Короли улиц - Саша Южный

Он допускал, что тело Сафы могли обнаружить достаточно быстро. Ворота остались приоткрытыми, потому во двор мог заглянуть любой любопытствующий, проходивший мимо, и, увидев труп Майка, позвонить в милицию. Но как там могли узнать, кто убийца, если его никто не видел? Думая обо всем этом, Вечер продолжал стоять на месте. Так прошло с полчаса, но он ничего не решил. Попасть в квартиру ему нужно было позарез. Там остались деньги, вещи, кокаин, в конце концов, который был припрятан в надежном месте.

Время шло. Становилось прохладно. Вечер зябко пошевелил плечами и решил войти. Он прошел вдоль дома до густых кустов и, прикрываясь ими, достиг подъезда. Затем достал из коробки меч и, держа его наготове, вошел в подъезд. Здесь было темно и тихо. Дом спал. Он осторожно стал подниматься вверх и когда достиг второго этажа, снизу раздался шум подъезжавшей машины. Он посмотрел в окно. У подъезда остановился джип, в полумраке трудно было различить его марку. Из машины выбрались трое мужчин и вошли в подъезд. На ментов они мало смахивали, скорей на Сафиных головорезов, и это уже совсем не походило на совпадение. Вечер стал тихонько подниматься вверх. Минуя дверь своей квартиры, он бросил на нее внимательный взгляд. «Вроде цела», — мелькнула мысль.

Снизу по-прежнему доносилось шарканье ног по ступеням, и он продолжил подъем. Потом шаги внизу стихли. Вечер замер и прислушался. Троица о чем-то негромко переговаривалась. Потом раздалось несколько тяжелых ударов и короткий хруст. «Ломают дверь, — понял Вечер. — Похоже, братки в одной упряжке с ментами работают». Видимо, милиционерам самим дверь несподручно ломать было. То ли ордер на обыск не получили, то ли еще что. Сообщили Сафиным уркам, те и примчались. Им отчетов писать не надо. Твори, что хочешь.

«Но как могли узнать, что это я? — опять подумал Вечер. — Может, просто предположили? Но для этого нужно быть как минимум югом, никто другой не мог знать о том, что я призывал отомстить за Чепера. Да теперь уже неважно — кто, как и почему, — решил он, прислушиваясь к тому, что делалось в его квартире. — Теперь бы ноги унести». До его слуха доносились звуки, не оставляющие сомнения в том, что его жилище переворачивают вверх тормашками. Вечер терпеливо ждал. Впрочем, ничего другого ему и не оставалось. Спускаться вниз было опасно. По опыту он знал, что уж если пошла черная полоса, то она так быстро, на одном событии, не кончится. Могут засечь, когда он станет проходить мимо своей квартиры, а если нет, то внизу, в джипе, обязательно кто-то дежурит. Вечер глубоко вздохнул. Его жизнь снова начинала походить на лодку, которую сильно раскачивают с борта на борт, и она вот-вот должна перевернуться.

Бандиты покинули его квартиру минут через десять. Вечер дождался, когда внизу стихнут их шаги и хлопнет дверь подъезда, и только после этого спустился на площадку ниже. Он посмотрел в окно и увидел, как джип, полоснув светом фар по дому, отъехал.

Минутой позже Вечер перешагнул через сваленную на пол вешалку в прихожей своей квартиры и прошел в комнату. Здесь царил полный разгром, на полу валялись разбросанные вещи, мебель опрокинута, перебита посуда на кухне и даже сорван со стены ковер.

Вечер первым делом прошел к тайнику на кухне — одна из плиток над раковиной была посажена лишь на пару мазков клея и легко отковыривалась ножом. Под ней было углубление, в котором лежал пакет с кокаином и доллары. Он достал из стола нож, подцепил им край плитки и осторожно потянул на себя. Она поддалась не сразу, и Вечеру пришлось приложить некоторое усилие, чтобы плитка отскочила. Сунув пакет с деньгами и кокаином в карман, он поставил ее на место, потом подобрал с пола кое-что из одежды, сунул в сумку и вышел из квартиры. Оставаться здесь было опасно.

Ночь была прохладной, с легким туманом, который отчетливо просматривался в свете фонарей, изливающих желтый свет. Вечер шел, обходя их стороной и все дальше удаляясь от дома. У него не было определенной цели, к которой он двигался бы. Он знал лишь одно — из города нужно исчезать, но делать это прямо сейчас опасно. На вокзале милиция, автовокзал уже закрыт, а когда он откроется, там тоже будет наряд. За городом автоинспекция, у которой к этому времени может оказаться его фоторобот. К тому же бандюги Сафы наверняка тоже не дремлют. Так что лучше переждать. Только где? Следовало найти такую нору, в которую можно было бы законопатиться на долгое время. Мобильник Кости на звонки не отвечал, а другим югам Вечер не доверял.

