Пудра и мушка - Джоржетт Хейер

- Это вам так только кажется. Не будьте столь наивны, дитя мое! Что же все-таки между вами произошло?

- Я попросил ее выйти за меня замуж. А она в ответ подробно и с удовольствием перечислила все легенды о моем пребывании в Париже.

- И вы, безусловно, все отрицали?

- Нет, не все. Это было бы глупо! Во всем есть толика правды.

Леди Малмерсток в задумчивости откинулась назад.

- Да убереги меня Господь от этих молодых людей! Вы ей признались?

- Частично. Я старался быть совершенно откровенным с ней.

- Боже мой, Филипп! Быть откровенным с женщиной? Тогда уповайте разве что на милость Божью! Вы не требовали от нее, чтобы она выслушала вас?

- Но как я мог?.. Она...

- Значит, не требовали. Ушли в кусты, когда она понадеялась на вас. Ставлю свое лучшее колье против чего угодно, что она мечтала, чтобы вы были более настойчивы. Теперь бедняжка загнана в угол. Поделом и ей, и вам.

- Но, леди Малмерсток...

- Я не буду утверждать, что жалею ее, - продолжала леди. - Конечно, она полная дуреха, как и все девушки в ее возрасте. Женщины моего возраста никогда не роются в прошлом мужчины: мы, слава Богу, научились быть мудрее. Клеона наслушалась, что вы флиртовали с дюжиной других женщин. Но, поверьте мне, отнюдь не это ее огорчает!

- Но она... Она говорила мне...

- Ради всего святого, только не пересказывайте мне ее слов, Филипп! Какое значение могут иметь ее слова?

- Я же пытался объяснить! Клеона сказала...

- Она могла говорить, о чем угодно, только не о том, что думает. Неужели вы этого до сих пор не поняли? - с горечью спросила женщина.

- Да, но...

- И бросьте говорить по-французски, дитя мое, я этого на дух не переношу! Пора бы вам знать, что никакая женщина никогда не станет говорить о том, о чем она на самом деле думает, мужчине, которого она любит.

- Я вас умоляю, не надо продолжать, леди Малмерсток! Вы не хотите дослушать меня! Клеона просто презирает меня за все эти интриги! Она очень рассержена!

- Естественно, дорогой. А что же вы еще ожидали? Филипп беспомощно схватился за голову.

- Но вы только что говорили, что для нее это не так много значит!

- Я так не говорила! Как можно путать две совершенно разные вещи?

- Не разные, а напротив, две несопоставимые вещи! Я ведь в жизни не делал ничего подобного!

- Но вы же мужчина! Нам не даны ваши привилегии! Я попытаюсь вам это объяснить! - Леди распахнула свой веер и принялась им обмахиваться. - Почему женщина может держать в голове сотни взаимоисключающих мыслей?

- Я не могу этого понять! Это невозможно! Неужели жен-шины мыслят столь непоследовательно?

- У большинства дело обстоит именно так. У женщин мысли скачут безо всякой последовательности.

- Как это скачут? - Филипп был явно ошарашен.

- Просто скачут. С одной на другую. Вы последовательно приходите к тому или иному умозаключению. Женщины мыслят иначе. Клеона не может объяснить, почему она думает о вас то хорошо, то плохо.

- Да, но если она взвесит все аргументы за и против, то поймет, как глупо...

- Если она сделает что?

- Проанализирует. Я имел в виду аргументы.

- Вы сумасшедший, - уверенно заявила леди Малмерсток. - Женщины никогда ничего не взвешивают. В лучшем случае, им это только кажется. Взвешивают мужчины, это их удел. Если бы у Клеоны были мужские мозги, неужели вы смогли бы влюбиться в нее? Конечно же, нет! Вы бы не смогли смириться с этим. И не надо мне перечить!

- Но я не чувствую... Леди прыснула.

- Филипп, вы совершенно не хотите понять Кло, думая, что она такая же, как и вы: может сама о себе заботиться, не нуждается в хозяине.

- Нет...

- Я про то и говорю. Господи, до чего же ты слеп! Если вы считаете, что вам не нужно будет взять на себя все бремя забот о Клеоне, не думать за нее, не оберегать ее от других и самой себя, то вы никогда не сможете ее любить. Не стройте из себя дурака!

Филипп попытался рассмеяться.

- Вы кладезь премудрости, леди Салли!

- Пора бы уж, в мои-то годы. У меня есть опыт, и я никогда не оставалась в дураках.

- Тогда научите меня, что делать?

Леди Малмерсток кокетливо погрозила ему пальцем.

- Возьмите ее и встряхните. Скажите, что не потерпите более никаких насмешек. Еще скажите, что она маленькая дурочка и при этом обязательно поцелуйте. Если станет протестовать, продолжайте ее целовать. Боже, что я несу!

- Я вас понял, леди Салли. Но разве можно поцеловать ее, когда она холодна, как лед, и неприступна?

- А почему она так холодна? Отвечайте же!

