Эдем не для двоих - Ольга Баскова

— И что это означает? Он не вернется к прежней жизни? Никогда?

Врач вздохнул:

— Смотря что под этим понимать. Для окружающих он станет прежним обаятельным молодым человеком, выйдет на работу, с обожанием будет смотреть на тебя. Но… — он замялся, — вкус крови Кирилл уже почувствовал. Он продолжит убивать через определенные промежутки времени. Никто не сможет предотвратить это, потому что такое невозможно вычислить. Мне кажется, ты должна с ним развестись. Разведешься?

Она стушевалась:

— Я еще не готова ответить на этот вопрос.

Женщина не лгала. Взять и вот так оставить Кирилла, который стал частью ее жизни? Оставить его, когда ему плохо? Что, если Валерий ошибается? Возможно, московские врачи сделают для ее супруга нечто большее. Надо попросить отца отправить Липецкого в столицу. Однако, немного поразмыслив, она отказалась от этого. Во-первых, под гипнозом он выболтает врачам всю правду об убийствах. Во-вторых, сможет ли она лечь в постель с убийцей, если даже его и приведут в нормальное состояние?

— Липецкий говорил о каком-то мужчине, который встретился ему два раза во время его ночных прогулок. — Женщина сама не заметила, как назвала мужа по фамилии. — Тебе он об этом ничего не рассказывал?

— Вроде рассказывал. — Шубин почесал в затылке.

— Может, следует расспросить его подробнее и постараться отыскать этого человека? — спросила Юля. — Вдруг он ценный свидетель? Вдруг он засвидетельствует невиновность моего мужа?

Валерий засмеялся:

— Во время сеанса у него в памяти всплывала масса народу. Прежде всего это разные особи мужского пола, с которыми он заходил в какие-то забегаловки и что-то там пил, были и желающие подвезти хорошо одетого парня. Наверняка тот мужчина — таксист, подрабатывающий извозом по ночам. Я бы не стал заниматься его поисками.

— Почему? — удивилась женщина.

— Потому что его показания могут привести Кирилла в тюрьму. А хочешь ли ты этого?

Липецкая съежилась:

— Господи, конечно, нет!

— Тогда оставим этот вопрос в покое, — посоветовал он. — Сейчас ты поедешь домой и все хорошо обдумаешь. — Его глаза пробуравили ее насквозь. — Тебе это покажется страшным — развод с Кириллом, но, поверь, это единственный выход для тебя. Его судьба уже предрешена. Да, в данный момент мы пока что скроем этот факт, однако болезнь все же даст себя знать, и его упекут в тюремную больницу на всю оставшуюся жизнь. Для твоего отца это станет сильным ударом. Такой позор никогда еще не обрушивался на его голову. Но, согласись, здесь бессильны даже его миллионы.

Она кивнула:

— Верно.

Он встал из-за стола и повел ее к выходу. Когда Юля уже собиралась сесть в машину, Валерий вдруг развернул ее лицом к себе и крепко прижал к груди. Женщина попыталась вырваться из его объятий, но он крепко сжимал ее.

— Я так долго ждал этого момента! — прошептал он ей на ухо. — Нет, я все понимаю: ты все еще любишь Кирилла. Но обещай мне, что хотя бы не отвергнешь мою помощь. Обещаешь?

Липецкой удалось высвободиться, она нервно поправила прическу.

— Больше никогда так не делай, — недовольным тоном заметила она. — Пока что мой муж — Кирилл, и никто еще открыто не назвал его преступником.

— Прошу тебя помнить, что я готов откликнуться по первому зову. — Его глаза смотрели на нее умоляюще.

Женщина смягчилась:

— Конечно. И вообще, мне кажется, что, кроме тебя, у меня сейчас нет друзей.

— Спасибо, дорогая! — Он открыл дверцу машины, и Юля забралась на водительское сиденье. — Можешь быть спокойна: я ни о чем не расскажу Кириллу.

Женщина махнула на прощание рукой, и машина понеслась по дороге. Она уже приняла решение не ехать домой, где все напоминало бы ей о муже, а побыть какое-то время на даче. Родителей там сейчас не было. Отец собрался по делам в Париж, о чем известил ее смс-сообщением, и это означало: он дуется на свою неблагодарную дочь. Мама пожелала поехать с ним, так что дача пустовала. Большой трехэтажный коттедж стоял на берегу моря. Ключи у Юли никто не отбирал.

