Игра звёзд - Саянтани ДасГупта

на телевидении не просто похожа на тебя – это и есть ты. И тогда всё царство стянется сюда поглазеть на тебя – девочку, которая пришла, чтобы отвоевать для царя знаменитый камень мыслей, – принцессу Киранмалу!

Мати произнесла это так язвительно, что я удивилась. Моя добрая сестрёнка всегда говорила серьёзно и искренне. А сейчас в её голосе появились новые нотки.

– Я хочу только спасти Нила, – напрямик выпалила я. – Это по моей вине он попал в тот кошмарный изолятор для демонов. И ждёт там, пока его выставят на бой, словно дикого зверя против римских гладиаторов.

– Понимаю, Киран, держать его там – ужасно жестоко, – заговорила Мати, но её перебила другая скейтбордистка, девчонка с полными руками, в сари, надетом в традиционной манере.

– Тут дело не только в одном принце, – заявила она. – А в несправедливостях, которым подвергается целый народ. Разве ты забыла?

Я не очень поняла, о чём говорит эта девочка. Наверно, беспокоится, что Змеиный царь не собирается отдавать победителю камень. Тогда, выходит, все его разговоры о сотрудничестве с царём и Запредельным царством – чистое враньё.

– Чандра права, – кивнула в сторону девочки Мати. – Разговор тут не только о Ниле, проблема гораздо шире. Разговор о несправедливости. Но сейчас я хочу понять, готова ли ты к тому, что будет дальше. Как только ты попадёшь в игру, на тебя будут устремлены все глаза королевства. И разговаривать свободно, как сейчас, мы не сможем. Сама же видела все эти рекламные плакаты.

У меня вспыхнули щёки. На плакате, который только что замазала краской лихая скейтбордистка, говорилось обо мне, Лале, поцелуях и объятьях. Может, поэтому Мати вела себя так странно? Может, ей не нравится, что в сознании людей мы с Лалом стоим вместе. Ревнует?

Словно прочитав мои мысли, Тунтуни нахально зачмокал клювом.

– У Киран и Лала поцелуи и объятья!

– Тунтуни, прекрати! – огрызнулась я. – Бхутум верно говорит, неудивительно, что тебя выгнали с работы!

Птица фыркнула с обиженным видом:

– В царском кабинете сократили численность персонала! Я тут совершенно ни при чём! Мои отчёты за последний квартал были без сучка, без задоринки! Повелитель отпустил меня с прекрасным выходным пособием и отличными рекомендациями!

– Не обращай внимания. – Мати снова взяла меня за руку. – Киран, как только тебя введут в игру, ты постоянно будешь под прицелом камер. Ни в коем случае не проговорись, что соревнуешься только ради Нила. Сделай вид, будто вообще не знаешь, что Нил в плену.

– Ладно, – согласилась я. – Это разумно.

– В игре будет три раунда, или испытания, каждое опаснее предыдущего. Ты поймёшь, что игра началась, когда получишь сообщение по гармониграму. Про первые два раунда точно не знаю, но третьим будет гладиаторский бой с другими участниками на огромной арене. Со всех сторон будут установлены телеэкраны, чтобы смотреть этот бой могла вся мультивселенная.

– Что-нибудь ещё знаешь?

– Наши лазутчики сообщают, что на состязание Шеша выставит не только демонов. Он, похоже, нанял на игру множество даини, петни и шакчунни.

– Ведьм и призраков! – воскликнула я. – Хорошо, что я прочитала книгу К. П. Даса от корки до корки. Хотела бы я знать, как освободить Нила из подводной тюрьмы, пока нас не выставили друг против друга в третьем раунде.

Мати кивнула:

– Сначала, разумеется, ты должна пройти первые два раунда. Потом, ночью накануне вашего боя, Нила перевезут из подводной тюрьмы во временную камеру на суше. Оттуда мы его и вытащим. Пока он на дне моря, спасать его будет слишком опасно.

– Как же мы это сделаем? – спросила я. – В смысле, спасём его на суше.

– Мы кое-что придумали, – начала Мати, но в это минуту торговец бетелем, который, похоже, был у скейтбордисток кем-то вроде дозорного, громко, пронзительно свистнул. Ловким жестом завернул свой товар в потрёпанную скатерть и спрятался в щель под своим прилавком, ту самую, откуда недавно появилась одна из скейтбордисток.

– Расходимся! – крикнула Чандра, девчонка с грубым голосом и мускулистыми руками.

– Киран, я тебе всё объясню, но попозже, а то сейчас тут будет не очень весело. – Мати сунула мне запасной скейт, висевший у неё за спиной.

– Стоять! Не пытайтесь спастись бегством, злостные бунтовщики на скейтбордах! Мы до вас доберёмся! – раздался чей-то крик, затопали сотни тяжёлых сапог. В лучах солнца, заливавших переулок, я вдруг почувствовала себя как на ладони. Я плохо разбираюсь в военной стратегии, однако понимаю, что оказаться зажатой со всех сторон в узком переулке – это не к добру.

Найя уже успела отложить телефон и вернуться в авторикшу. Остальные девчонки в розовых сари вскочили на свои скейты, расписанные причудливыми узорами в ярких красках. У девчонки с грубым голосом на доске был даже нарисован оскалившийся раккош с красными рогами и синими клыками. Но я в долю секунды приняла другое решение. Меня считают героиней? Я ею стану! И никуда не побегу. Пусть на меня наступает хоть целое войско ведьм, призраков, раккошей или змей, я не испугаюсь. Я не стала слушать советы Мати, не взяла предложенную доску, а осталась стоять на месте. Опять вложила в лук стрелу, прицелилась, глядя вдоль древка, и стала ждать. Кто там появился?

Зашумел мотор авторикши, Найя окликнула меня. Вихрем проносились мимо другие скейтбордистки.

– Киран, не надо! Не стреляй в этих людей! – взывала Мати, чуть ли не силой втаскивая меня на выданный скейт. – Надо убираться отсюда, и как можно быстрее!

– Да ладно! – завопил Тунтуни. – Что, нельзя ей, что ли пристрелить одного-двоих?

Я хотела было поспорить с сестрой, но, увидев, кто за нами гонится, поняла, что она права. За нами бежали не демоны и не чудовища, а личная царская гвардия во всей своей красе – в чалмах, панталонах, с громадными густыми усищами, на которые, видимо, были израсходованы целые бочки «Традиционного масла для усов от мистера Мадана Мохана». Солдатам вроде бы полагалось быть на нашей стороне, но вместо этого они шли в атаку с саблями наголо и злостью на потных лицах.

– Стоять, бунтовщики! – орал гвардейский капитан, лысый здоровяк с длиннющими усами, закрученными в причудливые кольца. – Именем наследного принца приказываю остановиться!

Я зависла в полном замешательстве. Почему за нами гонятся гвардейцы Лала, если Лал считается лучшим другом Мати? И главное – если мне предстоит участвовать в затеянном Шешей конкурсе на стороне царя, то почему я должна убегать от его солдат?

Но размышлять было некогда. В руках солдат блестели острые сабли, готовые обрушиться нам на головы.

– Бежим! – воскликнула моя сводная сестра, схватила меня за руку и показала, как оттолкнуться ногой, чтобы