1612. Минин и Пожарский. Преодоление смуты - Андрей Савельев

Большевики фальсифицировали историю собственной партии, придумали «революционный процесс», придали «всемирно-историческое значение» ничего не значащим событиям. Их последователи стойко придерживаются этой иллюзии, морочащей людям головы. Не случайно дело о расстреле Царской Семьи в Екатеринбурге фальсифицировалось многократно – и в 20-е годы, и в 60-е, и в 90-е. Причем послевоенные фальсификации связаны с именем А. Н. Яковлева – члена Политбюро, многие годы занимавшегося деятельностью по подрыву жизнеспособности нашего государства. С именем Яковлева связаны и другие фальсификации – секретных протоколов «пакта» Молотова-Риббентропа, «Катынского дела». Вероятно, мы узнаем еще немало подобных фальсификаций и их подоплеку – стремление нанести России максимальный ущерб.

История с «Екатеринбургскими останками» демонстрирует, что нынешняя власть во многом следует «кабалистической» стратегии. Она стремится «закопать» тему злодеяния, закрыть историческую проблему, спрятать генетическую связь нынешних врагов России с внутрибольшевистской террористической фракцией, управлявшейся из-за океана. Множество примет фальсификации мы видим в организации экспертизы «екатеринбургских останков», размещенных теперь как музейный экспонат в так и не переданном Церкви Петропавловском соборе, где не только водят экскурсии праздных иностранцев, но и проводят концерты светской музыки.

Продолжается осквернение не только фамильного склепа Династии. Всё так же замараны именами убийц улицы и площади русских городов. Городские власти Москвы в течение многих лет отказываются убрать с карты столичного метро имя Пинхуса Лазаревича Войкова, одного из участников и организаторов екатеринбургского злодеяния и сокрытия этого преступления. Это тот самый Войков, который торжествующе заявил по поводу убийства Царской Семьи: «Мир никогда не узнает, что мы с ними сделали». Названия других станций метро меняются с лёгкостью. А вот имя изувера Лужков убирать не спешит. Чем же так мил Войков руководству Москвы, если оно многократно отказывалось удовлетворить требования общественности и даже депутатов Государственной Думы?

В России остаются прославленными злейшие ее враги – Ленин, Свердлов и другие. В последние годы под покровительством властей вновь началась реабилитация сталинизма. В то же время не прославлены российские Государи. Их имен нет на картах наших городов, им не возведены памятники, не отмечены места и даты их деяний. Власть продолжает лгать, а народ продолжает уже не жить, а умирать в полном неведении о своей истории.

У власти (а отчасти и у народа) образовалась привычка ко лжи. Поэтому создаются «версии истории», призванные забавлять публику. «Альтернативная история» совсем не безобидна, ибо полностью дезориентирует и без того не слишком просвещенных людей. Книжные магазины завалены сочинениями в стиле псевдо-документалистики, телевидение позволяет патентованным лжецам и врагам России (Сванизде, Млечин и другие) создавать свои видеофальшивки по поводу значимых событий отечественной истории. Ежедневной ложью наполнены средства массовой информации. От нас скрыты обстоятельства трагедии октября 1993 года, тайна гибели подлодки «Курск» и многое другое. От нас не удалось скрыть лживости так и не законченного «официального расследования» трагедии Беслана. Нас уже трудно разубедить в том, что выборы в России почти два десятка лет тотально фальсифицированы. Мы интуитивно чувствуем, где нам лгут. Но повседневная суета отодвигает наши размышления об этом на задний план. Понимаем ли мы, что забывая о судьбе Отечества, мы тем самым готовим себе новые страдания?

Политика нынешних «верхов» состоит в том, что русская история должна быть фальсифицирована, а чуждые русским имена и символы должны всё так же изгаживать Россию, как это было при большевиках. Этим у русских хотят отбить любовь к собственной стране, убедить в том, что настоящей России больше нет и не будет.

Поскольку все события, связанные с государственной властью, затрагивают право, то они прямо имеют последствия и для обычных людей. Если право нарушено, то незаконным может оказаться владение собственностью. Например, наследование этой собственности от вора. Незаконным может быть отправление властных полномочий, даже если они получены в результате выборов. Выборы могут проводиться по законам, которые установлены наследниками узурпаторов. Незаконно может быть даже само управление хозяйством и богатством страны и подчинение воли граждан со стороны властных органов. Потому что все это получено как наследство от мятежников, присвоивших себе полномочия незаконно, а значит, и передавших их в порядке наследования незаконно.