- Потому, что она видит во мне только элегантного обольстителя!

- Глупости. Это все от того, что вы ведете себя с ней слишком вежливо и позволяете ей вам противоречить. Да простит Господь мои дерзкие слова, но всем женщинам вежливое и обходительное обращение приятно, когда оно исходит от безразличного для них человека, но оно недопустимо для того, кого они любят! Тем более Клеона! Им нравится, чтобы от их возлюбленного исходила даже грубая откровенность в проявлении своих чувств!

- Грубость?

- Не понимайте меня слишком буквально. Они хотят, чтобы чувства к ним были для вас превыше всего. Но стоит им оказаться у вас в руках, им подавай нежность! Не удивляйтесь. Им нравится ощущение беспомощности в руках любимого мужчины. Они любят подчиняться власти. По крайней мере, большинство. Но когда вы будете обращаться с Кло, словно она сделана из тончайшего фарфора, она никогда не поверит, что вы мужчина, который сходит по ней с ума.

- Она не может так думать! Она...

- Она может этого не осознавать, но, поверьте, что это так. Не пренебрегайте моими советами и настаивайте на своем, Филипп. Не будьте размазней!

- Вы все говорите правильно, но она же не любит меня!

- Отстаньте, молодой человек! - сказала леди. - Вы начинаете меня утомлять! Делайте, что хотите, но не обижайтесь на меня, если все пойдет кувырком. Вы сейчас довели Кло до крайности, и она способна на любые глупости. Я предупредила вас. Ах, вот идет Джеймс! Посмотрите, у него вид обиженного медвежонка! Джеймс, душечка, я позабыла свой платок в соседней комнате. Вы не будете столь любезны сходить за ним? Это там, за занавеской. Что, вы смущены? Это был всего лишь старый плут Фозеринхем; Филипп, вы непременно известите об этом своего дядю!

Филипп поднялся и облегченно рассмеялся.

- И он укажет вам ваше место, миледи?

- Нет, - со вздохом ответила леди Малмерсток. - Жаль, но я вышла из того возраста, когда забавляют такие пустяки. Впрочем, я всегда стремилась их избегать, хотя при этом сохраняла свою неординарность. Оставьте меня оба!

Филипп взял Джеймса за руку.

- Мы оба уволены! Пошли, Джемми, разыщем ее платок и вернем даме улыбку.

За портьерой Клеона и сэр Дерик играли в кости. Это выглядело весьма необычно. Она успела проиграть розу. что была приколота у нее на груди, а Брендерби пытался отыграть заколку. Он был крайне сосредоточен и бросал кубик с исключительно серьезным видом. Однако у него оставалась роза, которую он безуспешно пытался прикрепить к ее медальону. Она то и дело выскальзывала и в который раз оказывалась на полу. Была очередь Клеоны. Кости высыпались из стаканчика.

- Медальон мой! - она наклонилась, чтобы поднять его. Брендерби был удивлен ее невниманием. Он встал на колени, незаметно отстегнул медальон и положил его туда, где Клеона надеялась его найти. Он сделал вид, что взял его, поднялся и было протянул ей. Девушка потребовала, чтобы партнер немедленно отдал ей медальон. Это возбудило в нем любопытство. Он не торопился выпускать медальон из рук.

- Почему вы так волнуетесь, Клеона? Что за секрет хранит он?

- Скорее! Дайте его мне!

- Не торопитесь, Клеона! Клянусь, что здесь есть какая-то тайна! Я должен заглянуть внутрь!

- Я запрещаю вам! - закричала Клеона. - Немедленно отдайте его мне!

- Сию минуту, только вот открою его!

- Нет, нет, нет! Там пусто! Я не потерплю этого! Отдайте же его мне! - она судорожно вцепилась в его руку. В глазах Брендерби сверкнул озорной огонек.

- Я вам предлагаю сделку, дорогая моя! Но для этого бросьте кубик, - он протянул ей стакан. - Если вы выиграете, я отдам ваш медальон, не открывая его. Но если проиграете, то вам придется заплатить.

- Я вас совершенно не понимаю, сэр. Что вы хотите этим сказать?

- Вам придется меня поцеловать. Всего лишь один поцелуй. Поверьте, мои условия великодушны!

- Никогда! Как вы только посмели! Это мой медальон! Вы не имеете права прикасаться к нему! - Я его нашел и не отдам! Бросайте. Наши шансы равны. К тому же, я все равно не буду его открывать.

- Я думала, что вы джентльмен!

- Если бы я не был джентльменом, я бы получил и поцелуй, и медальон! Я же не собираюсь заглядывать внутрь, а тем более, раскрывать потом ваши тайны. Ну, Клеона, - будьте паинькой!

- Я умру со стыда! Сэр Дерик, будьте милосердны!

- Почему я должен быть милосердным, когда вы этого чувства ко мне не испытываете? Не нравятся мои условия? Ладно! - он сделал вид, что пытается открыть медальон.