Стало еще прохладней, в свете фонарей продолжала клубиться распыленная взвесь воды. Вечер поднял воротник куртки и глубже засунул руки в карманы. Время шло, и до утра следовало определиться с ночлегом. Если рассвет застанет его на улице, тогда хана.

«Ладно, на крайний случай уйду на день в холмы», — подумал Вечер, шагая по Черниговской улице. Он уже добрел до ее середины, когда из темноты и тумана выплыл светлый бок милицейской машины. Вечер остановился и медленно попятился, думая о том, что если бы в это время он находился недалеко от фонаря, то его легко заметили бы. Потом он развернулся и зашагал в обратную сторону. «Черт! — выругался он про себя. — Прожил в этом городе шестнадцать лет, а пересидеть до утра не у кого». Ноги занесли его в спящий Глинный переулок, по которому в былые годы осенью или весной можно было пройти только в сапогах. Красная глина держала талую и дождевую воду и, раскисая от нее, превращалась в жидкую грязь по колено. Потом переулок заасфальтировали.

Вечер миновал переулок, свернул налево и, пройдя метров десять, неожиданно обнаружил, что находится возле дома Зарины. Некоторое время он стоял перед ним в раздумье, а потом зашел в подъезд.

Она жила на втором этаже. Вечер осторожно поднялся к ее квартире и нерешительно дотронулся до кнопки звонка, который прозвенел неожиданно громко и нагло.

Дверь открылась, когда Вечер уже собирался уходить. Зарина стояла в коротком махровом халатике и молча смотрела на него припухшими со сна глазами. На ее лице не выражалось ни капли удивления, она была красива даже сейчас. Такую красоту не брало ничто. Потом она отодвинулась в сторону, приглашая Вечера войти. Оказавшись в комнате, он ощутил странный, но приятный запах. Так пахли каштаны, осенние листья и редкие женщины — пряно, горьковато и чуть бедово.

Зарина прошла на кухню и, через некоторое время вернувшись, поставила на стол кофейник. Потом, немного подумав, открыла буфет и достала бутылку вина.

— «Бастардо», — машинально прочитал Вечер на этикетке. — Десертное. Я убил его, — сказал он.

— Кого? — спросила Зарина.

— Сафу. И еще Майка.

Кофейник в руках Зарины замер над чашкой. На Вечера уставились ее большие темные глаза, которые постепенно расширялись.

— Ты убил? Когда?

— Сегодня вечером. Менты как-то узнали об этом. И еще Сафины бандиты. Наверное, от них. Дверь в мою квартиру выломали. Теперь меня все ищут. На вокзалы лучше не соваться.

Зарина, не отрывая глаз от Вечера, поставила кофейник на стол и присела.

— Но как ты смог их убить?

— Мечом. Юги подарили мне на день рождения меч. Им и убил.

— Не могу себе этого представить, — покачала головой Зарина. — Ты же совсем мальчишка. Я еще понимаю, из пистолета, но мечом… Ты оказался тем единственным человеком из всей этой банды крикливых и задиристых пижонов, который смог отомстить за Чепера.

— Я ходил в клуб «Тэйбо», учился владению мечом. Так что успеть чикнуть им Майка по пузу, до того как он выхватит пистолет, было нетрудно.

Зарина наполнила чашки кофе, затем кивнула на бутылку с вином.

— Открывай. И тебе не страшно было сделать это? — спросила она, когда Вечер, откупорив бутылку, наполнил бокалы красным вином.

Вечер отрицательно мотнул головой.

— Тяжелей было с другим, — сознался он. — Решиться убить. Для этого мне пришлось принять три дорожки кокаина.

— Неважно как, главное, что ты это сделал, — сказала Зарина и подняла бокал. — Давай помянем Чепера.

Вино было густым и тягучим. Когда Вечер налил по второму бокалу, Зарина предложила:

— Теперь за тебя. За то, что ты стал мужчиной.

— Мужчиной? — переспросил Вечер.

— Да. Ты совершил Поступок.

Вечер наполовину осушил бокал, запил вино глотком кофе и почувствовал, что у него изрядно шумит в голове. Он вдруг поймал себя на том, что смотрит на полные смуглые груди Зарины, видневшиеся в разрезе халата. Зарина перехватила его взгляд, и Вечеру стало стыдно.

— В этом нет ничего постыдного, — спокойно сказала она, заметив смущение Вечера. — Ты мужчина, а для мужчины смотреть на женщину естественно.

— Но Чепер… — начал было Вечер.

— Его нет, понимаешь. Он ушел. Есть только память о нем. Я бы хотела забыть о Чепере. На время, чтобы было не так тяжело. А потом, через год или два, обязательно вспомнить. Вспомнить и знать, что в моей жизни было что-то очень стоящее.