Можно сказать: все это дела давно минувших дней, они на нынешнюю жизнь никакого воздействия не оказывают. Так вот, оказывают! В религиозном смысле, мы поглощены собственным грехом, и считаем его либо делом естественным, либо собственное соучастие в коллективном помрачении совести – несущественным. От этого перекошено, изломано все общество, порочна в своей основе государственная власть, отсутствует традиция, которая может быть передана следующим поколениям. Все в беспорядке, а внешний порядок – только скрывает так бурлящий под покровом формальностей хаос.

Причина нарастания хаоса в государственных делах сегодня – неизжитое предательство Февраля 1917. Кое-как разобравшись с Октябрем, мы так и не дали ему должной оценки, потому что так и не смогли верно отнестись к Февралю. Мы увязли в Феврале и топчемся на исторической развилке, даже в своих мыслях не умея разрешить, казалось бы, простейший вопрос: за Империю или за тех, кто разрушил ее? Если так, то мы не разрешим в своем сознании и вопрос: за Россию или за ее разрушителей? Мы можем обманывать себя, уверяя, что мы однозначно за Россию. Но при этом будем поддерживать ее недругов, потому что Россия в наших представлениях будет какая-то «другая», а не та, какую ее нам Бог дал. У нас очень смутно понимание грани между Добром и Злом, когда дело касается России. Поэтому на дворе – вечный Февраль, и невозможно двинуться вперед, преодолев, наконец, разруху в своих собственных головах.

Февральский синдром поразил Россию, и уже двадцать лет нами управляют люди с февралистскими установками. Именно поэтому страна, имевшая все условия для мощного рывка развития, топчется на месте и рассыпается на глазах. В жизнь вступило поколение, не испытавшее на себе пропагандистской обработки коммунистической мега-машины. При этом сознание этого поколения остается чистым листом, в котором грязными кляксами расползаются примитивные идейки либерального эгоизма, обесценившего все русское. Еще пару десятилетий, и в сознании народа мы уже не найдем ни одного светлого места, а значит – наступит конец русской истории.

В узких рамках феврализма Россия не умещается, а потому ее будут обрезать и обрезать под февралистский проект. Пока не оставят нечто невзрачное, что смогут вписать в европейский полуостров и историю Запада, вычеркнув при этом все, что было в русской истории самобытного, суверенного, действительно величественного и достойного. Еще промедлим – и увидим своими глазами второй раздел России и испытаем на себе катастрофу, еще более ужасную и постыдную, чем катастрофа 90-х.

Весна русского возрождения наступит, только когда мы найдем в себе силы двинуть время вперед – вступим за исторический Февраль в эпоху расцвета, обратившись сначала мыслями, а потом в практике государственного строительства к опыту Российской Империи, от которой все наши духовные и материальные ценности, географическое пространство и пространство нашей истории.

Народники и террористы

Революционное барство Герцена

Большевики, повторяя ленинское «декабристы разбудили Герцена» не ошибались лишь в одном: их предтечами были смутьяны всех времен – декабристы и Герцен включительно. Кто таком Герцен при всех усилиях коммунистической пропаганды, в советский период не знали даже образованные слои общества. Поскольку мало кому удавалось осилить его заунывно громадный труд «Былое и думы». А уж до публицистики и вовсе касались только специалисты. Поэтому Герцен в массовом сознании был те, кого разбудили декабристы. Потом он, как следует из «теории» революционного движения в России, написанной большевиками, «развернул революционную агитацию». И тем самым породил «разночинцев» – целый слой революционно настроенной и полуобразованной интеллигенции, следующей двум принципам: нигилизм (отвержение России и ее традиций) и народовольчество (слезы над участью страдающего народа). Этот-то слой – кто бесплодными «хождениями в народ», а кто бомбами и породил следующий этап революции – марксистский.

Но мы вернемся к Герцену. Его фигура, его идеи и его судьба – прекрасная иллюстрацию смутного состояния самосознания у дворянства середины XIX века, ведущего праздный образ жизни, а к концу века выродившегося в просто тунеядствующее сословие.