Ультиматум Борна - Роберт Ладлэм

— Чем могу помочь вам, сэр?

— Я не вполне уверен, — ответил Брендан нерешительно. — Мои планы так переменчивы, но кажется на Транквилити остановился мой друг.

— В гостинице, сэр?

— Да, похоже на то. Сколько туда лететь?

— При ясной погоде, сэр, не больше пятнадцати минут, но туда летают только гидропланы. И похоже, что до завтрашнего утра свободных машин не будет.

— А вот и ошибаешься, моя хорошая, — перебил девушку появившийся из-за спины Префонтейна парень в белой рубашке с маленькими золотыми крылышками на вороте.

— Через несколько минут я повезу заказ для Джонни, — добавил он, подходя ближе.

— Но в сегодняшнем расписании его нет.

— Час назад он там появился. С пометкой «срочно».

Еще до того как затихли последние звуки этой фразы, острый взгляд Префонтейна жадно впился в груду картонных коробок, медленно ползущих по линии карусельного транспортера в сторону багажного отделения секции «Межостровное сообщение». Даже если бы он и располагал временем для размышлений, он уже знал точно, какое бы решение было бы принято в конце концов.

— Я хотел бы приобрести билет на этот рейс, если это возможно, — сказал он, рассматривая надписи на проплывающих мимо картонных упаковках с пищевой смесью от Герберта для младенцев и подгузниками «Памперс» среднего размера. Он нашел неизвестную женщину с мальчиком и младенцем.

Глава 8

Всем сотрудникам Федеральной Комиссии по торговле доподлинно было известно, что их председатель Альберт Армбрустер страдает язвой, а также имеет гипертонию, и поэтому, по предписанию врача, должен немедленно следовать домой при малейшем признаке недомоганий. Что и случилось с ним сразу же после более чем плотного ленча, о коей маленькой слабости председателя также все знали. Но никто не знал того, что во время этого ленча раздался звонок Алекса Конклина, сообщающий новые сведения о кризисе в стане Снейк Леди. Так же как и в случае первого звонка, заставшего Армбрустера в душе, Алекс, оставаясь инкогнито, предупредил трясущегося председателя, что кто-то по имени Кобра сегодня в течение дня войдет с ним в контакт, может быть дома, а может быть в офисе. («Используй в работе все наиболее банальные пугающие словечки», — говорилось в псалме от Святого Конклина). Кроме того, Армбрустер был предупрежден о том, что должен хранить молчание… «Таков приказ Шестого Флота». «Ох, Боже ты мой!» Сразу после этого Армбрустер призвал свою персональную колесницу и приказал мчать себя домой, сославшись на обострение грызущего его недуга. Дополнительные неприятности, в виде Джейсона Борна, стерегли председателя около его дома.

— Доброе утро, мистер Армбрустер, — вежливо сказал незнакомец, обращаясь к председателю, выбирающемуся из машины, дверь которой предусмотрительно придерживалась шофером.

— А?.. Что?.. — реакция Армбрустера была быстрой, но несколько рассеянной.

— Я просто пожелал вам доброго утра. Моя фамилия Симон. Несколько лет назад мы встречались в Белом Доме, на приеме в честь создания Совета Служб Президента…

— Меня там не было, — выразительно перебил человека председатель комиссии.

— В самом деле? — спросил незнакомец, голосом по-прежнему вежливым, но явно с недоверчивостью, удивленно изогнув дугой брови.

— Мистер Армбрустер? — шофер закрыл дверь и с полупоклоном повернулся к председателю. — Какие будут распоряжения на?..

— Нет, нет, — поспешно ответил Армбрустер. — Ты свободен. На сегодня все… и на вечер тоже.

— Завтра утром в обычное время, сэр?

— Да, завтра, пожалуй. Если ничего не случится. Я неважно себя чувствую. Поэтому справься сначала в офисе.

— Да, сэр, — шофер приложил палец к козырьку форменной фуражки и забрался обратно в машину.

— Весьма печально слышать такое, — проговорил незнакомец, наблюдая за тем, как шофер запускает мотор и автомобиль исчезает за углом.

— Что?.. А, это вы. Я не был в Белом Доме на этом чертовом приеме!

— Может быть, я ошибаюсь…

— Вероятно. Ну, всего наилучшего, — нетерпеливо попрощался Армбрустер, направляясь было к каменной лестнице, ведущей к дверям дома.

— Однако, господин председатель, я точно помню, что адмирал Бартон представлял нас друг другу…

— Что?.. — Председатель быстро обернулся. — Что вы только что сказали?

— Мы теряем время, — ответил Джейсон Борн и налет учтивости исчез из его голоса. Лицо его стало жестким и холодным. — Я Кобра.

— Ох, Господи ты Боже мой!.. Что-то сегодня я не очень хорошо себя чувствую… — Армбрустер сказал это хриплым шепотом, резко вскинув голову и разглядывая окна своего дома и дверь.

— Если мы не побеседуем, то ваше состояние может значительно ухудшится, — продолжил Джейсон, проследив за взглядом председателя комиссии. — Поднимемся к вам и поговорим внутри?

— Нет! — поспешно воскликнул Армбрустер. — Она трещит все время без умолка и везде сует свой нос, разнюхивает обо всех моих гостях, а потом болтает об этом по всему городу, да еще и преувеличивает раз в сто.

— Я так понимаю, вы говорите о вашей жене?

— Да, обо всех о них. Женщины не знают, когда нужно держать варежку закрытой.

— Вероятно, она ощущает потребность в общении…

— Что?

— Ну, не в этом дело. Через квартал, ниже по улице, у меня машина. Как вы смотрите на небольшую поездку?

— Так будет лучше, черт возьми. Остановите у аптеки в конце улицы. У них есть заказ на мое лекарство… И кто вы такой, Бога ради?

— Я уже сказал вам, — ответил Борн. — Кобра. Есть такая змея.

— Ох, Боже ты мой… — прошептал Армбрустер.

Заказ в аптеке не заставил себя долго ждать, и после этого Джейсон отвез председателя комиссии в бар по соседству, который он заранее присмотрел на случай необходимости.

Помещение бара, затемненное, с глубокими, укромными кабинками с низкими столиками, надежно укрывающими посетителей от любопытных взоров, как нельзя лучше подходило для предстоящего разговора. Фон беседы был очень важен. Здесь Армбрустеру будет некуда деться от ясных, пронизывающих и испытующих его глаз незнакомца, задающего леденящие кровь вопросы. Дельта и Каин заняли свои места. Команду принял Джейсон Борн, Дэвид Вебб был забыт.

— Своей безопасностью мы должны заниматься сами, — негромко сказал Кобра, после того как принесли их напитки. — Имея в виду сохранение системы, мы должны знать, сколько вреда каждый из нас может принести под воздействие амитала.

— Что это такое, черт побери? — спросил Армбрустер, отпивая из своего стакана большую часть содержимого, хватаясь за живот и прикрывая глаза.

— Искусственный наркотик, так называемый «эликсир правды».

— Что?

— К такой подаче мяча вы не привыкли, — объяснил Борн, припоминая бейсбольные термины Конклина. — Нам нужно прикрыть все базы, потому что в этой игре обычных правил может и не быть. В смысле конституционных прав.

— Да кто вы такой? — Председатель Федеральной Комиссии отрыгнул и поспешно хлебнул из стакана. Руки его заметно дрожали. — Ликвидационная команда из одного человека? Джон Доу очень много знал, и поэтому его пришили в скверике?

— Не ерничайте. Подобное было бы абсолютно ошибочным. Это лишь пошло бы на пользу тех, кто старается найти нас, дало бы им след…

— В таком случае, что вы имеете в виду?

— Сохранение наших жизней, включая репутацию в обществе и стиль жизни.

— Да, вы тот еще остряк, мать вашу. Как вы собираетесь это организовать?

— Давайте говорить о вас, идет? По вашим же словам, здоровье у вас не ахти. Вы можете уйти в отставку по требованию врача и далее мы, «Медуза», берем заботу о вас на себя.

Воображение Джейсона работало, обращая фантастические образы в выражения, которые он черпал из писания от Святого Алекса.

— Никого не удивит, если вы, обеспеченный человек, приобретете себе виллу или даже целый остров на Карибах. Там вы будете в полной безопасности, и никто не сможет связаться с вами без вашего согласия. Ну, какие-нибудь тщательно отрежессированные интервью будут, по-видимому, допустимы. Безопасность их и содержание гарантируется. Все это будет вполне возможно.

— Одинокая жизнь вдали от всех, так что ли? — ответил Армбрустер. — Я с мамочкой на пару. Я же ее просто придушу в конце концов.

— Не обязательно все будет так скучно, — возразил Кобра. — Визиты гостей не возбраняются. По вашему желанию, их в любое время доставят на остров. И кроме того, женщины. По вашему выбору или выбору тех, чьим вкусам вы доверяете. Ваша жизнь будет протекать, мало отличаясь от сегодняшней, возможны некоторые неудобства, но не без приятных неожиданностей. Наша цель будет достигнута. Вы будете защищены и, тем самым, будет обеспечена и наша безопасность. Но, как я уже говорил, такое положение дел всего лишь гипотеза. Что до меня, считаю необходимым, потому что я в курсе почти всего. Мой отъезд — вопрос нескольких дней… А как много знаете вы, мистер Армбрустер?