Старые счёты - Сергей Баранников

и ударил обеими ногами в грудь, повалив на землю. Как комары, эти существа навалились на меня всем скопом. Жаль, сейчас не было Тар’Дона, чтобы отбросить их в сторону.

Тея наотмашь ударила посохом, отбросив одного коротыша, остальные остановились и уставились на девушку. Ладно, мой выход. Собрав оставшуюся энергию, я зарядил силой оружие. Кинжал погрузился по самую рукоять в гоблина, мгновенно оборвав его жизнь. Да, я рассчитывал использовать это умение куда позже, когда дело дойдет до более опасных врагов, но если буду медлить сейчас, этого может и не произойти. Еще один гоблин затрясся в агонии, когда метательный нож Арны угодил ему в шею.

— Торкал!

Тело волшебника взмыло вверх и начало выкручиваться, принимая неестественные позы. Менталист кричал, но его голос не было слышно. Сейчас Корда прикончит его, если ее не остановить.

От удара очередного гоблина ушел, перекатившись через бок. Подскочил, отвел летящий в мою сторону клинок и быстрым ударом отсек по локоть тянущуюся ко мне лапу с кривой саблей. Будет знать, как соваться куда не следует.

Корда заметила мое движение и швырнула Торкала в меня. Я успел схватить друга и кубарем покатился назад, сделав кувырок через спину.

— Какая теплая встреча. Ах, кто бы меня так обнял, — проворковала колдунья, придав себе невинный вид для пущей издевки.

При падении я рассек губу, но сейчас это почти не волновало меня. Чудовища приближались, а мы оказались заперты в том же укреплении, где нашли смерть его бывшие защитники. Вот где ирония.

К счастью, спасение подоспело вовремя. Раздался оглушительный хлопок, и один из огров запылал, как кострище на день солнцестояния в Горстейне. Искры от него перебрасывались на соседних существ, оставляя на их шкурах глубокие ожоги. К лагерю поспевали все новые и новые огоньки. Казалось, они окружили его и начали свою смертельную пляску.

Гоблины не выдержали и бросились врассыпную. Корда пыталась остановить их, но когда огоньки оказались рядом с ней, замерла на месте и замолчала. Колдунье пришлось смириться с гибелью части своего отряда. Ни один из мелких подлых коротышек не ушел живьем — горящие шары догнали их всех. В воздухе пахло горелым, и я изо всех сил старался не закашлять. Ну их в недра, еще эти шары прилетят на шум.

Арна попыталась скрыться за камнями, но я ее остановил.

— Ни шагу, оставайтесь, где стоите! — я осмотрел друзей, которые наблюдали за происходящим с широко раскрытыми глазами. Больше всех боялась Кир’Дали, которая знала чем чревата встреча с этими созданиями.

— Это не элементали, — прошептала Кари.

— Что? — я повернул голову в ее сторону.

— Эти существа... Они не относятся к порождениям стихий, я это чувствую.

— Разберемся с этим потом. А теперь просто молчите и старайтесь не двигаться.

Шары и так приблизились слишком близко, потому нам пришлось вести себя тише. Покончив с гоблинами, они вернулись к лагерю. Тупоголовые огры принялись молотить их дубинами. Новые взрывы огласили ущелье. Твари горели одна за другой, а Корде не оставалось ничего иного, как пятиться к спасительному склону. Я внимательно следил за ее действиями, потому как нам тоже предстояло как-то выбираться отсюда.

Колдунья отошла на безопасное расстояние, а потом рванула прочь. Был бы арбалет в руках, с удовольствием засадил бы ей болт между лопаток. Но, увы, прихватить с собой такое оружие я не догадался. Пользуясь случаем, пока огоньки уничтожали оставшихся огров, мы спрятались в лагере, а вход в него завалили телами поверженных тварей. Еще с полчаса огни кружили вокруг лагеря, выискивая выживших противников, а затем убрались прочь. Теперь у нас появилась возможность отдохнуть. Уверен, в ближайшее время сюда никто не сунется, а выбираться наружу было опасно — огни все еще были рядом и могли вернуться в любой момент.

— Мне здесь неуютно, — Арна нервно дернула плечами. — Столько трупов...

— Идите сюда, — позвала нас Кари.

Стоило немного углубиться в лагерь и выбраться за каменную стену с другой стороны, открылась свободная поляна. Казалось, за эту сторону совершенно забыли, потому как здесь не было ни следов битвы, ни тел. И пусть стена защищала нас только с одной стороны, здесь на душе было спокойнее.

Теперь, когда чувство опасности притупилось, нахлынули мысли. Я сел на землю, облокотившись спиной о стену, и обхватил колени руками.

— Ричи, ты думал об отце? — Торкал присел рядом со мной.

Я ничего не ответил, только коротко кивнул. Именно в этот момент я пытался понять куда бы он мог пойти. Искать его в Ущелье нет смысла. Даже если он жив и не в плену, он наверняка отсюда выбрался. Может, гномы все-таки пришли на помощь? Ведь мог быть и другой гонец, которому удалось доставить послание... В таком случае, почему здесь нет ни одного тела гнома? Неужели их было так много, что они обратили в бегство чудовищ и унесли погибших с собой? Не сходится. Отец ни за что бы не оставил тела своих друзей лежать вот так.

— Кир’Дали, а отсюда далеко до Дор’Далина?

Гномка задумалась. Видимо, пыталась вспомнить.

— Точно сказать не могу, но за день можем добраться. Ты решил оставить поиски?

— А разве у тебя есть идеи где еще он может быть, если не здесь?

Гномка замолчала. Тея села рядом со мной, обняв за плечи. Я сжал ее ладонь и слабо улыбнулся. Долгие годы я представлял себе, что спущусь в Лабиринт, стану сильнее и найду отца. А что я вижу на деле? Правое крыло играючи справляется со мной, а отец снова исчез. Кто знает, может, он и вовсе погиб. Мы имеем четыре яруса, населенных существами, большая часть из которых с радостью прикончила бы нас, будь у них возможность.

С другой стороны, разве это повод отступать от своей цели? Нет! Мы выберемся отсюда, станем сильнее, и Лабиринт еще услышит о нас!

— Кир’Дали, а у тебя не осталось больше жаркого из дракона? — Торкал смущенно почесал живот. — Я бы сейчас хоть живого дракона сожрал. Не помню, когда ел в последний раз.

— Немного осталось, припасла для вас перед тем, как сбежать из города.

Гномка принялась рыться в сумке, а потом под одобрительный гомон друзей вынула пару свертков с едой. Все-таки как мало иногда нужно людям для счастья. Иногда, углубившись в собственные проблемы, мы не замечаем маленьких радостей, которые окружают нас.

Я открыл свою дорожную сумку и