Простите, мы не знали...

Девушка в блестящей куртке смутилась и, поправив юбку, закинула ногу на ногу.

- Ничего страшного. Давайте знакомиться.

- Лена, - представилась рыжая.

Ей, в отличие от подруги, поправлять было нечего, поэтому соски так и остались торчать сквозь редкую вязку майки.

- Гертруда, - сказала брюнетка. Имя, как и голос, Андрею что-то напоминало - что-то абстрактное и до крайности расплывчатое.

- Вы не на башню едете? - спросила Лена.

- Да, на смотровую башню, - сказал Илья. - Хочу друзьям Москву показать.

- И мы туда же. А откуда ваши друзья?

- Из Гамбурга, - быстро ответил Илья. - Они здесь впервые.

- Почему Гамбург? - буркнул Андрей.

- Я там сидел, - процедил Илья. - Замечательный город, - сказал он девушкам. - Музеев много. И пива.

- Значит, вы наставники? - спросила Гертруда. - Любопытно... Андрей, неужели и вы наставник? Вот не поверю. У вас такое доброе лицо...

Андрей вздохнул, при этом у него в горле послышались тонкие хрипы. В груди все перехватило, в животе тоже. Андрея никогда не называли на "вы", и то обстоятельство, что ему пришлось увидеть тонкую полоску ткани, врезавшуюся глубоко в тело, ставило его с девушкой на новый, более интимный уровень общения. Во всяком случае, так он это понимал.

Гертруде было лет двадцать пять - двадцать семь. Она была брюнеткой, но не жгучей, - к цыганскому типу Андрей испытывал недоверие.

- Что же, наставник должен быть злым? - выговорил Андрей, справляясь с нервной икотой.

- Не злым, а строгим.

- Не обязательно. Я ведь не полицейский, не дознаватель. Моя задача расширить кругозор подопечного, повысить его интеллект-статус. Насколько это возможно, разумеется. И, очень вас прошу, не называйте их черами. Они люди как я и как вы.

- Слушай, а хорошо! - потряс головой Вадик. - Хорошо сказал!

Андрею и самому понравилось. Он и не думал, что способен так... "формулировать", что ли? Да, формулировать. Не такое уж мудреное слово.

К смотровой башне автобус подъезжал по спирали" и на протяжении трех кругов ее ствол оставался у Андрея за спиной. Для него башня вынырнула внезапно - если километровое сооружение может откуда-то выныривать, - загородила полнеба, проглотила автобус черной тенью и сплющила пассажиров своим величием.

Вход, как и проезд на общественном транспорте, стоил семь кредит-пунктов. Андрей рассчитался за троих - Лена и Гертруда платили сами - и зашел вместе со всеми в цилиндрическую кабину лифта.

"И еще обратная дорога, - сокрушенно отметил он. - Итого - шестьдесят три крепа".

Андрею было обидно. Он полагал, что кого-то осчастливил, на самом же деле его сбережения оказались пшиком. Подарил друзьям карточку, а что на ней останется? Еще по бутерброду, то да се - вот и весь День Единения, вот и все его деньги. Может, после кино на лимонад хватит. А может, и не хватит уже.

На обзорной площадке было суетно и невообразимо тесно. Башня, у основания такая широкая, что и за полчаса не обойдешь, вверху сужалась до круглого зала метров десяти в диаметре. Восемь скоростных лифтов привозили все больше и больше народу, тогда как покидали площадку немногие.

Андрей попытался протолкнуться к прозрачной стене, но впереди мельтешила группа детей, и за чубами-хохолками-косичками были видны только серые, какие-то несвежие облака.

-Давай руку, - сказала Гертруда ему прямо в лицо, придвинувшись так, что пихни кто-нибудь Андрея сзади, они бы ударились лбами. - Давай руку, потеряемся. И Вадик пусть возьмется, и третий ваш... Илья, да? Держитесь все вместе. А то аукаться тут... Внизу тоже не встретитесь, там скоро такая же давка будет. Люди к салюту подтягиваются.

Она говорила что-то еще - покачивалась, пропуская к окнам особо нетерпеливых, рассерженно оглядывалась, пока не оказалась прижатой к Андрею вплотную.

Он вдруг обнаружил, что ее нос с симпатичной горбинкой - ничто по сравнению с пушистой, отливающей фиолетовым челкой и голубыми глазами. Остального он уже не видел - Гертруда подошла слишком близко, и взгляд расфокусировался.

Какая-то грудастая дама, протискиваясь, толкнула его в спину - или Андрей сам толкнулся, чтоб отшатнуться обратно, - и они с Гертрудой прилипли друг к другу. Андрей помнил, что юбка на ней легкая, практически несуществующая, однако теперь он это не только знал, но и ощущал. За то мгновение, пока Гертруда отступала, он успел почувствовать ее мягкий живот, ее ноги - сильные и теплые, как будто его собственные, и узкую полоску ткани, при мысли о которой кружилась голова.

- Что у тебя в кармане? - спросила Гертруда.

- В кармане?.. Носовой платок... кажется.

- Давно не стирал? Очень жесткий. - Она улыбнулась левым уголком губ вроде как полуулыбнулась, и подвела Андрея к освободившемуся у окна месту.

Сквозь рваную летящую дымку проглядывали квадратные горошины домов. Красные, желтые, голубые крыши были рассыпаны в невероятном беспорядке градостроители боролись с любой, даже самой ненавязчивой системой и разбросали строения так, что в городе нельзя было найти двух хотя бы приблизительно похожих кварталов.

Улицы, немотивированно изгибаясь, пересекались где под прямым углом, где под острым, а иногда сходились настолько плавно, что на перекрестках умещались лишь узкие косы газонов.

Далеко, почти на пределе видимости, громоздился темный остров с тонкими, как карандаш, высотками и многоуровневыми эстакадами - Андрей угадал в нем деловой район, пресловутый Москва-сити. Все остальное пространство, до самого горизонта, было усеяно разноцветной мозаикой жилых домов.

- Вот такая она, наша Москва. Второй город после Токио. Ты бывал в Токио?

- Да... давно. Москва лучше,

- Красиво, правда?

- Ты красивее, - коряво высказался Андрей.

- Благодарю... - отстранение произнесла Гертруда. - А где твой Гамбург? В какую он сторону?

- Вон в ту, - наугад показал Андрей.

- А я думала, там Бибирево.

- Сначала Бибирево, потом Бибирево-2, Бибирево-6 и так далее. А потом будет Гамбург.

- Как-нибудь слетаю. Ты мне его покажешь?

- Гамбург?..

- Ну не Бибирево же! - рассмеялась Гертруда, и Андрей рассмеялся вместе с ней. - Ой, а где твой Вадик? И этот... Илья, да?