Охранник сразу узнал ее и пропустил в поселок, облюбованный миллионерами. Она медленно доехала до забора и открыла калитку. Огромный пустой дом навевал мысли о привидениях, которые вроде бы любят подобные строения. Что ж, с ними, наверное, ей будет спокойнее, чем с призраками прошлой счастливой жизни! Юля вошла в гостиную. Нет, и это место навевает думы о ее супруге… Как часто они приезжали сюда в гости! Кирилл обожал море и пропадал на галечном пляже с кристально чистой, неправдоподобно голубой водой, находящемся всего лишь в нескольких шагах от дома. Теперь и у Юли появилось желание погулять по пляжу. Она скинула туфли на высоких каблуках, надела мамины кожаные тапочки и через пять минут уже шла по влажной гальке. Равнодушные к людским проблемам чайки искали зазевавшуюся рыбешку. Иногда им везло, и в их острых клювах словно вспыхивали серебристые молнии. Недалеко от берега проплывала большая белая яхта, и она позавидовала ее владельцам — совсем молодым парню и девушке, которые ежеминутно обнимались и целовались. Они были счастливы, по крайней мере, пока, как и Юля с Кириллом когда-то. А теперь… Что же ей делать? Юля взяла в руку серый камешек с мраморными прожилками и запустила им в воду. Нет, ее супруг не способен на совершение столь тяжких преступлений! Милиция, конечно, все выяснит, и настоящего убийцу поймают. Но в то же время… Откуда взялись эти брызги крови на его пиджаке? Почему оторвана пуговица? Где его цепь, подаренная ее отцом? Что, если она — на месте преступления? И ее мужа ищут… Как ей поступить? Валерий, разумеется, сдержит данное ей слово и никому ничего не скажет. Кирилла выпустят из больницы, и он возвратится к ней. Если она не подаст на развод… Смогут ли они жить вместе? Нет, вопрос поставлен неверно. Сможет ли жить с ним она, зная о его деяниях? Правильно ли это — оставить его на свободе? Если Кирилл еще не раз кого-то убьет, по словам Шубина, то не лучше ли ему находиться в изоляции от общества? Не лучше ли такого человека сразу же поместить в тюремную клинику? Шум волн и шелест гальки сегодня не успокаивали, а раздражали женщину. Когда зазвонил мобильный, она вздрогнула, как от удара. На дисплее высветился номер ее мужа.

— Юля?

Она выдохнула:

— Да.

— Почему ты не пришла утром?

— Я была занята.

На этот раз Кирилл не ехидничал:

— А чем ты занималась?

— Так, — она еле сдерживалась, чтобы ничем не выдать своего волнения. — Пришла подруга. Мы вспоминали школьные и институтские годы.

— А сейчас ты приедешь?

Она сглотнула слюну:

— Не могу. Завтра отец уезжает в Париж, я должна повидаться с родителями.

Ей всегда нелегко давалась ложь, голос дрожал, но Кирилл ничего не заметил:

— Но вечером ты приедешь, хотя бы на пять минут? Ты нужна мне, Юля.

Она с силой сжала в руке телефон.

— Что на этот раз? Опять хочешь, чтобы я поговорила с Татариновым?

Супруг вздохнул:

— Не можешь простить мне моей грубости? Но ведь я уже попросил прощения в прошлый раз. Умоляю тебя, давай забудем об этом. Я специально действовал тебе на нервы, потому что боялся: ты бросишь меня.

— Разве не ты настаивал на разводе?

Мужчина замялся:

— Тогда мне казалось, это будет лучшим выходом. Ведь я люблю тебя и желаю тебе счастья. Однако если ты согласна остаться со мной, почти инвалидом, то не будет на свете человека счастливее меня.

Она молчала. Кирилл снова заговорил:

— Ты приходила ко мне, и я издевался над тобой, топтал твои чувства. Но какими последними словами я ругал себя потом, как боялся: ты больше не придешь! Предлагая тебе развод, я по ночам грыз подушку, призывая смерть. Я не могу без тебя, девочка моя!

На длинных ресницах Юли повисли слезы.

— Я должен видеть тебя каждый день, — молил ее Кирилл. — Ты не оставишь меня?

— Нет, — твердо сказала Юля. — Я тебя не оставлю. Я приеду к тебе через час. Ты поправишься. И мы будем жить долго и счастливо, как раньше.

В эту минуту она сама не верила своим словам.

Глава 17

Карине стало лучше, и ее врач, как она и обещала, позвонила Алексееву. Впрочем, девушка уже ожидала милицию и перед приходом капитана и майора достала мобильный и набрала один номер. Ей ответил мужской голос:

— Кто это?

Проститутка, боясь пропустить что-либо важное, сбиться, спутать заготовленную заранее речь, начала говорить размеренно и неторопливо:

— Вы меня не знаете. А вот я вас — отлично знаю.

Абонент усмехнулся:

— Меня знает весь город. Достаточно открыть любую газету. Вы ведь без труда достали номер моего телефона?

— Да, — подтвердила Карина. — Но я видела вас не только на фотографиях. Я видела вас в парке Героев. Вы, оказывается, любитель ночных прогулок с проститутками?