Стихотворения Катулла в переводе А. А. Фета - Гай Валерий Катулл

новому собранию стихотворений, быть может, начинавшемуся с 16-го.

55

Фурий и Аврелий (смот. 11, 14) называли стихотворения Катулла изнеженными, а его самого бесстыдным. Когда это дошло до ушей поэта, он беззастенчиво накинулся на них, стараясь доказать разницу между характером поэта как человека и как художника.

56

Принимая слово Колония за имя собственное, можно предположить, что это нынешний городок Колонья недалеко от Вероны. Капризная и забавная шутка по поводу хорошенькой жены провинциального горожанина.

57

Конечно, жители Колонии были бы не прочь повеселиться и в праздники при жертвоприношениях, даже поплясать на длинном и прочном мосту, тогда как у них только дрянной мостишка, могущий при подобных веселостях свалиться в глубину болота.

58

Жрецы Марса, салийцы, первого марта исполняли характерную пляску в честь своего божества. Катулл только желает гражданам моста такого прочного, что на нем могли бы плясать и салийцы, о которых вне Рима не может быть и речи.

59

За такое благожелание со своей стороны Катулл выражает Колонии свое, именно: столкнуть с моста в болото беспечного мужа молодой красавицы.

60

Помня, как в былое время на охоте раздавался в лесу голос нашего товарища, обращавшийся к охотнику Литвину: «Макаренко, дурак несоленый!» Мы решили insulsissimus est homo перевести словом несоленейший, которое, по нашему мнению, здесь вполне равносильно латинскому.

61

Гроздь самый черный — самый сладкий, а потому соблазнительный.

62

От 18–20 пропущены в тексте Ризе, которого мы держались, как вставки псевдовиргилиевых стихотворений, а 21 мы обошли, подобно некоторым другим, на объясненных в предисловии основаниях.

63

О Варе смот. 10, 1.

64

Неизвестный нам Суффен в качестве плохого стихотворца упоминается в 14, 19.

65

Подчистками мы перевели in palimpsestos, во избежание иностранного слова, так как палимпсест есть пергамент, с которого счищены прежние письма и начертаны новые.

66

Половины перекидного мешка, находящегося у нас за спиной.

67

О Фурии смот. 11, 14. Этот попрошайка уже давно (смот. 26) приставал к Катуллу, прося дать взаймы, а, быть может, и подарить сто тысяч сестерций, и, ссылаясь на свою бедность, описывал ее в самых резких чертах.

Когда Фурий не остановился перед игривым отказом Катулла (26), ссылавшегося на собственное безденежье, поэт бесцеремонно отделал его в настоящем стихотворении, изобразив бедность Фурия в преувеличенном и смешном виде.

68

У Фурия, зиму и лето проводящего на улице под открытым небом, не может быть ни клопов, ни пауков, ни очага.

69

Под сотней сестерций у римлян подразумевалось сто тысяч сестерций, по-нашему около шести тысяч рублей.

70

Знатный род Ювенциев вышел около 380 года до P. X. из Тускулума, и упоминаемый здесь Ювенций был без сомнения, в свою очередь богатый и утонченный молодой человек.

71

Фригийский царь Мидас своим прикосновением все превращал в золото.

72

Все тому же нищему, но, по-видимому, изящно-вкрадчивому Фурию.

73

Поэт очевидно играет стихом, которым очерчивается характернейшая сторона Фурия.

74

Изнеженного и распущенного Фалла Катулл, обозвав распутным, сравнивает со всем нежным и мягким: кроликовым и гусиным пухом, мякотью уха и даже плесенью, что не мешает Фаллу.

75

Подобно буре, устремляться на чужое добро. Но в какое время — это должно было разъясниться в следующем стихе, совершенно испорченном.

Cum luna balnearious ostendit oscitantes согласно чему мы и перевели этот стих в том смысле, что пока усталые банщики зевают при луне, Фалл крадет вещи у купающихся. Но зная, что римляне по захождении солнца уже садились за ужин, а мыться после пищи считалось не только вредным, но даже предосудительным, оставляем такое чтение стиха на ответственности Ризе.

Гейзе вместо balnearious ставит mulierarious, т. е. охотников до женщин, с чем скорее можно согласиться. Согласных с таким чтением мы просим заменить слово «банщики» словом «бабники», которым свойственнее зевать при луне в ожидании приключений.

76

Сэтабский ручник (смотри 12, 13), тинские или вифинские узоры: разрисованные, расписанные или расшитые предметы неизвестно какие: платки, ковры, записные книжки или даже ножи.

77

Шутом Катулл обзывает Фалла, не скрывающего даже своего воровства.

78

Попрошайка Фурий (11, 23, 24), на отказ Катулла дать ему денег, потому что их не было у самого поэта, вероятно указывал ему не только на его виллу, но и на самое ее положение, охраняющее ее от ветров и потому еще более возвышающее ее ценность. На это замечание Катулл отвечает, играя словом opposita, означающим: выставленная с одной стороны на ветер, а с другой как залог.

79

Австер — южный, а Фавон или Зефир — западные ветры.

80

Афелиот — восточный ветер, а Борей — северный.

81

Ничтожный залог около тысячи наших рублей ничего не говорит о стоимости виллы.

82

Старые римские вина, отзывавшиеся приятной горечью, были до того крепки, что разбавлялись водой.

83

Вопреки общему обычаю, неизвестная нам Постумия, председательница пиров современной молодежи, постановила закон пить цельное вино. Конечно, под именем Постумии нельзя искать женщину высшего круга, какую-нибудь знакомую Клодии.

84

Один из замечательнейших стихов по смелости, сжатости и образности сравнения. Жаль, что Пушкин совершенно его выпустил в своем переводе, который и приводим здесь целиком:

Пьяной горечью Фалерна

Чашу мне наполни, мальчик!

Та к Постумия велела,

Председательница оргий.

Ты же прочь, речная влага,

И струей, вину враждебной,

Строгих постников довольствуй: